Соль наших сердец
Шрифт:
— Я больше этого не выдержу, — сказала Мила, прикладывая к глазам платок.
А я даже не замечала на своих щеках слезы. Смотрела на Лешу, и он, почувствовав мой взгляд, повернулся и посмотрел на меня.
Мой сильный муж, мой самый любимый мужчина, не знающий поражений, не соглашающийся с навязанными судьбой условиями.
И не смотря на все наши трудности, глядя сейчас в глаза своему мужу, я понимаю, что он никогда не сдастся. Никогда не спасует. Ради меня и нашего ребенка он в лепешку разобьется, но сделает нашу жизнь
И никакая инвалидная коляска не сможет помешать ему.
Бонус. Ксю
— Ксю, ты знаешь, как я отношусь к Лере, но тут уже задеты интересы не только женской дружбы, а еще и интересы моих детей.
— Наших детей, — автоматически поправила я Лешу. Привыкла уже за последний месяц постоянных уговоров. Обернулась, сметая животом половину косметики, расположенной на тумбочке в ванной. Весь последний час я пыталась замаскировать отекшее лицо и небольшое пигментное пятно. — Да, хороша свидетельница, ничего не скажешь.
— Красавица, — ответил Леша. Хотела бы я посмотреть на себя его глазами, где я не раздутая надвое тетушка с отекшими ногами и мешками под глазами. Девятый месяц давался мне не совсем легко. Хотелось уже рожать.
Хотелось, но только не сегодня.
— Леша, давай, все уже, а. Хватит разговоров. У Леры сегодня свадьба, и я там буду. Мы там будем. — Погладила живот, получив от сына небольшой толчок. Этот точно задира, второй сынок вел себя намного спокойнее.
Прошла мимо мужа в комнату, параллельно устраивая апокалипсис. Я сама шутила над этим, говоря, что просто подготавливаю дом к появлению детей, сметая все, что в будущем и без моей помощи могло бы разбиться или упасть сверху.
— Давай хоть машину вызовем, Ксю. Зачем еще вот эти покатушки, а? Ну посидим в ресторане, пока молодежь покатается.
— Я не поняла, ты меня сейчас старой назвал?! Ты, отец моих детей! — Я вернулась из комнаты в гостиную, неся перед собой платье темно синего цвета.
Леша замолчал, опустил голову и потер переносицу. Да, я знала, что на правильном пути и уже не собиралась сворачивать. Так, только бы не заиграться. А то вчера даже всплакнула. А сейчас некогда. Опоздаем, если буду перекрашиваться.
— Мальчики, вы слышали, ваш папа назвал маму старухой! — В ответ мне маленький задира пнул живот изнутри. — Вот видишь, даже сын ругается.
Леша посмотрел на меня, на живот. Я всегда млела от его этого взгляда, вспоминая тот день после игры, когда придя домой, я рассказала о беременности. Никогда не видела своего мужа в состоянии ступора, но в тот день он в него впал. Отвис через несколько минут, подъехал ближе на инвалидной коляске, прижался головой к животу. Я помню это ощущение счастья, радости, вперемешку с его горячим дыханием и слезами.
— Хорошо, Ксю. Только, умоляю, не перенапрягайся.
— Господи, Леша, ты же меня вечно возишь на себе, я и напрячься то не успеваю. Все, одеваться и на выход.
Я вошла в нашу
Мы вышли из дома. Я открыла машину, нажав на кнопку брелока. Завела мотор. Леша забрался на пассажирское сидение, используя специальные канаты, обвязал этими же канатами новую инвалидную коляску, которая была намного легче и компактней предыдущей.
Его сидение было выдвинуто до упора назад и в образовавшееся свободное пространство легко помещалась коляска.
— Леш, я сейчас за цветами забегу. — Поймала на себе недовольный взгляд мужа. — Это по пути, не сопи так.
К дому невесты мы подъехали вовремя. Правда, припарковываться пришлось долго, так как тут и там стояли наряженные мотоциклы. Кортеж невесты.
Лера показалась через несколько минут в окружении своих родителей и, видимо, ближайших родственников.
Вышла из машины, подошла к подруге.
— Господи, какая же ты классная невеста!
Помню, как мы ходили покупать платье, которое пришлось в конечном итоге шить на заказ. Ну, что поделать, если Лера, с выбритыми висками и татуировками, выглядела в пышном платье как минимум странно. А это, короткое спереди и удлиненное сзади, с кожаным белым корсетом, открытыми плечами смотрелось на девушке гармонично.
От фаты мы тоже отказались, единственное украшение которое было — нанесенные белыми специальными красками красивые узоры на выбритых висках, уходившие на шею, плечо и руку.
— По местам, — скомандовал отец невесты, помогая своей супруге и дочери усесться в машину.
Я тоже пошла усаживаться. Не гоже невесте опаздывать в загс, тем более, когда там уже ждет жених.
Первыми с парковки выехали два байка, следом машина с невестой, потом мы, а следом за нами последовала остальная гремучая кавалькада.
Да, такую свадьбу запомнят надолго.
Жених приближение своей невесты услышал, наверное, за несколько километров.
— Это так красиво, — сказала я Леше, смотря, как Михаил подходит к машине, где сидит его любимая, открывает дверь, какими глазами на нее смотрит. Она, Лера, в своем платье, необычным макияжем, в белых тяжелых ботинках до колен была для него самой прекрасной женщиной на свете. Это читалось во взглядах и жестах.
Скоро мы всей шумной компанией направились в загс. Я, конечно же, на коленях у Леши. Папа сказал-папа сделал. Вот он наш девиз последних месяцев.
В самом зале бракосочетаний все разномастные гости расставились по кругу, родителей определили на вип-места — красные кресла. Нас — жениха, невесту и двух свидетелей установили в центр.
В этот момент я почувствовала ноющую тянущую боль в спине. Без паники. Всего лишь ложные схватки. Старалась слушать ведущую, которая сейчас нам рассказывала про важность сохранения брачных уз.