Солнечная ртуть
Шрифт:
Девочка и дракон вышли на площадку, почти полностью занятую плавным сооружением из металла. Оно было трогательно украшено по бокам ажурными переплетениями, но главная красота находилась внутри.
Дирижабль сиял заклёпками под лунным светом. У Агаты захватило дух. Находиться в такой близости от подобной машины ей довелось впервые. Наружная оболочка цеппелина казалась призрачным парусом, а под ней — принцесса досконально изучила несколько попавших в её руки чертежей и знала это — прочный каркас. Подобный стальной паутине. В нём находились баллоны с веществом, более лёгким, чем воздух. Продолговатую форму аэростата отчасти повторяли пассажирские палубы. Это был частный дирижабль,
Эрид восторга своей торитт не разделял, однако обошёл ангар со всех сторон, осматривая воздушный экспонат.
— Ты знаешь, как им управлять? — спросила Агата.
— Понятия не имею. У меня, как ты могла заметить, свои крылья.
Принцесса хмыкнула. Хорошо, наверное, летать, когда ты сам чудовище, а не его наездник, у которого душа уходит к пяткам. Но ничто не сравнится со спокойным полётом водородного призрака.
Прошло минут двадцать. Девочка бегала между канатами и прыгала, пытаясь заглянуть в каюты или дотронуться до стабилизатора. Она походила на обычного ребёнка, которого привели играть, а не наследницу трона, по утрам пьющую кровь. В какой-то момент Агата даже забыла о своём спутнике, который задумчиво созерцал панораму города с горными хребтами вдали. Вид отсюда открывался поистине волшебный.
Пора было возвращаться. Когда они шли к выходу, Агата дёрнула Эрида за рукав и без обиняков сказала:
— Спасибо тебе.
Он кивнул.
— Полагаю, теперь ты не будешь исчезать надолго? — важно, но с надеждой спросила принцесса.
— Буду, конечно… Но не так часто.
Глава 9 И появились чудовища
Принцесса раскрыла книгу.
«Сказания Йэрской истории. Издание адаптированное.
Давным, с позволения сказать, давно, правители королевства были сильнее.
«Как женщины, так и мужчины мановением руки рушили стены вражеских городов, одной мыслью поджигали крепости. Правили мудро, не дозволяя бесчинств. Так и продолжалось, пока на троне не оказалось двое братьев и сестра, что законы королевства допускали в то время. Имя королеве было Терра, имена же братьев прокляли и предали забвению».
Ментор кашлянул.
— Не совсем так. Из официальных хроник их в самом деле изъяли, однако сохранились иностранные источники, в которых на ряду с Террой часто упоминаются некие Ролан и Артур. Это, вероятно, и есть забытые короли.
«В юности готовые отдать жизнь друг за друга, достигнув расцвета лет, они стали соперничать. Братья притесняли сестру, завидуя её уму и способностям, и робкий характер вынуждал Терру терпеть несправедливости. Время шло, братья обзавелись наследниками, а у сестры появилась только одна дочь. Слишком много претендентов на трон, слишком великая зависть царила при дворе. И вспыхнула кровавая, междоусобная война. Много горя принесла она простым людям, но в будущем подстерегало их ещё большее зло».
— Надобно сказать, — встрепенулся старик, — сведения о беззащитности королевы приукрашены. У неё были свои когорты и могущественные друзья. Впрочем, от этого она только выигрывала.
«Однажды до братьев дошёл слух, что не все их дети родные. Учитывая нравы двора, которым потакали оба короля, и распущенный характер их жён, которых сами же и развратили, это было вероятно. В скором времени женщины признались.
— Тут тоже, — влез ментор, — несостыковочка вышла. Одни источники утверждают, что королева приказывала держать оборону до последнего, не считаясь ни с голодом, ни с морозами. Многие, говорят, умерли в той крепости, и в конце концов её комендант своевольно открыл ворота. Другие же утверждают, что причиной этому послужила расхлябанность в рядах солдат: не доглядели, что под крепостным валом ведётся подкоп. В любом случае, осада не заурядная, так как подкреплялась магическими атаками с обеих сторон: падали камни, загорались шатры. Но, строго говоря, ни одного исторического документа, свидетельствующего о том, что Терру защищали до последнего, или что она сдалась добровольно, нет. Однако именно эти версии стали официальными, но не нам судить, не нам судить…
«Королева была казнена, а точнее, незаконно и зверски убита. Её четвертовали».
— Обследование гробницы в позапрошлом столетии полностью опровергает этот миф. Терру обезглавили, только и всего.
«Ослеплённые гневом, её братья совершили самое страшное преступление. Со смертью законной правительницы на страну обрушились бедствия. Засуха, а затем наводнения терзали империю, ибо незримый баланс связывал одно с другим. Своими действиями короли навлекли на себя проклятие людей и неба. Двойное наказание обрушилось на них. Сама природа не в силах была укротить свой гнев, пока они находились у власти».
Ментор почесал бороду, но всё-таки признал общеизвестный факт.
— Вот это правда. Невозможно убить Астор и не вызвать реакции Муна. Мун, как знает ваше высочество — это мир, окружающий нас.
— Да знаю, знаю! Если правитель умирает не своей смертью, то начинаются катаклизмы. Потому и покушений почти не бывало.
— Верно, госпожа Агата. Это тоже самое, как отрезать у человека руку по локоть — худо будет всему организму.
«На трон взошла новая королева — единственная дочь Терры. Прежде всего она установила новый порядок наследования. Отныне престол передавался только по женской линии: личность матери не вызывает сомнений, в то время как отцом может оказаться любой свинопас. А женщины в этом роду всегда были умнее и хладнокровнее мужчин. Этими качествами вполне обладала новая правительница, не переняв при этом робости матери. Она правила железной рукой, как и все после неё».
— Тут снова начинаются сказки, — покачал головой ментор. — Уж простите, ваше высочество, но тут на лицо средневековая пропаганда. Терра была спокойной по характеру, но отнюдь не робкой. Некоторые её приказы, кхм… были не менее жестоки, чем приказы братьев. Впрочем, того требовали времена. Да, мужчины вашей династии в самом деле уступают женщинам в хладнокровии, но нередко они оказывались более дальновидными. Хоть и не такими хитрыми. Многие, понимаете ли, считают, что главным занятием Терры было плести интриги против своих братьев. А что до её дочери, то внешне она больше походила не на законного мужа королевы, а на придворного флейтиста. Это я к началу той истории, когда принцы оказались бастардами. Не смотрите так, госпожа Агата, я не утверждаю этого. Я, кхе, просто учитель истории.