Солнца нет
Шрифт:
После развала социалистического строя, каждому дураку стало ясно, что никто теперь тебе, кроме себя самого, не поможет и кончилась та халява, когда за тебя все думали и решали, как дальше жить, теперь настали звериные времена, когда закон джунглей стал основным и единственным. Понял это, и далеко неглупый Владимир Корсаров, а так как он всегда был человеком действия то, недолго думая, принялся усердно работать, сколачивая начальный капитал для вложения его в личное дело, в то время как другие просто спивались, или ждали помощи от государства. Да, время лечит, от неудачи, всякого по-разному, у Корсарова, например,
Почему Владимир Корсаров выбрал эту стезю? Потому что всегда был дальновидным человеком, он понимал, рано или поздно наступит такое время, когда людям понадобится защита от возможного криминального влияния. И ещё, он осознавал, наступили такие дни, в которые можно творить историю России, очнувшейся от почти векового летаргического кошмарного сна. Теперь можно получить власть, обогатиться, даже начав с простого дворника и возвысить неизвестный род свой.
Проницательный Корсаров сделал ставку на охрану, исходя из того, что несмотря на крепчающую и разрастающуюся преступность, поглотившую в себя целую страну, в которой правоохранительный аппарат, походил на еле бредущего зомби, охранное предприятие – это наиболее верный и действенный способ, не только самому удержаться на плаву, но и городу оказать услугу, не захлебнуться в вонючей трясине беззакония. На сегодняшний день под его бдительным оком оказалась почти вся Пенза.
Человек в белом кимоно быстрым броском перекинул через себя тучного соперника, уложив на лопатки, увлечение восточными единоборствами пришло к Корсарову с приходом к власти сильного и уверенного президента Владимира Путина. Сидящие вокруг дзюдоисты наградили победителя аплодисментами. Корсаров добился впечатляющих успехов в этом виде спорта, он вообще построил собственный спортивный комплекс, где и сам с удовольствием тренировался два раза в неделю. Он, как и губернатор Василий Бочкарёв, поддерживал развитие спорта.
После тренировки Владимир Корсаров поспешил просмотреть боксёрский поединок. Заняв место, с которого было удобно наблюдать за ходом боя, важная персона приготовилась поболеть за спонсируемого участника. Бокс был ещё одной страстью этого удивительного человека, не секрет, что сразу после начала турнира, Владимир с головою ушёл в азарт: «Давай! Давай! Бей его левой...» Ему самому очень хотелось выйти на ринг.
Глава 31
«Сегодня в нашей маленькой компании праздник. Я сам просил Денис Владимировича устроить его, чтоб как-то разрядить создавшуюся обстановку между мной и ребятами, после нашего недавнего побоища. Теперь, кажется всё в прошлом, мы более-менее нормально стали общаться, наши синяки зажили вместе с некоторой обидой, скоро неприятности забудутся и, слава Богу...» – размышлял в одиночестве Микола, покуривая крепкую сигарету. В этот момент тюремный коридор наполнился громкими голосами и глупым похабным смехом прибывших проституток. Дежуривший здоровяк, не мешкая, вышел из своей комнаты, его тут же шумно приветствовали ночные бабочки, некоторые из них повисли на могучей шее украинца.
– Здравствуйте, Денис Владимирович... – неуклюже произнёс усач. – Спасибо за доставку... – улыбнулся он.
– Не за что, – сухо ответил цыган. – Николай,
– Один момент, Денис Владимирович, – отозвался Микола и, взяв девочек под руки, повёл в общую комнату, где уже давно изрядно выпивали его сослуживцы. Когда они вошли, захмелевшие хохлы восторженно повскакивали с мест, начав балагурить со жрицами любви.
– Ну вы тут устраивайтесь, дамы, а я пойду к начальнику побеседую, – проговорил усач.
– Поскорей возвращайся, – в один голос попросили девицы, мило улыбаясь.
Микола их оставил, вскоре отыскав Роева, который был на редкость мрачен.
– Что-то не так, Денис Владимирович? – спросил смутившийся здоровяк, краем глаза заметив засохшие пятна крови на рукавах его светлой рубашки.
– Не так... – хмуро ответил цыган. – Николай, последнее время я начал замечать одну неприятную вещь. Я понял, что ты стал непрофессионально уделять излишнее внимание некоему заключённому из третьей камеры.
Взгляд Миколы при этих словах потяжелел, он ощутил нарастающее беспокойство в своей душе.
– Денис Владимирович... я просто, немного позаботился о ней, ничего лишнего с моей стороны не было, – попробовал он оправдаться, с разочарованием чувствуя, что это вряд ли способно ему помочь.
– Николай... ты затеял опасную игру. Тебе известно, что она ожидает своего особого клиента. Смотри не переступи тонкую грань, между надсмотрщиком и преступником. До добра тебя это не доведёт... – спокойным ледяным тоном предупредил Роев. – Ты свободен, можешь идти, – дозволил он.
Здоровяк молча развернулся и, чувствуя спиной, пристальный взгляд цыгана, зашагал к покинутым коллегам.
«Ну, вот и всё! Кончена моя благотворительная забота, Шахида её больше не увидит. Как же он узнал? Неужели кто-то из ребят оказался доносчиком?» – носились мысли в его голове. Усач даже не заметил, как прошёл длинный гулкий коридор и вошёл в шумное помещение.
– Микола, где ты шляешься? Иди сюда братко, Танюша-то тебя уже заждалась! – весело объявил коренастый хохол, у которого на коленях устроилась размалёванная блондинка, едва-едва окончившая школу. Сразу было видно, ума у неё хватило только на то, чтоб умело раздвинуть ноги.
Николай сухо, вымученно улыбнулся на это замечание. К нему сразу подлетела рыжая кокетка.
– Как ты тут поживаешь без меня, красавчик? Не скучаешь? – игриво поинтересовалась она.
Не успел усач ответить, а длинный хохол, рассмеявшись, вскричал:
– Изменяет он тебе, Таня, ох изменяет!
Татьяна деланно встала в позу ревнивой жены.
– Как изменяет?! Это с кем же?
– Да есть тут у нас, одна дамочка, частенько он к ней наведывается! – подметил второй напарник.
– Милый, как же так? – воскликнула обиженно рыжая.
– Слушай их больше, такого они тебе наговорят пустозвоны... – махнул рукой Микола, затем подхватил Таню на руки и отнёс к столу, за которым удобно уселся. Компания продолжила выпивать и как это обычно бывает, рекой потекли весёлые разговоры с отвязными шуточками.
Микола пил много, не уставая балагурить, но в сердце так и не смог преодолеть тягостное чувство, возникшее после неприятной беседы с Роевым. Наконец, настал момент, когда мужики стали расходиться по разным комнатам в сопровождении проституток. Николай тоже.