Сочеванец
Шрифт:
Глава 7
На «Приджеле» мне выделили компактную, но довольно уютную каюту, в которой находилось минимальное количество принадлежностей, и в то же время достаточное, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок. Откидная постель, цифровой стол, анатомически подстраиваемое кресло и душевая – это и всё наполнение моей каюты. Хотя, я и не знаток каких-либо космических кораблей, но мне кажется, что для трёхдневных путешествий в пространстве, комфортабельности больше и не нужно.
Принять душ мне довелось «сухим туманом», потому что на «Приджеле» жесточайшая экономия воды. Дело в том, что сама вода мешает совершать прыжки в гиперпространство, поэтому на корабле она находится только в количестве
После душа моё тело, избавившись от напряжения, тут же захотело принять горизонтальное положение, чтобы хорошо выспаться и перезагрузиться. С блоком управления постелью мне не пришлось долго мучиться, так как индикаторы его объёмной голографии отображались до простоты понятными условными знаками. Только я прислонил голову к подушке, так сразу же провалился в глубокий сон и протяжно с громким звуком храпа втянул через носоглотку воздух. От своего же храпа я мгновенно проснулся и испуганно посмотрел по сторонам. Состояние непонятное – вроде как, всего лишь на минуту провалился в сон, но спать уже не хочется, и в то же время тело ощущается тяжёлым и ленивым. Где-то слышал я, что организм человека так устроен, что во время сна первым должен перегрузиться мозг, а потом уже и остальное тело. Так, видимо, и со мной случилось, что физически я не отдохнул. Но почему же я проснулся внезапно? Раньше меня не будил храп, и сон был продолжительным и полноценным. Немного полежав на боку, стало понятно, что не давало мне покоя – воспоминания о поверженном мною тиронце вдруг начали давить на совесть. Вероятно, после того как мой интеллектуальный уровень возрос, появилась и острая сознательность. Чувство ответственности за причинения вреда, хоть и далёкому мне по роду тиронцу, но всё же живому разумному существу, обострилось до нестерпимой боли внутри меня. А вдруг этот тиронец – мой далёкий потомок, стократно праправнук? Да, да – ведь он действительно мог быть моим прямым потомком. Тиронцы происходят от людей с Земли, и ничего не мешает совпадению того, что павший от моих рук мутант, является носителем ДНК семьи Березюк. «Мутант Березюк с планеты Тирон» – можно с юмором отнестись к этой формулировке, но жуткое чувство, будто я убил своего ребёнка, вызвало во мне панику. Я резко встал с постели и стал ходить взад-вперёд, почёсывая двумя руками затылок. «Я убил своего ребёнка!» – мелькало в моей голове. И тут же: «Тиронец-мутант – мой ребёнок? Та бросьте! Когда я покидал своё время, то ни о каком потомстве и речи не могло быть, поэтому тот тиронец мне ни кем не приходится». От такой мысли я немного успокоился, но потом подумал: «А если судьба всё-таки соблаговолит и позволит мне вернуться в своё время и создать семью, то вероятность продолжения моего рода на Тироне существует?». Опять меня сковало внутри беспокойством. «Да нет же, нет! Очень мала вероятность – почти ничтожная», – успокаивал я себя.
После таких тревожных рассуждений я решил выйти из каюты и прогуляться по кораблю, чтобы немного отвлечься. Длинный коридор привёл меня в просторный отсек, в котором осуществлялось всё управление кораблём. Посреди отсека, медленно покачиваясь на зависшем в воздухе кресле, дремал юный Бельгазо. От моих шарканий по полу в обрезанных строительных ботинках он встрепенулся и оглянулся вокруг, пока не встретился со мной глазами.
– А, лерби мо токо, – сказал он по-своему, немного выдохнул.
Бельгазо спустился на кресле вниз и развернулся ко мне лицом.
– Не спится, Сергей? – спросил он, не вставая с кресла и закинув ногу на ногу.
– Да что-то кошмарики беспокоят, – ответил я.
– Присаживайся. Поболтаем, отгоним неприятные мысли, – предложил
Я уселся в кресло, которое тут же приятно обволокло тыльную сторону моего тела, причём поясницу и шею немного жёстче, чем верх спины и внешнюю часть бёдер. Бельгазо посмотрел на меня сонными глазами, и мне показалось, что взгляд у него совсем не подростковый, а видавшего виды мужчины. Такой взор бывает у молодых парней, которые уже в первый год службы в армии, оказались участниками боевых действий и пропустили через себя все ужасы войны. Мне стало понятно, что Бельгазо не один раз приходилось участвовать в боевых столкновениях и находиться за один шаг от смерти. Его ни чем не приметные русые волосы и худое молодое лицо не соответствовали опытным и мудрым серым глазам. Тонкие пальцы и отсутствие щетины выдавали в Бельгазо его подростковый возраст, но поведение и манера держать себя указывали на мужественность в характере этого парнишки.
– Есть хочешь? – прервал молчание Бельгазо.
– А кроме каши что-то есть? – спросил я заинтересовано, и тогда Бельгазо рассмеялся.
– Это вас как арестантов там кормили кашами, а здесь все изыски блюд по твоим предпочтениям, – продолжал улыбаться он.
– Неужели? Прямо-таки все?
– Все, – подтвердил Бельгазо.
– Где ж все эти продукты смогли разместить? Контейнер-холодильник за нами следует, вероятно? – тут уже улыбнулся я.
– Да всё здесь, на «Приджеле».
– М-м, – я положил ногу на ногу, руки за голову и, расслабившись, выдул грудь колесом, при этом кресло послушно отпустило меня немного. – Я б не отказался сейчас отведать курочку-гриль с чесночным соусом и огурцами, и запить всё это томатным соком, – моё лицо поплыло в улыбке, а глаза подкатились к векам от воспоминаний о такой простой, но аппетитной еде, употребляемой по субботам в строительном вагончике.
– Без проблем, – сказал Бельгазо и что-то перебрал пальцами на подлокотнике своего кресла.
Спустя пару секунд со стороны боковой панели отсека по воздуху выплыл небольшой столик без ножек и остановился между мной и Бельгазо. На том столике лежал поднос с румяной ароматной курочкой, а рядом располагались пиалы с соусом, тарелка с огурцами, нарезанными кружочками, прозрачный кувшин с томатным соком и два стакана. Рефлекторно я сглотнул слюну, боясь, чтобы она не пролилась наружу, когда открою свой рот.
– А Латира с Ворди не присоединятся к нам? – спросил я Бельгазо.
– Они крепко спят, – ответил он. – Посмотри на их биомаркеры. Они сейчас в фазе глубокого сна, – Бельгазо указал на панель, на которой отображались непонятные мне символы, а также различные цифры, меняющие свои показатели с незначительным отклонением. – Ну что же мы болтаем? Давай, Сергей, приступим к трапезе.
– Спасибо. С удовольствием, – обрадовался я такому предложению. – Но... У тебя не найдётся ножа? Или может руками курочку разломать?
– Ой, прости, – спохватился Бельгазо. – Сейчас разделаю её.
Бельгазо возвёл свои руки вверх и стал резко их опускать, при этом над подносом образовалась электронная сетка с крупными ячейками, которая разрезала курочку-гриль на порционные куски. Я взял куриную ножку, опустил в чесночный соус и откусил кусочек мяса. То ли от голода, то ли от того, что мясо действительно приготовлено очень профессионально, но наслаждаясь этим блюдом, мой мозг быстро избавился от насевших в нём грустных воспоминаний недавних событий.
– По консистенции не похоже, что мясо находилось в заморозке. Вы где-то на корабле держите живых кур? – спросил я Бельгазо, когда принялся уже за лопатку курочки.
– Да ну, Сергей, – улыбнулся он. – Это не рационально же. Да и на Земле давно не выращивают кур в промышленных масштабах.
– Да? А как же теперь земляне без курятины обходятся?
– Курятины достаточно. Только её теперь без кур производят.
– Как это – курятина без кур? – удивлённо спросил я и разлил по стаканам томатный сок.