Солнце на красном
Шрифт:
— Господи, благослови!
Мы с Райном всё-таки справляемся. Рассказываем, зачем сюда прилетели. Потом отвечаем на множество вопросов, пока, наконец, не объявляют обеденный перерыв.
Тео перехватывает меня по пути в столовую.
— А вы произвели впечатление!
— Какое? — спрашиваю я.
— Увидишь! — загадочно отвечает он.
Мы берём обед и присаживаемся за свободный столик. Я съедаю всё до крошки, не сильно вникая во вкус.
Тео уносит грязную посуду и приносит чашки с распространённым тут горячим напитком. Довольно вкусным, но абсолютно ненатуральным. Изначально
— Вот бы тебе попробовать то, что пьют у нас на Островах! — замечает тану.
— Кто знает, может, когда-нибудь и получится, — отвечаю я. — Я бы очень хотела побывать на вашей планете!
Наткнувшись на ошарашенный взгляд Тео, я тут же уточняю:
— Не пойми превратно, исключительно с миром! Например, для переговоров с Теми, Которые Велят!
Тео отхлёбывает из своей чашки и ставит её на стол.
— Кстати, деморфы опять объявились, — произносит он. — Им нравится, когда убивают!
Я опускаю взгляд. Какое-то время мы просто молчим. Потом я собираюсь с силами и спрашиваю:
— Скажи, моя энергетика как-то изменилась? Деморфов… больше не стесняет моё присутствие?
Тео молча берёт мою руку. Я ощущаю, как бешено колотится сердце.
— Нет, все осталось по-прежнему. Почти. Только ты как будто стала слабее. Но я всё равно не вижу в тебе никакой тьмы!
Мы опять молчим, потом тану произносит:
— Это как проклятие… Даже если мы не хотим зла, всё равно обречены его творить. Еще в начале времён всё мироздание постигла страшная катастрофа. Мы утратили знание об этом, и не можем сейчас объяснить, что тогда произошло. Но в результате мир как бы деформировался, исказился, упал на более примитивный уровень бытия.
Мы лишились множества способностей и возможностей, отдалились друг от друга. Стали пленниками животной физиологии, что в определённой степени ограничило нашу свободу воли. Мы словно опутались цепями причинности, предопределённости, разорвать которые очень трудно, это требует страшнейшего напряжения всех душевных и телесных сил. Вместе с нами и всё сущее облеклось в одежду из грубой и низменной материи.
Многие стремятся к высокому и светлому, но затопившая мир пучина зла, страдания и смерти не даёт им туда подняться. Правда, древние верили в некое Зерно, что когда-то упадёт с неба на землю и произрастит Хлеб Жизни, который даст людям силы побеждать зло.
Странно, это так перекликается с историей о грехопадении и пришествии Спасителя, — размышляю я. — Впрочем, чему тут удивляться? Мы все — потомки Первосозданных, и расселились по Вселенной с одной планеты.
— Как интересно ты думаешь! — говорит вдруг Тео.
— Ты читаешь мои мысли? — вскидываюсь я.
— Нет, мы не можем этого делать без техники! Просто твоя энергия — она так мерцает и переливается! Это очень красиво!
Мы относим чашки и расходимся по своим комнатам. Я открываю информаторий и принимаюсь читать дискуссию по нашим предложениям. Пару раз даже вмешиваюсь и пишу кое-что от себя. Я приятно удивлена. Похоже, общины всё-таки склоняются к сотрудничеству с нами!
Вскоре мы опять отправляемся в зал Совета.
Со своего места поднимается довольно пожилой на вид человек. Судя по тому, как на него смотрят, он здесь в большом почёте.
— Пусть кто-нибудь из вас расскажет нам о Том, Кого вы называете Богом! — произносит он и почему-то останавливает взгляд на мне.
С надеждой смотрю на Райна. Увы, он чуть заметно качает головой. Я мысленно взываю к Богу о помощи.
— Я знаю, что вы, как и мы, верите в то, что наша Вселенная — не результат случайной игры слепых стихий, но плод Разумного Замысла Того, Кто бесконечно превосходит всех нас, — начинаю я. — Вот только, в отличие от вас, мы полагаем, что Сотворивший её не устранился от участия в Своём творении, но продолжает и дальше заботиться о нём.
Знаю, что многие из вас считают этот мир безнадёжно погрязшим во зле, но, тем не менее, с отчаянием обречённых продолжают держаться свободы и справедливости. Я вижу, как трудно вам приходится, и хочу сказать вам то, что вдохнёт в вас новые силы. Зерно уже упало с неба и произрастило Хлеб Жизни!
Глава 52
Глава 52
Тео Нару
Сижу в зале Совета, совершенно отрешённый от происходящего. Казалось бы, я достиг желаемого. Установил контакт. Но что происходит? Откуда этот страх?
Ведь никогда прежде я не трясся над своей никчёмной и такой несуразной жизнью. Я всегда понимал, что мир устроен намного сложнее, чем кажется обычным людям, и чувствовал, что со смертью тела ничего не кончается. Да и так ли уж она страшна? Есть вещи гораздо хуже.
Вот именно, — думаю я. Мне вдруг приходит на ум всё то жуткое, чего я вдоволь насмотрелся на Островах. Я даже невольно поёжился, представляя, что можно сделать с человеком.
Люди Солнца кажутся совсем, совсем иными. Им хочется доверять. Но стоит ли в принципе верить людям? Всякий человек — ложь, — говорили древние. Нельзя доверять! Это всегда кончается болью. Не хочу думать, не хочу вспоминать…
Но ведь у Изгоев получается доверять друг другу! Они особенные, не такие, как все! Разве обычный человек покинет биосферную планету, чтобы жить среди смертельно опасных ледяных пустынь, взяв на себя полную ответственность за свою судьбу?
Первое время в общине я не мог отделаться от мысли, что так не бывает. Ну, не могут люди так относиться друг к другу! Никакой борьбы за власть и влияние, никаких интриг. Ни насмешек, ни презрения. Всё просто и честно. Любой готов помочь, стоит только намекнуть. Я всё время ждал подвоха, но так и не дождался.
Да, я тоже ненормальный. Там, на Островах, мне не раз говорили это прямо в лицо. А уж за глаза… Действительно, надо быть настоящим безумцем, чтобы не ужиться на Островах с их несказанным комфортом и возможностью исполнения практически любых, самых смелых желаний.
Как я вообще смог оставить Иттан? Я люблю свою родину с того, пожалуй, момента, как начал осознавать собственное существование. Люблю всей душой, с младенчества впитавшей в себя неисчислимые богатства культуры и знаний величайшего народа Оданы.