Солнечная ртуть

Атэр Александра

— Ты знаешь, сколько мне лет?

— Тебе тринадцать, как и мне, просто ты выглядишь взрослым. И вообще, думаешь, я не знаю таких элементарных вещей?

Принцесса обиженно засопела. Она вспомнила учителя по геометрии: он считал её глупой. Учитель по астрономии был с ним солидарен. Никто не ставил их на место — даже её мать диагностировала у принцессы этот диагноз — глупая, непоседливая, сущий ребёнок.

— Я с малых лет изучала серьёзные науки, половина из которых даром мне не сдалась. Тем более, мне известны прописные истины! И если ты игнорировал меня все эти годы, это не значит, что я ничего не знаю о тебе!

Она выпалила это скороговоркой, и

даже топнула ногой. Так Агата разговаривала только с Мирой — при гувернантке она не стеснялась показывать своих истинных чувств. Со всеми другими она могла быть серьёзной, шутливой, дерзкой, иногда даже капризной. Но никогда и никому не позволяла видеть, как она выходит из себя. Эрид вскинул бровь, но не выглядел особо удивлённым этой вспышкой.

— Я не просто выгляжу взрослым, я и есть взрослый. Драконы растут во много раз быстрее, чем люди, а стареют медленней. Моё детство не было радужным, ни люди, ни другие монстры долгое время не признавали меня, пока не поняли, что я есть на самом деле. Позже они пересмотрели своё мнение, но друзей мне это не прибавило, только тех, кто боится. В общем-то, это лучше, чем ничего. Одним словом, раньше я был не в том состоянии, чтобы мило дружить с тринадцатилетней девочкой. Слишком много злости накопилось. Теперь я с этим отчасти справился. Да, кстати, у тебя есть друзья или те, кто неплохо ими притворяется?

Агата резко помрачнела.

— Мне не позволено. В детстве у меня был друг, но его побили и выгнали. Теперь он меня ненавидит, наверное.

— Что ж, про брата и сестёр спрашивать не буду.

Агата считала плиты на каменном полу. У одной отбился уголок.

— Вообще-то сёстры ничего, но они слишком маленькие и избалованные. Их приучили держаться отдельно от меня. Брат злится на меня, потому что он старший, но корона достанется мне. В детстве я редко с ними играла. А с другими детьми не положено по статусу… а не то их тоже побьют, я уверена.

Тут девочка прикусила язык и с недоумением уставилась на дракона.

— Почему я всё это рассказываю? Мне нельзя жаловаться. В том числе и тебе!

Тот уныло улыбнулся. «Мы же связаны, ты забыла? Родились в один день, и не можем навредить друг другу. Точнее, я не могу, а у тебя, как у торитт, есть некоторая власть. Если страдает один, то и второму нехорошо. Неудивительно, что ты доверяешь мне на подсознательном уровне». Агата переварила информацию и приняла её.

— Тогда выходит, что доверие должно быть взаимным. Тогда почему тебя здесь днём с огнём не сыщешь? Я была уверена, что только раздражаю тебя. Не так как Нердала, конечно, уж он-то меня просто ненавидит.

Дракон рассмеялся и обогнул колонну, в которую девочка чуть не врезалась в потёмках.

— Аккуратнее! Ты что, не знакома с планировкой?.. Не сравнивай меня с этим змеем. И не говори, чего не знаешь. Ненавидит он меня, а тебя просто пытается переделать в соответствии со своими представлениями о правителе. Чудовище, которое пытается воспитывать ребёнка — то ещё зрелище. На совести Нердала много грехов, да и не только на его. Но в одном можно не сомневаться: всё, что он делает, направлено на благо короне. Или же он свято в это верит.

Агата фыркнула. Все вокруг только и знали, что хвалили дракона королевы за патриотизм. Даже Эрид, с которым, как известно всему двору, они враждовали. За недолгую жизнь он успел обзавестись множеством недоброжелателей, благо, сделать они ему ничего не могли.

— Меня, принцесса, ты никогда не раздражала. Тут проблема та же, что у вас с сёстрами: возраст. Сиена угадала, я могу месяцами не появляться в Шамбри,

и сила проклятия почти не сказывается на мне. Тебя никто не игнорировал. Просто я думал, что ты — Агата начала закипать, приготовившись услышать слово «ребёнок» — слишком юна, и вряд ли у нас есть что-то общее. Ну, помимо судьбы. И повторяю: я был слишком обозлён на весь белый свет. К тому же мне казалось, что жизнь принцессы в собственном замке должна быть весёлой и беззаботной. С детскими играми и дорогими куклами. Я был уверен, что в моём присутствии нет необходимости ещё в ближайшие несколько лет. Тем более, что у нас с тобой есть одна общая и неприятная история. Помнишь того ягнёнка? — Агата кивнула. Поле пожара, который устроил Нердал, это было самое ужасное её воспоминание. — Но я понял, что ошибался. Ты полна любви к жизни, и это качество в тебе пытаются задушить. Этого нельзя допустить. Если с родственниками не сложилось, знакомых принцев и королевен нет, а низшие сословия к тебе не подпускают — я единственный, кого ты можешь без опаски назвать другом, а не просто слугой. Именно в этом мой долг. Надеюсь, теперь вопрос закрыт.

Веря и не веря собственным ушам, Агата смотрела на него во все глаза. Друг — о таком она не мечтала. Максимум, что она могла себе позволить — это любимая служанка. Но кое-что следовало прояснить.

— Так ты ведёшь меня к дирижаблю только потому, что это — твой долг?

Они поднимались по винтовой лестнице. Луна в стрельчатых окнах башни словно шагала вместе с ночными взломщиками. Молодой человек опять остановился и на секунду задумался.

— Нет, не только. Я благодарен тебе за нашу первую встречу. Тогда я тоже был ребёнком, был слаб и не умел обращаться в человека. А ты, не смотря на всеобщие насмешки, отнеслась ко мне с доброй. Хотя и сама была печальной. Слишком тихой для своих лет.

— Ну, это случилось вскоре после того, как моего единственного друга высекли и выгнали прочь. Ты должен был стать вроде как его заменой. И я ненавидела тебя, пока не увидела вживую.

Признаваясь в этом, Агата покраснела. Ей стало совестно за ту злость, которую она когда-то хотела выместить на Эриде. Они снова двинулись в путь и уже подходили к запертой двери. Дракон увидел, как девочка нахмурилась и поспешил её взбодрить.

— О, ну после мы ещё встречались. Своим поведением я опять заставил меня невзлюбить.

Девочка вспомнила и звонко рассмеялась. Тут уже никто не мог их слышать, и они разговаривали в полный голос. Всё верно, когда спустя пару лет Эрид снова появился в замке, это навело шуму и изрядно разозлило принцессу. С тех самых пор и до этого дня она относилась к дракону с опаской.

— Пришли.

Он чуть дёрнул дверь, и та аккуратно слетела с петель вместе с замком.

— А что, так можно было?

— Ну извини, ни ключей, ни отмычек у меня нет.

Свежий воздух ворвался в башню.

— Каждый день у нас устраивают утренние и вечерние обходы, — предупредила Агата.

— Тем лучше. Быстрее заметят, починят и будут следить за состоянием гвардейцев по праздникам.

Агата сделала шаг навстречу звёздному небу. И ахнула.

Снизу замок казался огромным, но только взобравшись на его крышу можно было понять, насколько он монументален. То, что на земле выглядело цельным комплексом из башен, шпилей и куполов, делилось здесь на чёткие зоны. Каждый мостик и переход пролегали своим путём. В одних местах крыша напоминала лабиринт, выдумку безумного архитектора, а в других — изумляла просторами. Ну а в этом месте она трансформировалась в ступени, которые упирались в горную породу.