Сокровища короля

Чедвик Элизабет

– О, Николас, прекрати. – Со слезами на глазах она приложила пальцы к его губам.

Он со стоном привлек ее к себе. Они целовались как безумные, почти варварски, пользуясь последними мгновениями счастья. Оба остро сознавали, что песок в песочных часах уже давно истек. Напоследок еще раз, поцеловав Мириэл, крепко, причиняя ей боль, Николас оторвался от нее. Дыхание у него было прерывистое, руки тряслись, когда он застегивал пряжку ремня.

– Храни меня в своем сердце, – сказал он и ушел, впустив под навес струю холодного соленого воздуха, когда

ступил на палубу и задернул за собой полог.

Тыльной стороной ладони Мириэл отерла глаза и, проглотив горе и досаду, заставила себя сосредоточиться на практичных мелочах: надела платок, поправила на себе одежду и внешне вновь превратилась в почтенную замужнюю женщину. Она не жалела о времени, проведенном с Николасом, но думала, что лучше бы этого не было. Она пыталась притворяться и не смогла. За удовольствие надо платить, и Мириэл не оставляло дурное предчувствие, что в итоге судьба предъявит им счет.

Она вынула из сундука свой плащ и увидела Псалтырь, подаренный Робертом. Книга лежала поверх ее сменной одежды и нижних сорочек, укоряя ее своей изысканной библейской красотой. Охнув, Мириэл выдернула из-под Псалтыря одну из сорочек, бросила ее на книгу и со стуком захлопнула крышку.

«Святая Мария» входила в гавань Бостона, везя полный трюм товаров с ярмарки в Шампани: дорогие итальянские ткани, шелковый дамаст, венецианскую парчу и тонкий хлопок.

Стоя на носу парусника, Мириэл каждой клеточкой своего существа сознавала присутствие Николаса, хоть они и находились на разных концах палубы. Она чувствовала каждое его движение, будто они были прижаты друг к другу. Все его внимание было сосредоточено на управлении кораблем, входившем в устье реки, но она знала, что его чувства и мысли созвучны ее собственным.

– Я люблю тебя, – прошептала она. В ее глазах сверкали слезинки. Когда в бурую воду упал якорь и швартовую тумбу обвил причальный трос, она последний раз взглянула на Николаса сквозь влажную пелену на глазах, затем, прикусив губу, взяла себя в руки и устремила взор на порт, где царила суета.

На причале ее ждал Роберт.

Глава 24

Роберт заключил ее в свои медвежьи объятия и крепко расцеловал.

– Дорогая, любовь моя, я так по тебе соскучился, – хрипло произнес он. – Как твои дела?

Мириэл боролась с ужасом: при виде мужа ее захлестнула волна удушающего страха и потрясения.

– Привезла полный трюм замечательных тканей, – услышала она свой голос, почти обычный. – А как ты? – Она не могла заставить себя ответить на его поцелуй, поскольку все еще ощущала на своих губах вкус поцелуев Николаса.

– Отлично. – Держа ее за плечи, он сделал ладонями хватательное движение. – Я вернул заказчиков, которые переметнулись к де Лаполю, и приобрел еще несколько новых из числа его бывших заказчиков. – Он широко улыбнулся – Это означает, что теперь я могу посвятить все свое время моей прекрасной жене. – Он еще раз стиснул ее в объятиях и отпустил, крепко удерживая в

своей ладони лишь ее руку. – Я на ночь снял комнату в «Корабле», там нам будет удобно.

Понимая, что он подразумевает, Мириэл поежилась.

– Замерзла? – Роберт освободил ее ладонь и заботливо обнял жену за плечи.

Она мотнула головой. Разве можно замерзнуть в такой знойный день? Если б не освежающий бриз, она вообще едва могла продохнуть.

– Немного не в себе после долгого плавания, – ответила Мириэл.

Глаза Роберта вспыхнули. Он потерся бородой о ее подбородок.

– Тогда пойдем, отведу тебя в «Корабль», полежишь немного. – Обнимая ее за плечи, он стал разворачиваться вместе с ней, но потом остановился, глядя на соединенные внахлестку дубовые доски обшивки и смелые яркие цвета парусника. – Я и не подозревал, что он тщеславен до такой степени, – пробормотал он.

Не доверяя своему голосу, Мириэл промолчала. Ее будто раздирали надвое. Страх и раскаяние, овладевшие ею при виде Роберта, встречавшего ее на причале, оказались непосильным бременем. Она понимала, что ради спокойствия совести должна отказаться от Николаса, но эта мысль была столь же нестерпима, как и чувство вины.

Николас неспешно спустился по деревянным сходням на причал. Она заметила, что он на мгновение замешкался, принимая невозмутимый вид, но потом твердым шагом направился прямо к ним. Было бы странно, если бы он не подошел к своему постоянному заказчику.

– Красивый корабль, – сказал Роберт, приветствуя его дружелюбной улыбкой.

Николас кивнул и тоже раздвинул губы в неком подобии ответной улыбки:

– Не отрицаю.

– Он и в море так же хорош, как смотрится?

– Пожалуй. Предстоит еще испытание осенними штормами.

– Я просто так спросил, – шутливым тоном продолжал Роберт. – Жена говорит, что немного не в себе после плавания, а она не из тех, кто страдает морской болезнью.

Николас на долю секунды встретился взглядом с Мириэл и тут же отвел глаза.

– Мне жаль это слышать.

– Это только когда я ступила на берег, – поспешила оправдаться Мириэл. – А само плавание прошло гладко, как по стеклышку.

– В таком случае я тоже испытаю его, когда следующий раз поеду с вами. – Роберт протянул Николасу руку. – Я крайне признателен тебе за то, что ты доставил домой в целости и сохранности мой самый драгоценный груз.

Желчь обожгла горло Мириэл. Она и не представляла, что это будет так ужасно. С мукой в глазах она посмотрела на Николаса.

– Это мой долг, – учтиво ответил он и, не колеблясь, пожал протянутую руку Роберта. Она видела, что ее возлюбленный полностью владеет собой, что, как и в Стамфорде, когда он с беспечным видом прошел мимо стражника в городские ворота, он играет роль во имя спасения ее и своей жизни, и играет хорошо. Мириэл приободрилась. Она не подведет его. И, когда он, прощаясь, поклонился ей, она ответила ему кивком и сосредоточила все свое внимание на муже, хотя ее сердце разрывалось на части.