Солнце мертвых
Шрифт:
– Съездим на место преступления.
– Это верно. Дальше?
– Допросим негров.
– Попробовать можно. Но он прав, когда говорил, что из них ничего не вытянешь. Кому интересна их реакция на происшедшее? Ладно, допросили. Дальше?
– Начнем искать Балашова и Курехина.
– Да они же мертвы. Неужели ты поверил в то, что их смерть инсценирована? Ты, допустим, не знал ни того ни другого, а я Курехина в свое время арестовывал, я, по-моему, рассказывал. Сразу, конечно, я его не узнал, но потом вспомнил. Это, несомненно, он. Да и зачем инсценировать
– Но отпечатки?
– Мало ли… Давай-ка лучше поразмышляем о другом. Скажем, о внезапной смерти нашего друга водопроводчика. И о его похождениях сегодняшней ночью. Не связаны ли эти два события?
– Ночью он перенес, судя по вашему рассказу, огромное потрясение, вот сердце и не выдержало.
– Он говорил, что этот Сенека был одним из главных лиц в странных событиях в пещере. А теперь вдруг его убивают. Спрашивается, зачем?
– Если поверить в его рассказ, то, мне кажется, местный колдун закрепил таким образом свою победу.
– А почему сразу не убил?
– Сенеку охраняли.
– Ты думаешь? А вот мне показалось, что чернокожие господа скорее не охрана, а вдохновители.
– Вдохновители чего?
– Всей этой затеи.
– Не совсем ясно.
– Ладно, с этим потом. Теперь допустим, что водопроводчик скончался не в результате сердечного приступа, а по воле колдуна. Почему?
– Он был ненужным свидетелем.
– А что же его сразу не убили?
– Сумел сбежать.
– Послушай, Андрей. Давай исходить из того, что все, о чем нам рассказал Каковенко, чистая правда. Прибавим сюда и то, что было нам известно раньше. Исчезновение трупов из морга, результаты обысков. То есть допустим, что за всем этим стоит нечистая сила. Допустим! Все эти рассказы о Лиходеевке, о старом кладбище. Как ни абсурдно, но еще раз допустим. Тогда Каковенко, по всем законам логики, незачем сначала отпускать, а потом почти сразу убивать. Ведь он сам рассказал, что спустился на зов колдуна помимо своей воли, а убежать, видите ли, сумел без труда.
– И что же?
– Ничего, я просто рассуждаю. Но самое главное в рассказе – он называл конкретных людей. Директора краеведческого музея и хозяина дома номер шесть – молодого парня со стариковскими повадками. Давай познакомимся с ними.
– Я готов.
– Но сначала съездим в морг. Посмотрим все же на нашего знакомого, да и на останки мистера Сенеки нелишне взглянуть. Потом в гостиницу, а уж дальше посмотрим…
Возле морга в этот час было людно. Забирали тела, прогуливались печальные родственники и хмурые сослуживцы усопших, и оживленно сновали благообразные старушки и молодые люди, которые уже фигурировали в нашем рассказе. Словом, в обители…
– На вскрытии он, – недовольно сообщила незнакомая медсестра на просьбу пригласить патологоанатома.
– Придется подождать, – Казаков присел на скамейку и взглянул на своего спутника. – Как думаешь, бывает жизнь после смерти?
Огорошенный неожиданным вопросом, Андрей с удивлением посмотрел на капитана, не зная, что и ответить.
– Я как-то не задумывался, – наконец промолвил он, –
– А как же зомби? Все эти ожившие мертвецы и прочие монстры, о которых нам твердят со всех сторон уже целую неделю. Я начинаю верить.
– Вы это серьезно? – недоверчиво спросил Андрей.
Но тема так и не нашла развития, потому что в эту минуту появился уже знакомый Андрею Кузьма.
– А, свояк! – без особого восторга воскликнул он. – На американца пришел полюбоваться? Зрелище, я скажу, не для слабонервных. Вот он, – Кузьма кивнул на Андрея, – вряд ли выдержит, наверняка блеванет.
От этих слов лейтенанта действительно затошнило. Он с тоской посмотрел на выход, прикидывая, куда бежать в случае нужды.
– Вот видишь, – с непонятной радостью сказал Кузьма, – уже с лица сбледнул. Слабоваты у тебя помощники.
– Чего ты парня смущаешь, – одернул развязного патологоанатома Казаков.
Но зловредный Кузьма только захохотал.
– Да, – отсмеявшись, заявил он, – этого америкашку кто-то отделал на славу. Располосовал, что твоего барана. Сноровисто работал. Со знанием дела.
– А второй? – спросил Казаков.
– Кто второй?
– Каковенко, он от чего скончался?
– Какой еще Каковенко?
– Водопроводчик, пожилой такой, грузный. Жена сказала, инфаркт у него.
– Нет никакого водопроводчика.
– Как нет?!
– Вот так и нет. Говоришь, сегодня утром привезли? Может, Губанов, Седых?.. Кто там еще?.. Вроде больше никого не было. Американец только.
– Да нет! – рассердился Казаков. – Не Губанов и не Седых. Каковенко! Вспомни.
– Не было никакого Каковенко! – в свою очередь повысил голос Кузьма. – Ты что же думаешь, их сюда штабелями привозят? Всех прекрасно помню, такой не поступал.
– Вот тебе и раз! – изумился Казаков. – Куда же он делся?
– Вот уж не знаю. Это твоя прерогатива – разбираться, кто куда делся. У меня другие функции.
– Ничего не понимаю! – Казаков потер лицо рукой. – Может, старуха нам соврала? Но такими вещами не шутят. А может, какая-то ошибка, и его привезли под другой фамилией.
– Иди ищи, – насмешливо фыркнул Кузьма. – И вы, молодой человек, можете помочь своему коллеге, – с той же насмешкой сказал он Андрею, но тот благоразумно остался в вестибюле. Казакова не было довольно долго, наконец он вернулся.
– Действительно, нашего друга там нет, – растерянно сообщил он Андрею.
– А американец?
– Американец на месте. Действительно, разделали отменно. Видать, топором работали. Смотреть даже жутко. Но не в нем дело. Куда же пропал Каковенко?
– Может, в другой морг увезли?
– Ты прекрасно знаешь, что подобное учреждение в нашем городе единственное. – А вдруг по ошибке в больницу доставили? Или он по дороге ожил?
Капитан хмыкнул:
– Ожил!.. Ты скажешь! Так, срочно отправляемся к нему домой.
Даже не попрощавшись с Кузьмой, они бросились к машине.
На этот раз дверь квартиры водопроводчика вообще никто не открыл. Оба что есть силы стучали довольно долго.