Сохрани любовь

Коллинз Мелисса

— О нет. Прямо сейчас всё это только для тебя, — проворковал Рид мне на ушко, обхватив оба моих запястья своей большой рукой. Моим единственным ответом был стон удовольствия. Я обожала, когда он брал на себя контроль, как сейчас. Я любила нежного, милого и романтичного Рида, но сексуальный, контролирующий и страстный Рид сводил меня с ума.

— Теперь, я могу отпустить тебя? Ты собираешься быть хорошей девочкой и будешь слушаться? — прислонившись головой к его плечу, мне удалось ответить: «Угу». Я чувствовала, как его грудь, прижатая к моей спине, рокотала от смеха. Вибрация от смеха, в сочетании

с ощущением губ Рида на моей шее, заставила меня сжаться внутри от удовольствия.

— Хорошо. Теперь обними руками мою шею, — приказал Рид. Я инстинктивно выполнила его требование. Не было смысла не делать то, что он говорил. Рид владел мной — и телом, и душой я принадлежала ему.

Он провёл своими пальцами вниз по моей руке, вызвав покалывание на коже. Когда Рид сжал мои соски, у меня подогнулись колени, и ему пришлось удерживать меня, чтобы уберечь от падения.

— Мне нравится, что я пробуждаю в тебе эту сумасшедшую, красивую девушку.

— О Боже, Рид. Пожалуйста. Ты нужен мне, — мой хриплый голос был наполнен страстью и жаждой удовлетворения.

— У тебя есть я, малыш. Навсегда. Я весь твой, — промурлыкал он, опуская меня на кровать.

Прежде чем лечь рядом со мной, Рид снял свою одежду. Он стоял передо мной полностью обнажённый и восхитительно красивый. У него было совершенное тело — рельефные руки с перекатывающимися под кожей мышцами, сильно очерченные грудные мышцы и просто греховно-точёный пресс. Просто мысли о том, на что способно его тело, заставляли моё сердце глухо стучать в груди.

Предвкушение росло, когда Рид с большим удовольствием прокладывал дорожку из чувственных поцелуев по моей груди. Он втянул мой сосок глубоко в свой рот, вытягивая из меня стон. Пока Рид сосал одну мою грудь — как будто от этого зависела его жизнь — волшебные пальцы начали мучительно атаковать другую. Огромная, всесокрушающая волна наслаждения грозила накрыть и поднять меня одновременно.

Мои бёдра раскачивались и дрожали. Нужда росла, и моё желание выходило из-под контроля. Выгнув бёдра к нему, я застонала:

— Пожалуйста, прикоснись ко мне, Рид. Пожалуйста. Мне нужно кончить. Он оторвал свой прекрасный рот от моей груди и издал низкий рык. Рид мог думать, что всё контролировал, но я знала, что сказать, чтобы подтолкнуть его к краю.

Его движения были настолько быстрыми, что, прежде чем я даже поняла, что он делал, Рид встал на колени, поднял мои ноги и положил их на свои плечи. Его рот идеально расположился между моих бёдер, и мои ноги затряслись, в ожидании.

Рид провёл носом по внутренней стороне моего бедра, и глубоко вдохнул. Я всегда возбуждалась, когда он делал так, Рид был настолько поглощён мной, что стал грубым и диким. Прикоснувшись подушечками своих пальцев к моим половым губам, он раздвинул складки, обнажив клитор. Прохладный порыв воздуха, который ударил по нему, заставил мои соски затвердеть.

— Рид... пожалуйста... — Моя просьба прервалась, когда его язык закружил вокруг моего истекающего центра. Я чувствовала, что тело тает, когда удовольствие накрыло меня.

Используя свой большой палец, Рид нежно надавил на мой затвердевший клитор, пока безостановочно трахал меня своим языком. Жар внизу живота стал невообразимым, и я вцепилась пальцами в смятые

простыни.

За несколько мгновений до того, как мой оргазм поглотил меня целиком, Рид поменял тактику. Двумя большими пальцами он легко проскользнул в меня, и двигал ими вперед, растягивая и дразня меня. Его язык кружил и играл с моим клитором. Когда пальцы Рида нашли мою точку G, он захватил губами клитор и начал нежно посасывать. Другой рукой Рид потянулся к моей груди, обхватил и нежно сжал её. Это было слишком. Моё тело взрывалось ослепительным светом; калейдоскоп неоновых цветов вспыхнул вокруг. Мышцы сжимались и пульсировали; моя кожа воспламенялась и вспыхивала. Всеобъемлющая сила от этого удовольствия вызвала онемение и обожгла. Я не чувствовала ничего и всё одновременно. Удовольствие, волна за волной, накатывало на меня, и я даже не заметила, что кровать прогнулась, когда Рид обошёл меня сзади.

Держа моё колено на сгибе своего локтя, он погрузился головкой твёрдого члена в мой влажный вход. Одним плавным и изящным движением, Рид полностью заполнил меня.

Другой рукой Рид обхватил меня сзади, и снова начал мять мою грудь. От толчков по мне пробежала вспышка жара, когда ощущение второго оргазма возросло в бешеном темпе.

Уткнувшись мне в шею, Рид выкрикнул почти диким голосом:

— Кончай, Мэдди. Сейчас. Кончи вместе со мной.

Его слова и пальцы стали моей погибелью, пока они туго сжимались вокруг моего розового соска. Когда Рид вздрогнул и начал изливаться в меня, меня бросило в пропасть и глубины абсолютного удовольствия.

Рид отпустил мою ногу и обнял за плечи. Ближе притянув к своей груди, он поцеловал меня в шею, между глубокими, тяжелыми вдохами.

— Боже Мой, Мэдди. Я люблю тебя, малыш.

— Я тоже люблю тебя, Рид.

Пока мы лежали, окруженные теплотой нашей любви, странное ощущение прошло через мой живот.

Я перевернулась на бок так, чтобы мы с Ридом могли смотреть друг на друга. Он был обеспокоен моими движениями. Рид мог быть контролирующим и доминирующим, когда хотел, но ласковый и нежный Рид никогда полностью не исчезал.

— Ты в порядке? Что случилось? — его слова были грубыми из-за беспокойства. После того пугающего раза, Рид всегда был осторожен в сексе. Это было мило, что он так волновался за меня и ребенка.

Притянув его руки к своему округлому животу, я сказала:

— Да, вообще-то, всё идеально, — а затем это произошло снова. Рид напрягся, и на его лицо вернулось выражение обеспокоенности.

— Тогда что, чёрт возьми, это было?! — Рид сел прямо рядом со мной, но продолжал держать руки на том же месте. Похожее на волну порхающих бабочек движение повторилось снова, и он резко спохватился.

— Это... — Ещё один удар прервал его слова, и Рид нежно погладил мой живот.

Снова ложась рядом со мной, Рид с любовью посмотрел мне в глаза в то время, как наш ребёнок танцевал и толкался в моём животе.

— Это самая удивительная вещь на свете, Мэдди, — прошептал Рид, кажется, боясь, что если заговорит с такой же радостью, которую чувствовал, то испугает ребёнка и тот перестанет пинаться.

Потерявшись в своем изумлении, его глаза вновь обрели целенаправленную серьёзность, и Рид нежно провёл костяшками пальцев по моей щеке.