Солдаты смерти
Шрифт:
Всё закончилось с металлическим треском дюрастали по кости. По волосам разлетелась холодная вонючая жижа. Хватка на горле вдруг ослабла. Мёртвые руки обмякли и разошлись в стороны.
Захара подняла голову. Взгляд очистился. Голову твари свернуло в сторону. Из шеи торчала хирургическая пила для костей, до середины врезавшаяся в серую плоть.
Какого...
Позади она разглядела плоское металлическое лицо... и не поверила своим глазам, даже сейчас.
– Мусор... – её голос был еле слышен. – Ты... вернулся?..
– Простите? – 2-1В просто
– Ты спас меня.
– Ну, да, конечно, – согласился дроид-хирург, несколько озадаченный.
Видимо, вспомнив, что отпиливает голову твари в лабораторном халате, он отбросил пилу и труп в сторону на пол.
– Это существо пыталось вас ранить. В соответствие с программой, заложенной в академии на Риннале, моя главная задача...
– Защищать жизнь и благосостояние живых, насколько это возможно, – закончила вместо него Захара. – Знаю.
Дроид-хирург продолжал смотреть на неё, будто ожидая приказов. Захара уже видела, что это не её 2-1В, не её Мусор... но всё равно она почувствовала огромную благодарность, совершенно не поддающуюся разумному объяснению. Конечно, на корабле таких размеров должен быть такой дроид, и самое место ему именно в этой лаборатории. Но всё же слёзы у неё на глазах были вызваны не только благодарностью и облегчением, но и осознанием потери друга, которого она вовсе не потеряла.
– Я могу вам ещё чем-то помочь? – осведомился дроид.
– Можешь... – она села и оглядела лабораторию как бы свежим взглядом. – Расскажи мне об исследованиях, которые здесь проводили.
– Боюсь, мне не слишком много известно. С научной точки зрения, мне известно, что запрограммировавшие меня учёные работали над простыми химическими способами снижения темпов разложения живых тканей. В идеале вирус может овладеть нервными рецепторами и заставлять мышцы работать даже после клинической смерти.
Захара вспомнила, как трупы орали друг на друга и сбивались в организованные армии.
– Эти разработки велись по заказу... военных?
– Трудно сказать. Вся информация была засекречена. Ведь я, научный и хирургический дроид, не интересуюсь подобными вещами, а также не особо осведомлён о тайных военных операциях.
– Но ты хоть знаешь, где можно найти работающий терминал?
– Конечно.
Дроид замолчал. Захара слышала, как щёлкают и жужжат его компоненты под обтекателем – знакомый звук вызвал в памяти мучительные воспоминания о Мусоре.
– Мои датчики подсказывают, что осталось несколько несломанных консолей в центре управления ангара. Но я вынужден предупредить вас, что с учётом враждебного окружения находиться в том месте чрезвычайно опасно.
– Я уже привыкла к опасности.
– Очень хорошо. Хотите, я прочерчу вам наиболее короткий маршрут?
– Начерти такой, чтобы я вообще не заходила в ангар.
– Будет сделано.
– И слышишь, Мусор?
Он опять поднял на неё взгляд.
– Боюсь, я...
– Спасибо, – перебила она дроида, борясь с желанием пожать его холодную металлическую руку и поцеловать.
Глава 37.
Бах!
Новый выстрел, ударивший в корпус имперского посадочного челнока, был выпущен явно не из ручного оружия. Сарторис понял это, только когда корабль подбросило вверх и в сторону, а он отлетел от надвигающихся на него из кабины солдат. Он угодил прямо в Горристера.
"Лазерная пушка крестокрыла, – лихорадочно думал капитан. – Те твари снаружи – они же видели, как я из неё стрелял... Видимо, Горристер был прав. Они учатся".
Командир уставился на него совершенно ошеломлённо, будто его резко разбудили от яркого сна.
– Что... что происходит?
Он не сводил взгляда с Сарториса, а потом его глаза ещё больше расширились, когда он осмотрел кабину, своих истощённых людей, стопку формы тех, которых сам же убил и съел. Сначала Сарторису показалось, будто на лице у мужчины промелькнуло осознание той моральной бездны, в которую он пал за последние десять недель.
Сарторис протянул руку и хлопнул по кнопке у него над головой, отключив механизм запирания аварийного люка. Схватив Горристера за воротник, он дёрнул его вверх, используя череп командира как таран. С включённым замком это бы не сработало, иначе бы корабль не смог выдержать осаду тварей в течение десяти недель, но сейчас механизм был уже отключён. Люк и череп Горристера поддались под действием импульса, и стальная панель резко открылась. Сарторис поднял его наверх и свесил вялое тело в сторону, затем схватил наугад другого, подхватив его под руки. От истощения тела мужчин стали легче, и Сарторис без труда выкинул и этого в люк.
Толпа мертвецов окружила корабль со всех сторон. То было море голодных лиц: заключённые, стражники, экипаж корабля. Как и предполагал Сарторис, один из них уже вскарабкался в крестокрыл рядом с челноком и беспорядочно шарил по панели управления. Пушки смотрели не на челнок – может быть, та тварь в кабине удачно пульнула в ангар так, что выстрел срикошетил в прямо в них?
Но потом он увидел второй крестокрыл в сорока метрах, смотрящий прямо на него. Одна из тварей сидела и там.
Они что, все позабирались в корабли?
Сарторис опустил руку вниз, схватил ещё одного солдата и швырнул в толпу. Твари мгновенно набросились на несчастного, схватили за руки, за ноги, за голову и ещё живого разодрали на части. Несмотря на желание отвернуться, Сарторис поймал выражение на лице мужчины, растянутом в беззвучном крике, когда один из мертвецов вырвал ему руку из плечевого сустава. Стоявший рядом мертвец откусил вторую руку и стал размахивать ей, как дубиной.
Сарторис нырнул и схватил ещё одного, с каким-то оружием в руке, то ли дубиной, то ли ножом. И этого капитан выбросил наружу, почти не думая, а повинуясь действию адреналина в крови. За ним стоял третий. Сарторис и его схватил под руку и за тощую голень. Он вытолкал его на корпус корабля. Истощённый солдат беспомощно таращился на него.