Солнечная ртуть
Шрифт:
Небо потемнело с самого утра. Накрапывал дождик. Раньше крупные, тяжёлые облака всегда пронизывало солнце, и они выглядели такими, какими в иномирье бывают лишь на рассвете или закате. В те времена непогода была роскошью, и грозы начинались как мистерии в театре. А теперь всё стало более холодным, резким, недружелюбным. Примерно такую картину оборотень наблюдал пару раз на Земле, и ему нравилось.
На природные молнии воздействовать дракон не мог. Зато его собственное электричество становилось более мощным, разряды, выпускаемые из пасти, в два счёта смогли бы сокрушить
В этот раз всё казалось особенным. У дракона появилось стойкое ощущение, что такая гроза станет последней. В королевство прибыли носители ферома — энергетический баланс приходит в норму, а значит, небесное золото скоро вернётся. Исчезнет холод и мрак. Вечный закат опять воцарится среди пышных туч и облаков.
Капал дождь. Ледяные струйки воды омывали чешую и смешно приминали перья на плечах. Дракон вдохнул полной грудью и выпустил разряд вдогонку стихии: он подгадал момент, когда сверкнула молния. Следом раздался гром — люди сказали бы, что это случилось в один миг, но змей видел, сколько времени прошло на самом деле. Фиолетовая вспышка среди белых зигзагов, как это было красиво!
Наверное, никогда Эрид не чувствовал себя так хорошо.
А природа продолжала удивлять. Дракон ей был не конкурент. Познакомившись с интернетом в мире Ады, он тщательно изучил некоторые явления. Он видел их и раньше, здесь, в Йэррской империи. Но местные учёные не озаботились дать им хоть какие-то названия.
Спрайты. В иной параллели большинство знало это слово как название химического приторного напитка в железных банках; Аде нравился такой, как и прочая съестная дрянь. Но Эрида интересовало другое значение.
Ветвистое, огромное пятно слепящего электричества вспыхнуло в небе. Не молния, нечто куда более неуловимое. Спрайты возникали на большой высоте, и исчезали мгновенно. Поэтому неудивительно, что многие люди попросту не догадывались об их существовании. На родине Агаты лишь некоторым счастливцам доводилось увидеть это явление невооружённым глазом: пилотам, и, конечно же, драконам.
На тех высотах, куда не добирались ни те, ни другие, спрайты были красными, и белели по мере приближения к земле.
Вспышка ударила сразу после молнии, но в обратном направлении, снизу-вверх. Как крыло неведомой птицы, охраняющей небесные сферы. Как мерцающий платок, который бог уронил вниз. Отдельные молниеобразные хвосты указывали на землю, но не достигали её: слишком далеко.
Когда спрайт вспыхнул на сотые доли секунды высоко над головой дракона, он почувствовал, что заточенная в его теле магия отвечает и рвётся наружу. Целенаправленно отпущенное на волю электричество не могло успокоить это чувство. И тогда оборотень отключили всякий контроль за своим даром, развеял мысли, и вспыхнул ярким светом среди туч. Все кости, все мышцы потеряли материю и превратились на миг в один чистый, сияющий, радостный крик. Дракон стал частью небесного платка, шалью, растянувшейся на десятки километров.
Это уже не фером
Счастье длилось несколько миллисекунд, в которых была заключена целая вечность.
Впервые в жизни Эрид попал в эпицентр подобной грозы. Он был взволнован и счастлив, и толком не знал, как такое возможно. Но был уверен в одном: это уже никогда не повторится. Да и вряд ли возможно вынести такое повторно.
Дракон вернулся в замок отдохнувшим и весёлым. Окружающие косились на странные искры в золотых глазах. Рассказывать об этом дивном опыте людям он будет. Никому и ни за что — их воображение с этим не справится.
Глава 86 Опера
Помимо всего прочего, ей пытались вдолбить в голову основы геральдики.
Архаичная, смертная скука. Ада гипнотизировала атлас, на первых страницах которого содержалась информация о гербах и родовых цветах. Преподаватель, то есть, ментор, был пожилым, терпеливым, и в своё время занимался образованием Агаты и всех королевских детей. С горем пополам Ада выучила несколько чужих флагов и девизов. Герб Астор запомнить было легко: стилизованная драконья башка и корона. Цвет флага — сине-зелёный, чёрный, золотой. Как художник, девушка никогда не путала цвет морской волны и изумрудный и уже за одно только это ментор готов был ей простить огромные пробелы в знаниях и отлынивание от учёбы. Оказалось, геральдические оттенки — больная мозоль всех аристократов.
— Вы не представляете, госпожа, как сложно втолковать некоторым красильщикам разницу между этими цветами! Но ещё страшнее, когда её не улавливает кто-либо из великих фамилий. Иной раз даже намеренно: случалось, герцоги Ардор якобы по невнимательности наряжались в одежды ваших родовых цветов. Это, разумеется, не самый вопиющий протокольный скандал, однако многие иностранные послы были введены в заблуждение, а герцоги наслаждались королевскими отличиями… Госпожа Ада, вы что, засыпаете?
— … А?! Что? Нет, очень интересно!
Ментор был не дурак и не навязчив. Он вздохнул.
— Давайте вы мне просто расскажете, что означают эти цвета и можете быть свободны. Поверьте, это следует знать.
— Золото — богатство. Сине-зелёный — типа соединение небес и земли, магии и власти мирской. Принадлежит лишь правящей династии.
— А чёрный?
— О, господи, чёрный это чёрный!
— В геральдике, между прочим, он называется чернью.
— Да кто это придумал.
— Это отдельная тема для беседы. Если у вас есть желание…
— Нет-нет, я так! А чёрный… чёрный — это, кажется, земля, или… или… ну…
Ада вела себя так же как на экзаменах в своём мире: запиналась и пыталась угадать ответ.
— Вы учили?
— Ну, я читала.
Покачав головой, преподаватель развернул к ней атлас с картинками и ткнул пальцем в левый угол страницы, туда, где находились цветные квадратики с комментариями.
— Символизирует: преданность, силу, драконов.
— А-а. То-то они одеваются в чёрный.
— Да. И чешуя у них темна как беззвёздная ночь. Знаете, а ведь ваша матушка души не чаяла в этой науке.