Солдат не спрашивай
Шрифт:
В ту же секунду машина рухнула на землю, и на несколько ужасных мгновений все вокруг смешалось и утратило всякий смысл.
Затем неожиданно окружающее снова стало четким и ясным. Штабная машина лежала на правом боку, обнажив бронированное днище. Мондар уже вытягивал магниевые щитки у задней смотровой щели, Ичан Хан пытался закрыть левую прорезь, которая теперь находилась у них над головой. Когда это было сделано, машина превратилась в темную металлическую коробку, и виднелись лишь несколько узких лучиков света в бронированной
— Подполковник, вы вооружены? — осведомился Ичан Хан, доставая из-под мундира небольшой плоский пистолет и навинчивая на него длинный снайперский ствол.
Пули из охотничьих ружей — оружие хоть и не военное, но достаточно смертоносное в условиях джунглей — уже начали со звоном отскакивать от брони их машины.
— Нет, — мрачно ответил Клетус.
Воздух внутри был спертым, и запах скошенной травы и мускатного ореха становился просто непереносимым.
— Жалко, — вздохнул Ичан Хан.
Он просунул дуло в одну из щелей и прицелился. Раздался выстрел, и крупный, со светлой бородой мужчина в защитном комбинезоне на дальней стороне дороги замертво упал на землю.
— В автобусе, когда он приблизится к нам, услышат стрельбу, — раздался из темноты за спиной Клетуса голос Мондара.
— Они остановятся и позвонят, чтобы прислали подмогу. Спасательный отряд может прибыть сюда по воздуху минут через пятнадцать после того, как в Бахалле узнают о нас.
— Да, — спокойно подтвердил Ичан Хан и снова выстрелил.
Еще один партизан рухнул с дерева неподалеку. Послышался звук еще одного падающего тела, на этот раз невидимого.
— Возможно, они и успеют, — продолжил Ичан. — Странно, что эти партизаны не дали нам проехать, чтобы затем напасть на автобус. Он ведь менее защищен, и больше добычи внутри… Я бы не советовал вам высовываться, подполковник.
Последняя фраза была адресована Клетусу, который яростно дергал щитки правого борта, пытаясь сдвинуть их в сторону. Машина завалилась на небольшой холм так, что, если бы удалось открыть их, можно было бы выбраться наружу. Клетус, кажется, и собирался это сделать.
Спрятавшиеся в джунглях стрелки разгадали намерения Клетуса, и по бронированному днищу машины застучал град пуль, однако ни одна из них не попала в открывшийся проем, так как угол наклона был слишком острым. Мелисса, которая вдруг догадалась о намерениях Клетуса, вцепилась в его руку.
— Нет, — закричала она. — Это бесполезно! Водителю уже не поможешь. Его убило, когда разорвалась мина…
— Да и черт с ним! — рявкнул Клетус. Перестрелка явно не способствовала улучшению его манер. — Когда он падал, «оборотень» шлепнулся вместе с ним.
Высвободившись из ее хватки, он покинул машину, вскочил на ноги и рванулся к канаве, где должно было лежать тело водителя. Окружающие джунгли взорвались выстрелами, Клетус споткнулся, подбегая к краю канавы, упал, покатился и исчез из виду. Мелисса вскрикнула,
В ответ из джунглей прозвучал одинокий выстрел — и кисть руки снесло пулей. Кровь брызнула из раны, но руку не отдернули, и почти сразу же кровотечение остановилось — и ни одного рывка, ни одной струйки, никаких признаков того, что сердце все еще бьется, все еще живет.
При виде этого жуткого зрелища Мелисса задрожала, дыхание ее стало тяжелым и прерывистым. Оторвавшись от прицела, Ичан Хан заметил это и на мгновение обнял ее за плечи.
— Спокойно, девочка моя, — сказал он, сжал ее плечо и снова бросился к прорези, услышав новый взрыв выстрелов и звон пуль о броню. — Теперь в любую минуту они могут броситься на нас, — пробормотал он.
Мондар, сидевший скрестив нош, словно погруженный в медитацию, потянулся к девушке и взял ее ладонь в свою руку. Взгляд девушки не отрывался от обрубка руки, торчащего из канавы. Мелисса сжимала руку Мондара все сильнее и сильнее, с силой, которая казалась просто невероятной. Она молчала, но взгляд ее застыл, а лицо стало неподвижным и бледным, словно маска.
Неожиданно выстрелы стихли. Мондар повернулся к Ичан Хану.
Дорсаец оглянулся, их глаза встретились.
— Теперь жди в любую секунду, — деловито произнес Ичан. — Посланник, ты будешь последним дураком, если позволишь им взять себя живым.
— Когда не останется смысла в жизни, я всегда смогу умереть, — ответил Мондар спокойно. — Мое тело подчиняется только моим приказам.
Ичан снова выстрелил.
— Автобус, — продолжал Мондар таким же тоном, — уже должен был подъехать достаточно близко, чтобы там услышали стрельбу и позвонили.
— Без сомнения, — откликнулся дорсаец. — Но помощь нужна нам сейчас, позже она бесполезна. Как я уже сказал, в любую секунду они могут броситься на нас. И один пистолет не сдержит дюжину, если не больше… А вот и они!
Через отверстие, находившееся на уровне плеча Ича-на, Мондар увидел, как одетые в защитные комбинезоны фигуры внезапно выскочили из джунглей на дорогу. Маленький пистолет в руке Ичана не замолкал, но звук выстрелов терялся в общем реве, и фигуры, бежавшие в передних рядах, падали, словно заколдованные.
Атаковавшим нужно было преодолеть всего каких-то пятнадцать метров; и джунгли, и небольшой, залитый солнцем кусочек дороги, которые находились в поле зрения Мондара, пестрели маскировочными костюмами.
Оружие в руке Ичан Хана щелкнуло впустую, и в эту же секунду, как раз когда фигура первого партизана появилась в проеме, через который выбрался наружу Клетус, за спинами атаковавших раздался дикий вой «оборотня» — и они растаяли, как тают сделанные из песка фигурки под натиском мощного прилива.