София
Шрифт:
– Не выспалась?
– Спросила Изольда, повернувшись ко мне на кресле.
– Да, что то в этом роде.
– Ручка закатилась в глубь стола. На корточках дотянуться не могу.
– Да что б тебя…
– А я после тренажерного зала встать не могла.
– Сказала, устала коллега. Я встала на колени и полезла под стол. Жопу оттопырила. В спине пришлось прогнуться.
– Гребаная ручка!
– рявкнула я.
– Сонь встань!
– зовет меня Иза.
– Ща, я эту падлу достану.
– Проговорила,
– Сонь, быстрей вставай. Тут это… Начальство.
– ЧТО?!
– От этой новости я не только ускорилась, так еще и головой об стол ударилась.
– Блядь…
Вылезла из под стола и обернулась. Гудвин сидит на краю стола, сложил руки на груди. Нет улыбки, нет ничего. Кроме хищного взгляда, который моментом заставил вспыхнуть огонь в крови. Сердце бешено застучало.
– Достала?
– Спросил он хмуро, глухо.
Проигнорировала его вопрос. Встала и села на стул. Руку положила на ушибленное место.
– Ты ударилась… Это же плохо?!
– За переживала Коллега.
– Нет. Это не страшно. Нужно, что-то посильнее.
– Ответила, приступая создавать шедевр.
– Так, дорогие мои друзья, я говорил на выходных про карпаратив?
– ДА!
– довольно проговорили все. Босс засмеялся, этот смех, словно эхом прошелся в голове и повторяется, повторяется. Даже ручка в руках застыла, но я, тут же, взяла себя в руки.
– Так вот.
– продолжил говорить довольно.
– В субботу утром отправляемся ко мне. Без уважительной причины не отпускаю. Это касается всех… - Я прям ощутила, как последнее предложение касается меня. Фыркнула.
– Всем понятно!?
– Вы самый лучший начальник.
– Крикнул довольно Тоха.
– Благодарю. Ну работайте, только продуктивнее иначе поездки закончатся.
– Предупредил босс.
– София иди со мной.
– Гудвин встал. А у меня в груди все забилось невозможно быстро. Неохотно встала. И направилась в след, за боссом. Прошли по коридору в самый конец. Он открыл дверь, и рукой показала в его сторону. Я прошла. Встала в свою любимую позу богини. Жду. Гудвин закрыл дверь и слава богу не на ключ. Подошел ко мне со спины. Близко…
– Соня… - Его дыхание обжигает шею. Я прикрыла глаза. Он не сможет нарушить баланс, не сможет…
Не сможет…
Его рука коснулась моей талии. Затем плавно переместил ее на мою руку и повел осторожно пальцами вверх.
Да сделай же ты шаг от него! только заставить себя не могу…
Но на удивление босс убрал руки и прошел за свой стол. Стою. Смотрю на бумаги на его столе. Замерла и не двигаюсь. Он наблюдает за этим, и смесятся начал. А мои глаза снова на его губах, от чего сердце дребезжит болезненно. Эта улыбка не кота, а дьявола… Она разбивает мое сердце.
В голове вспышка за вспышкой. Как он обнимал Ксюшу, как обнимал ее, как держал. Как
– Зачем, вызывали Анатолий Григорьевич?
– Уже не кот?
– Смотрит на меня довольно. Ехидничает.
– Если только Мартовский.
– ответила холодно. Он снова хохотнул, чертова улыбка.
– ДА, Мартовский это про меня… - Подтвердил Гудвин прищурившись. Так больно стало от опознавания, что он еще тот… Опустила глаза в пол. Затем прошла к креслу и села в него. Закинула ногу на ногу. Он ухмыльнулся.
– Значит, влюбилась?
– Спросил совершенно серьезно. От его вопроса вздохнуть, ни выдохнуть не могу.
– С чего такие выводы?
– Подняла на него холодный взгляд.
– хотели о чувствах поговорить? Разве это не детский сад?
– Спишь с моей кофтой?
– Он склонил голову на бок. У меня глаз в нервном тике задергался.
– Спасибо, что напомнили про кофту. Я вам ее завтра же верну.
– Стараюсь держаться. А он зараза рукой рот прикрывает, пряча улыбку. Это помогает не смотреть.
– Сонь… - Проговорил возвращая лицу серьезный вид.
– Ты мне тоже интересна.
– Опустила глаза вниз. Стараюсь спрятать улыбку.
– Прости, за тот спор. Он был больше для того, что бы вывести из себя Диму.
– Я бегать за тобой не буду. Я не подросток. Поэтому спрошу один раз. Ты пойдешь со мной на свидание?
– посмотрела в сторону. Нахмурилась.
То, что он сказал, произвело на меня фурор. Но отчасти, я не очень рада этим словам. Они звучали больше похоже на то, что я ему интересна только для постели. Но не больше, а то, что я ощущаю к нему что то, позволяет этим воспользоваться и причем не напрягаясь.
Это все не всерьез.
Не всерьез.
Я встала, закусила губу.
Быть с тем, кто убил моего ребенка? Тот, кто причина этой надвигающейся операции…
Мне хотелось сказать, все, что я думаю о его словах. Но передумала. Глубоко вздохнула. Подняла на него глаза.
– Нет. Если это все, я пойду?
– Спросила холодно и безразлично. Его глаза прищурились. Он тоже встал. Руки сложил в карман. Смотрит пронизывающе. Ответ его не устроил.
– Что ж. В таком случаи, да. Можешь идти.
– Я развернулась и не торопливо направилась на выход. Положила руку на ручку.
– А еще.
– замерла.
– Как самочувствие? Кажется, ты сегодня была у врача? Что он сказал.
– А вам то, какая разница?
– Кот подошел ко мне сзади. Положил свои руки мне на плечи. Медленно проскользил по ним вниз. Толпа мурашек покрыло кожу.
– Волнуюсь.
– Ответил честно. Склонил голову к моей шеи и носом не много провел по коже. Я не дышу. Глаза закрылись от удовольствия. Его руки легли мне на талию и он прижал меня к себе не сильно. В каждом прикосновении я ощущала, будто он скучал эти дни…