Соглашение с Дэви... С демоном
Шрифт:
– Вы давно знакомы с Дэвидом?
– не принужденно спрашивает он, поправляя узел своего черного галстука.
– Не так давно. Мы работаем вместе.
– Я мило улыбаюсь.
– Вы с ним трахаетесь? – Следующий вопрос полностью выбивает меня из колеи. Шокированная, выпучиваю глаза.
– Простите, что? – переспрашиваю я, не веря в то, что слышу.
– Лилиан, правильно?.. Буду с Вами откровенен. Лолита моя младшая сестренка.- Он посмотрел на брюнетку, на смерть вцепившеюся в Дэвида.
– Она, до беспамятства влюблена в Дэва, а он соответственно в нее.- Уверенно заявляет он. – И я не хочу,
Леонардо встает, презрительно окидывая меня взглядом.
– Ваш коктейль,- бармен вовремя вручает заказ.
– Мне, нет, никакого дела, до того, кто в кого влюблен. Он же Вам сказал мы друзья.- Я пытаюсь перед ним оправдаться, даже не понимая, зачем я это делаю.- Так, что извините. – Беру напиток со стойки и ухожу.
– Я надеюсь, мы поняли друг друга, - кричит Леонардо с фальшиво улыбкой на лице.
Дать бы тебе по зубам. От него так и разило лицемерием.
Мое тело конвульсивно сотрясается, а коктейль не лезет в глотку. Я направляюсь к выходу. Дэвид полностью поглощенный Лолитой, даже не замечает, как я прохожу мимо. Очевидно, он увлечен ей. Значит все-таки она не такая пустышка для него как говорил Трэвис.
– Ты куда?- Тревис перехватывает меня уже в дверях.
– Мне, что – то не хорошо. Наверное, сказывается вчерашняя попойка… Я немного подышу и приду.
– Хорошо, – он одобрительно кивает.
Неравнодушие Тревиса, мне подкупает, но оставаться там, я больше не намеренна. Выйдя на улицу, я вытягиваю правую руку в надежде поймать такси. Легкие больно сжимает. Зачем он меня сюда притащил? Чтобы унизить?
– В Тутанхамон,- командую я, забираясь в машину.
Но он же ясно сказал, мы друзья! Что ты хочешь Лилиан? То ты его ненавидишь, то ревнуешь, то убегаешь как надувшийся подросток. Противоречия борются во мне длинными шпагами. На что ты все надеешься?
Натанцевавшись до упада, и почти до шести утра в клубе, я выползаю на улицу. Свежесть утра не с чем несравнимо. Я улыбаюсь. На душе комфортно и уютно. То ли от выплеснутой в ходе плясок энергии, то ли от того, что я решаю послать все и всех, куда подальше. Не знаю.
Охрана, без слов впускает меня в дом, и я на цыпочках прокрадываюсь в свою комнату, словно боясь, что меня сейчас застукает злобный папочка. Аккуратно снимаю платье и вешаю на плечики в гардеробной. Оставаясь в одном нижнем белье, скольжу под одеяло и, вмявшись в подушку, сладко засыпаю.
Блаженно подтягиваюсь и, щурясь от солнца, которое светит прямо в глаза, встаю с кровати. Смотрю на часы - тринадцать тридцать. Хоть, я и уснула в семь, все равно чувствую себя свежей и отдохнувшей. Неспешно принимаю душ, сушу голову феном, надеваю домашнюю одежду, в виде свободного платья с рукавами в три четверти, и спускаюсь вниз. В надежде, хорошенько поесть, захожу на кухню. Очаровашка Дэвид при полном параде уже сидит за столом и, попивая чай из чашечки, которая кажется еще крохотнее в его крупных ладонях, читает воскресную прессу. Интересно, а в его гардеробе есть хоть что- то, что не напоминает строгий костюм? Стараясь не смотреть на него, прохожу к холодильнику, в надежде наполнить свой опустошенный желудок.
– Добрый день мисс Дженс, – не отрывая глаз от газеты, черство произносит он.
Я замираю около холодильника.
–
– У миссис Потс сегодня выходной, так что вам сомой придется позаботиться себе об обеде.
Мне не привыкать. Я по- хозяйски начинаю открывать одну за другой дверцы, из огромного количества ящиков. А вот и миска. Изрекаю из холодильника: молоко, яйца. Ваниль и муку нахожу в нижней выдвижной полочке. Пока колдую над тестом для блинчиков, по особенному бабушкиному рецепту, ставлю разогревать сковороду. Одновременно наблюдая краем глаза за Миллером, который от увиденного, уже подбирает свою челюсть с пола. С гордостью на лице, наливаю жидкую массу в пышущую жаром форму для блинов.
– Да вы еще и шеф- повар к тому же!- отвлекает меня Дэвид, в то время как я переворачиваю уже третий блинчик.
– Не обязательно быть шеф-поваром, что бы уметь готовить, – дерзя произношу я, стараясь не смотреть в его сторону.
– Почему ты опять злишься Дженс?
– Я не злюсь,- отрезаю я. – Хватит меня называть по фамилии.- Теперь уже точно, сержусь я.
Я слышу его усмешку, и мое дыхание учащается.
– Я понял, – он делает глоток. – Это ты по поводу вчерашнего так бесишься? Лолита, тебе явно понравилась.
– Мне по фигу с кем ты трахаешься Миллер,- я пронзительно кричу, и в миг, деревянная лопатка на всех парах летит к его голове. Он как профессиональный боец, отклоняется в сторону, делая движение рукой, и она, отлетая от его ладони, ударяется о стену и падает на пол.
От его ухмылки не остается и следа, а мое минутное помутнение рассудка, приводит мое тело в дрожь.
Чувствуя запах гари, поворачиваюсь к плите, и вижу, что блин начинает сливается цветом с черной сковородой. Дьявол! Отодвигаю железную утварь на другую конфорку, и застываю, боясь даже моргнуть. Представляю его бешенство на лице, и мое подсознание уже валяется в обмороке.
Прихожу в себя, когда понимаю, что мое трясущееся тело лежит под Дэвидом на столе, где только, что стоял его чай, и лежала утренняя газета. Смотрю в его полыхающие, демонические огнем глаза, и мой озноб, теперь уже сотрясает и его тело.
– Что это Дженс, ревность? – Он кусает мою нижнюю губу.
Жар, исходящий от него, душит меня, а его эрекция упирается мне в промежность. Я не могу произнести ни слова на заданный им вопрос и просто мотаю головой из стороны в сторону.
– Тогда почему такая реакция?
– Я чувствую его огненное дыхание.
Допрыгалась Лилиан.
Он сжимает мои запястья одной рукой, поднимая их мне над головой, и прижимает к холодному дереву, обеденного стола.
– Отвечай Лилиан. – Приказывает он и проводит большим пальцем свободной руки, по месту своего укуса.
Я оконфужено опускаю глаза.
– Посмотри на меня, – еще более требовательно рычит он и задирает мой подбородок.
Мне нечего не остается, как обратить свой взгляд на него. Дэвид горит вожделением и негодованием, страстью и безрассудством. Я боюсь его, и он это чувствует. Мягкая кожа его ладони, скользит по моему бедру вверх. Не церемонясь, одним движением он срывает с меня трусики и они уже мирно отдыхают на полу. Я молчу и почти не дышу. Трепет и влечение к этому убийственному мужчине, распаляет меня еще больше.