Соединяя сердца
Шрифт:
А вдруг он алкоголик? — испугалась она. Ах, как прав был папа, утверждавший, что девушка никогда не должна соглашаться на приглашения незнакомых людей!
Но выхода не было. Пэтси решила смотреть во все глаза и при первом же тревожном сигнале бежать из этого бара что есть мочи. А пока, чтобы скоротать время, можно было представить себе Дональда на месте Росса. Пэтси прикрыла глаза (благо в полумраке бара Росс вряд ли мог это заметить) и погрузилась в сладкие мечты. Было бы замечательно пойти куда-нибудь с Дональдом вдвоем, непринужденно болтать, встречаться взглядами, пить ледяной мартини…
Кстати
— Осторожнее, — негромко сказал Росс. — Не стоит так глотать спиртное, если ты к нему не привыкла…
Пэтси почудился упрек в его словах. Действительно, зачем выдавать себя за другого человека? Она никогда больше не увидит этого Майкла Росса, так почему бы не побыть самой собой?
— Я очень мало пью. — Пэтси улыбнулась уголками губ и отхлебнула немного мартини. На этот раз его вкус понравился ей гораздо больше. — Вернее, совсем не пью.
— И по барам не ходишь, — продолжил за нее Росс.
Пэтси кивнула.
— Неужели твой неотразимый Дональд Кейн никуда тебя не приглашает? — последовал вопрос.
Пэтси вздрогнула.
— Какое тебе дело? — огрызнулась она. — Я бы очень попросила вас, мистер Росс, не лезть в мою личную жизнь!
Росс обезоруживающе вскинул ладони.
— Я не хотел тебя обидеть. Только, кажется, мы уже давно называем друг друга по имени…
Тут он снова лукаво улыбнулся.
Интересно, подумала Пэтси, отдает ли он себе отчет, каково влияние его улыбки. Наверное, да. Вряд ли такой мужчина остается в неведении относительно своих достоинств. Пусть даже таких немногочисленных, уничтожающе добавила она.
Хотя здесь она ошибалась. Конечно, Майклу Россу было далеко до Дональда Кейна. Однако первый подкупал своим обаянием, в то время как второй ослеплял внешней красотой. Пэтси не сомневалась, что очень многие женщины находят Майкла Росса неотразимым.
Слава Богу, что я не отношусь к их числу, рассуждала она про себя. Иначе я чувствовала бы себя сейчас очень неловко. Но у меня есть Дональд, и мое сердце принадлежит ему.
В голове, затуманенной мартини, стали возникать сладкие образы. Вот Дональд дотрагивается до ее руки, вот он целует ее, сначала робко, потом смелее. Пэтси видит, как горят его глаза, и понимает, что сейчас произойдет то самое, о чем она украдкой читала по ночам и что часто обсуждали ее немногочисленные подруги по колледжу.
— О чем ты мечтаешь? — вопрос Росса вырвал ее из плена фантазий.
Пэтси издала неопределенный звук. Не думает же он, что она собирается открыть ему душу?
Но Росс, похоже, на это и не рассчитывал.
— Хочешь, я угадаю? — С этими словами он поднялся с места и направился к роялю в углу.
Пэтси была заинтригована. Он видела, как Росс шел, иногда останавливаясь, чтобы перекинуться парой слов с кем-нибудь. Пэтси и не заметила, что в баре уже собралось много людей.
Наконец Росс подошел к роялю и сел на маленький стульчик. Тотчас зажегся прожектор, и Пэтси поняла, что рояль стоит на небольшой импровизированной сцене. Раздались редкие громкие хлопки, Росс повернул голову в их сторону и торжественно поклонился. Пэтси замерла в предвкушении чего-то необычного.
Росс откинул крышку рояля, поерзал на стуле, устраиваясь удобнее, и опустил пальцы на черно-белые клавиши. Послышалась медленная негромкая музыка. Пэтси не очень разбиралась в этом, но сразу поняла, что Росс играет профессионально. Музыка брала за душу, достигала самых глубин сердца. Пэтси почувствовала, как на глаза навернулись слезы. Мелодия, которую наигрывал Майкл Росс, была невыразимо грустна. Девушке казалось, что это поет ее истерзанное сердце.
Однако главный сюрприз был впереди. Вдруг откуда-то сбоку вынырнул вездесущий бармен и завозился около рояля. Когда он отошел, Пэтси поняла, что он установил микрофон. Неужели Росс еще и поет? — ахнула она про себя. Ни за что бы не подумала, глядя на него.
Майкл поиграл еще немного, а потом, прокашлявшись, стал петь о девушке, которая каждый день смотрит на своего любимого и не может заговорить с ним о любви. Если раньше Пэтси чувствовала, что его музыка нашла отклик в ее сердце, то сейчас было ясно, что Майкл напрямую разговаривает с ней.
Девушка снова не могла удержаться от слез. Голос Росса, может быть, не очень сильный и правильно поставленный с профессиональной точки зрения, переворачивал душу. Чуть слышная хрипотца придавала ему ни с чем не сравнимое очарование. Пэтси чувствовала, что он околдовывает ее. Тем более что Майкл пел о том, что волновало ее сердце…
Когда песня закончилась, зал взорвался аплодисментами. Пэтси обнаружила, что не может пошевелиться, слишком сильно эта незатейливая мелодия потрясла ее. Кто-то просил Росса продолжать, но он решительно покачал головой и встал. Через минуту он уже снова сидел рядом с Пэтси, которая все никак не могла прийти в себя.
— Ты изумительно поешь, — наконец произнесла она.
— Ничего особенного, — хмыкнул Майкл. — Любой профессионал высмеял бы меня.
— Неправда, — горячо заспорила Пэтси. — Ты мог бы даже деньги зарабатывать пением. Слышал, как тебе аплодировали?
— А я и зарабатывал, — невозмутимо откликнулся Майкл, делая очередной глоток из своего стакана. — Раньше я пел в этом баре. За деньги, разумеется.
Пэтси поперхнулась. Меньше всего она ожидала, что человек подобной наружности может выступать в каком-нибудь баре. Ее удивление не укрылось от Росса.
— Кем я только не был в своей жизни, Пэтси, — усмехнулся он, и Пэтси только сейчас заметила, что его левую щеку пересекает шрам.
— Откуда у тебя это? — немедленно спросила она.
Спиртное уже оказало свое расслабляющее действие, и Пэтси чувствовала необычайный прилив сил. Она была готова спросить кого угодно о чем угодно. Даже если бы перед ней сейчас появился Дональд Кейн, она все равно не оробела бы.
— Обычная драка, — поморщился Майкл, невольно проведя пальцем по щеке. — Я был тогда так же молод, как ты, и бездумно ввязывался в разные потасовки…
По его тону Пэтси поняла, что он не намерен подробно распространяться на эту тему. И хотя ее разбирало любопытство, она замолчала. Не хочет рассказывать — не надо.