Солнца трех миров
Шрифт:
– Давай-давай. Щас такую уху сварю - премию мне дадите. То бишь нальете.
– А у нас нет.
– Врешь! Тебе дед Федор завсегда бутылку с собой дает.
Мое настроение, вначале такое же подавленное, как у всех, неуклонно улучшалось. Сперва я не мог разобраться, в чем дело, а потом понял: сегодня мне не надо вставать по будильнику, потому что я уже встал без него. А еще не надо идти на опостылевшую работу, на которой мне ничего не светит. И завтра, скорей всего, идти туда мне не потребуется тоже.
Вот так живешь-живешь - и не понимаешь до конца, как тебя все задолбало:
И сколько же раз тебе хотелось взять и свалить куда подальше; и вдруг так получается, что ты уже свалил. Да так далеко, что никакая загранка с этим рядом не стояла.
Я сел в «Хаммер» и проехал первые двести метров, петляя между деревьями. Лысый шел впереди по зарослям папоротников и лопухов, обрубая свисающие сверху лианы и следя, чтобы я не наехал на что-нибудь вредное для колес. Потом нам пришлось убрать с дороги гнилую корягу, и мы продвинулись еще метров на сто. Деревья стояли не слишком густо - главную проблему представляли их корни, некоторые из которых у стволов были человеку по пояс, а то и выше роста. Ну и заматеревшие кусты жгучей колючки, возвышавшиеся кое-где над землей метра на четыре, становились по-настоящему неодолимой преградой.
У жидкой рощицы молодого бамбука, через которую мы решили прорубаться, нас догнали Даша с Таней на «Шевроле-Ниве» и Валера с Машкой на моем уазике. Они успели свернуть палатку, и теперь, подсобив нам с машинами, пошли дальше, стараясь выбирать удобную для нас дорогу и делая зарубки.
Через два часа Вася сменил на трассе меня, а потом я - Лысого. К полудню мы уехали от обрыва на полтора километра, добравшись до расчищенной Валерой и женским обществом площадки. Там нас ждал обед: картошка с грибами, в которой преобладали грибы, и отменная уха. Над отдельным костром в дыму коптились зайцы. Выше, на растянутой между кольев леске, висела рыба, еще выше сушились остатки грибов. Хотя какие там остатки - три четверти Машкиного рюкзака.
Валера успел сходить в разведку и теперь рассказал, что на три километра дальше никаких ручьев нет; разве что далеко справа и слева, но там он не проверял. Из старого лагеря пришел Лысый и сообщил, что никто больше с Земли к нам так и не приехал.
– Выходит, дыра закрылась, - опечалился Вася.
– Может, она движется, - предположила Таня.
– Вчера была на проселке, а теперь сместилась в лес.
– Если она движется, то рано или поздно окажется в густонаселенных местах, - сказала Даша.
– А может, уже и была.
– Хочешь сказать, кто-то мог попасть сюда до нас?
– повернулся я к ней.
– А почему нет? Я слышала, в последнее время во всем мире слишком часто стали пропадать люди. Бесследно.
– Они и раньше пропадали, - возразил Валера.
– Хотя да, я тоже читал где-то, что по статистике
– Если во всем мире пропадают, так значит, наша дыра не одна такая, - сказал Вася.
– Давайте тогда людей здесь поищем!
– загорелась Таня.
– Сперва надо найти воду, - осадил ее я.
– Того, что в канистрах, нам хватит на три дня, - ну, на четыре. И с пищей вопрос решить, иначе как ни растягивай продукты, через неделю будем голодать. Нам и так повезло неслыханно, что ехали кто с рыбалки, кто с охоты, кто от щедрой бабушки.
– А мы здешнюю пищу сможем есть?
– засомневался Вася.
– Если мы на другой планете...
– Здешним воздухом мы дышим уже давно, - сказал я.
– И никто пока не помер. Может, и с едой так же будет. Но сперва ее добыть надо. Я вот что предлагаю: давайте вообще поменьше думать об отвлеченных вещах и побольше заниматься тем, что касается простого выживания. Для нас это сейчас самое главное. Людей потом поищем или они нас найдут. Хотя кто знает, где их выбросило или выбросит. На целой планете шансов на встречи мало.
– Серега прав, - сказал Лысый.
– Раз уж никак нельзя назад, надо как можно скорее обживаться здесь. И дальше место искать не для лагеря уже, а для поселка. Благо робинзоны из нас хоть куда - и припасы, и оружие, и снасти есть. И с машин можно много чего полезного снять. А сделать из них - еще больше. Это ж куча железа.
– Для таких дел кузня нужна, - сказал я.
– Хотя бы примитивная. И навыки в кузнечном деле.
– У меня они есть, - похвалился Лысый.
– Не бог весть какие, но тесаки я из рессор делал. А кузню соорудить... Камни нужны и глина. Как-нибудь печку сляпаем.
– Вот-вот - камни. А сколько мы их видели за сегодня? Кроме тех, что под обрывом, и до которых не добраться? Внизу - равнина, тут тоже равнина. Реки и ручьи здесь наверняка еле текут и почву глубоко не размывают. В таких джунглях камни в большом дефиците.
– Железяки здесь тем более в дефиците. Машины надо тащить с собой до конца, я считаю.
– Потащим, пока горючка есть.
– А ты откуда знаешь про джунгли?
– спросил меня Вася.
– Книжки хорошие читал. И вы все тоже вспоминайте, кто и что дельного читал про такие леса или по телевизору видел. К тебе, Даш, особая просьба, раз ты у нас в экологи метила.
– Книжки...
– протянул Вася.
– С книжными знаниями мы тут можем так влипнуть...
– Я же о дельных книгах говорил. А о том, что мозг надо выключить и книжные знания с действительностью не сравнивать, не говорил ничего. И потом, Вася, какие у нас варианты? Если у тебя налажен телепатический контакт со специалистами по дождевым тропическим лесам, особенно инопланетным, мы тебя с удовольствием послушаем.
После обеда мы два часа отдыхали, а затем снова принялись за расчистку трассы, теперь уже все сообща. Было не слишком жарко - видно, вчерашняя духота стояла перед грозой, которая потом так и не началась. Но пот все равно со всех лил так, что наша одежда вскоре оказалась мокрой. Та, что на нас еще оставалась. Москиты и прочие кровососы в округе отсутствовали, и мы сняли с себя что только могли.