Солнечная девушка
Шрифт:
– Это не то, что я ожидал. – Он бросил взгляд на нее.
– А чего ты ожидал?
Он немного помолчал. Коротко улыбнулся.
– Каким был бы обувной эквивалент книжной полки из сосны?
– Уф-ф? Я думаю, черные кожаные туфли на шнурках.
– Точно.
– В черных туфлях на шнурках нет ничего плохого.
– И все же.
– И все. – Солнышко пожала плечами.
О’кей. Лео придется признать это. Он хотел получить чертовы туфли.
Дизайн острый, стремительный
И потрясающий цвет. Он казался черным, но в нем проглядывал пурпурный отлив.
Откашлявшись, Лео сказал: «Спасибо».
– Думаешь, ты их наденешь?
– А ты сможешь найти такую краску? И пряжки?
– У меня есть запас такой кожи, пряжки я уже заказала, они из настоящего серебра.
– Тогда да, я их надену, Солнышко.
Она улыбнулась, радостно блеснув глазами. Лео почувствовал тяжелые удары в груди. А ведь он так надеялся, что этого не случится. По крайней мере сегодня, когда хотелось твердо держать в руках штурвал, чтобы лишить Солнышко всегдашней уверенности.
Хотя с первой же минуты, когда он увидел, как она вылезает из своей винтажной желтой машины (Матерь Божья, разве можно представить более подходящую для нее машину), почувствовал неуверенность, пытался убедить себя, что это из-за платья. Бледно-розовое и дьявольски короткое, оно совершенно сбивало с толку. Черные шпильки, дьявольски высокие, украшали маленькие черные жемчужинки, а щиколотку крест-накрест обхватывали узкие ремешки. Какой мужчина, увидев эти туфли, не захотел бы поцеловать ее пальчики?
Слава богу, ему удалось сдержать первый порыв страсти и просто поцеловать ее в щеку.
Однако теперь стук сердца снова предупреждал о неминуемом крушении.
– Хорошо, теперь давай посмотрим отели.
– Ты собираешься ехать со мной? В машине? Лео хотел сказать «нет». Он понимал: его вид на мотоцикле может довести ее до предела, и хотел, чтобы она дошла как можно быстрее. Но в крохотной машине они оказались бы слишком близко друг к другу. Так близко, что она почувствовала бы его даже без прикосновений. Он мог бы этим воспользоваться, наверняка мог бы.
– Да, на машине.
Но, втиснувшись на пассажирское сиденье и ощутив запах нарциссов, он подумал, что, возможно, совершил тактическую ошибку. Слишком уж полюбил этот запах.
– Ремень. – Солнышко, как хорошая маленькая девочка, не тронулась с места, пока он не пристегнул ремень безопасности.
Лео заметил у нее на щеках легкий румянец. Если дотронуться до ее щеки, она смутится. Он так и сделал, удивившись, насколько это легко.
Однако Солнышко, любившая прикосновения, отпрянула, будто он ее ударил. И уставилась на него. Лео уставился на нее. Улыбнулся.
– Знаешь,
Да, она знала все про расширенные зрачки. Но не собиралась об этом рассказывать.
Лео сидел так близко, что всякий раз, когда она переключала передачу, ее рука касалась его бедра. В ее голову закралось подозрение, что он нарочно так поставил ногу. Еще одна уловка? Она сказала: «Руки прочь», и он, большой ненавистник прикосновений, решил сделать наоборот, чтобы еще раз подтолкнуть ее к решению. А она-то думала: ему нужна экспозиционная терапия, чтобы преодолеть фобию!
Слава богу, первый отель оказался недалеко от ресторана. Солнышко испытала большое облегчение, выйдя из машины на свежий воздух. Пока Лео не положил руку ей на талию. Хватит уже прикосновений! Ей захотелось влепить ему пощечину. Нет, она же пацифистка и не должна этого хотеть.
Как только они вошли в отель, она отодвинулась от него.
– Я посмотрела его в Интернете, и мне понравилось. – Энтузиазм, фальшивый на первый взгляд, был вполне искренним.
Лео заставлял ее слишком много болтать. Солнышко оглянулась, подмечая темное дерево и светлый каменный пол.
– Я думаю забронировать номер для себя. А ты собираешься оставаться на ночь? Надо остаться. Ты же не захочешь садиться на мотоцикл после праздника.
Болтовня. Заткнись, заткнись!
– Я никуда не поеду без мотоцикла. – Он опять дергал ее за веревочку! – В любом случае у меня здесь дом, надеюсь, к тому времени туда завезут мебель.
– Дом? К тому времени?
Уф. Теперь она превратилась в болтливого попугая.
– Дом построили только в прошлом году, и он почти пустой.
– Ты собираешься жить здесь постоянно?
– Постоянно нет. У меня слишком много дел в Сиднее.
Солнышко слишком хорошо понимала, что значит слишком много дел. Думать, но не чувствовать. Это хорошо. Думать, но не чувствовать. Надо просто постоянно помнить об этом, и все будет хорошо.
А если подумать? Ха, подумать! О Лео с его постоянной занятостью. Несмотря на все его разговоры о женщинах, готовых прыгнуть в пропасть, он ничем не отличается от нее. Он не мог взять на себя такие обязательства. Иначе бы уже это сделал.
У него было достаточно женщин, чтобы кого-нибудь выбрать! Вчера она опять читала про него в Интернете. Видела снимки, сделанные папарацци. Правда, приходится признать, ей не хотелось бы увидеть их снова!
Так! Значит, у него никого не было, потому что он этого не хотел. Как и она.
Тогда к чему эта глупая паника?
Думать, но не чувствовать.
– Ты могла бы остаться у меня в ночь после свадьбы.
Черт, теперь она никак не могла успокоиться, потому что внутри все снова затрепетало.