Соколиный замок

Хит Моника

– Сундук еще не прибыл, – пробормотал он через несколько секунд под шум разговора, который оживленно велся вокруг нас. – Я приеду за вами, как только он прибудет. Мне нужен был подходящий предлог.

– Вы знали о том, что мы собираемся войти в контакт с Шейной сегодня вечером, Вулф? – весело спросила Рой, сидевшая напротив.

Я почувствовала, что поведение Вулфа слегка изменилось.

– Очень удачно, что вы оказались здесь, – продолжала Рой, бросив торжествующий взгляд на меня.

Я подумала, что

Рой влюблена в Вулфа. Очевидно, она в конце концов решила, что я не Шейна, и умышленно использует имя своей умершей кузины, стремясь избавиться от меня. На самом деле в этом нет необходимости. Интерес, проявленный ко мне Вулфом, совсем не то, что вообразила Рой.

– Уверен, что между Вулфом и Шейной никогда не было ничего серьезного, – сказал Хью, его единственный глаз сверкал.

– Не больше, чем было между Шейной и дюжиной других мужчин, имена которых я могла бы назвать, – ответила Рой, осуждающе глядя на Хью.

Вулф промолчал, его лицо окаменело.

– Черт возьми! – Шейн вскочил со своего кресла, обводя пристальным взглядом сидевших за столом. – Что за семья у меня? Вы всегда готовы вцепиться друг другу в глотку, да еще так вульгарно?

Несколько бесконечных секунд он стоял, глядя на них, его янтарные глаза искрились как два угля, затем вновь уселся за стол.

Разговор стих, и мы закончили трапезу в почти полном молчании.

Войдя в библиотеку, чтобы присутствовать на сеансе, я увидела подготовленный заранее реквизит. Простой стол на четырех ножках стоял у стены, заставленной книгами, которая отделяла библиотеку от гостиной. Именно здесь, по моим предположениям, был замурован громадный механизм органа. Причудливо украшенные подсвечники с толстыми восковыми свечами стояли по обе стороны стола, черное бархатное покрывало, расшитое символами колдовства, скрывало ряды тяжелых, переплетенных в кожу томов, превращая просторную комнату в таинственную обитель.

На темном ковре с помощью какого-то люминесцентного порошка был начерчен круг, устанавливающий загадочную пограничную зону действия Трулы.

Я поделилась с Норой своими наблюдениями по поводу эффектного оформления.

– Дорогая, Трула профессионал, – ответила мне она. – Используя свой талант, она устраивала представления в ночных клубах. И знаете, она пишет книгу. Благодаря этому я и познакомилась с ней.

– Не понимаю, – ответила я, охваченная неприятным предчувствием.

– Трула обратилась к нам и попросила разрешения провести здесь кое-какие исследования, – объяснила Нора. – Она слышала о кровавом камне. Представьте! Соколиный замок всегда казался изолированным от остального мира, пока не пришло письмо Трулы с вопросом, не может ли она включить этот уродливый камень в свою книгу, которая будет посвящена всевозможным сверхъестественным феноменам. Трула очень много

путешествовала, разыскивала дома с привидениями и входила в контакт с духами. Не сомневаюсь, что когда-нибудь ее книга будет опубликована и большинство публики осознает возможности парапсихологии.

– А вы видели ее книгу? – спросил Вулф.

– Конечно нет, дорогой, – ответила Нора. – В ней содержится то, что Трула называет «конфиденциальной информацией». Она держит ее в тайне, пока не будет получено разрешение на использование определенных имен.

Я не поверила ни одному слову этой истории. Я слышала о людях вроде Трулы, которые разъезжают повсюду, злоупотребляя доверчивостью толпы. Если эта женщина была настолько ловкой, что выступала в ночных клубах, почему она осела в Соколином замке?

Мне не казалось, что сеансы Трулы можно отнести к шоу-бизнесу. Но когда мы расселись и плененная созданной атмосферой публика уставилась на большой круглый стол, Вулф сказал:

– В этих сборищах мало занимательного. Будем надеяться, что ее представление окажется хорошим.

– Представление? – повторила я еле слышно.

– Конечно, – ответил Вулф. – Ведь вы не ожидали, что будет нечто иное?

– По правде говоря, нет, – пробормотала я.

Я обнаружила, что смотрю на Трулу другими глазами. Мне показалось, что я нахожу сходство в ее удлиненном лице с оплывшими жиром, невыразительными чертами миссис Данкуорт.

Трула исчезла из комнаты.

– Чтобы приготовиться, – прошептала мне Нора, в то время как Хью выключил хрустальную люстру над нашими головами и взял в руки вощеный фитиль для зажигания свечей. Они вспыхнули ярко, затем их пламя ослабло, и они горели неярким зеленовато-желтым пламенем, создавая вокруг нас мрачное зеленоватое освещение.

Тяжелый, почти осязаемый запах исходил от Трулы, когда она появилась вновь. Она натерлась каким-то магическим составом, окутавшим нас облаком такой таинственной силы, что мне показалось, будто я вижу легкие испарения, расползающиеся как туман в волшебном сиянии свечей. Заиграл орган.

Хью, подумала я, так как он вышел из комнаты.

Мрачные мелодии наполнили комнату.

– Старый Шейн замуровал трубы инструмента в стенах, – прошептал Вулф. – Акустика здесь потрясающая.

– А Шейна играла? – спросила я.

Вулф кивнул.

– Очень хорошо. – Его лицо оставалось бесстрастным.

Трула сменила атласный брючный костюм, в котором она была за столом, на длинное струящееся одеяние, распустила волосы. Они блестящими волнами падали на плечи, почти скрывая ее лицо. Тяжелая цепь с большим медальоном висела у нее на шее, и широкий серебряный пояс стягивал одеяние вокруг талии.

Скользящей походкой она обогнула стол, делая летящие пассы и издавая нежные горловые звуки в ритме музыки.