Соборы пустоты
Шрифт:
По правде сказать, этот кусочек кристалла, отныне воцарившийся в погребе моего дома на улице Монморанси, вскоре обернулся для меня истинным наваждением. Поначалу я испытывал потребность видеть его два-три раза в день, потом — ежечасно, а вскоре уже не мог расстаться с ним ни на миг.
В конце концов Пернелла что-то заподозрила, и я решился открыть ей всю правду. Сперва она отказывалась мне верить, но, когда я показал ей этот драгоценный предмет, она, как и я, была покорена его красотой и удивительными свойствами.
И именно
Однажды вечером, когда он призвал меня, чтобы составить какой-то документ, я принес ему свой образчик и взял с него клятву никому не говорить о его происхождении. Он пообещал, и по его взгляду я тут же понял, что наши отношения изменились. Впредь он никогда не относился ко мне как прежде, и, пожалуй, я сожалел об этом.
Через несколько дней Жан пригласил меня к себе домой. Полагая, что он нуждается только в моих талантах писаря, я отправился к нему в замок, захватив перья, чернила и несколько пергаментов.
Но по прибытии меня ожидало нечто совершенно неожиданное.
89
— Пробираться сквозь это дерьмо все труднее и труднее.
Включенные на полную мощность фары не могли рассеять густую ночную тьму. Кшиштоф давно выжал сцепление внедорожника до упора, но узкое шоссе сменилось сперва грунтовой дорогой, а потом и вовсе тропинкой. Просветы между деревьями все сужались, и преодоление бесконечных препятствий уже напоминало подвиг. Все трое сидели на переднем сиденье, один цеплялся за руль, а двое других — за специальные ручки, чтобы не ударяться о крышу и окна.
— Проедем сколько сможем, все меньше придется тащиться пешком.
Ари сверился с картой. Похоже, до места назначения оставалось всего километров десять.
На следующий день после встречи с Каролиной и Эриком Левин они тщательно подготовились к экспедиции. Пока Кшиштоф раздобывал необходимое оборудование и оружие, Ирис с Ари копались в городском архиве в поисках сведений о таинственном соборе.
Причин для спешки было множество: само собой, Ирис рвалась спасти брата, но, кроме того, Ари подозревал, что и ССЦ, и ЦУВБ в конце концов прознают про их тайную вылазку. А еще он обещал Каролине Левин как можно скорее поставить в известность консула, но прежде ему хотелось довести расследование до конца. Едва власти прознают обо всем, будет слишком поздно: следствие перейдет в чужие руки. И все-таки они решили отправиться в путь лишь глубокой ночью, полагаясь на эффект неожиданности и надеясь, что все или почти все будут спать.
— Ты уверена, что точно определила местонахождение Центра? — спросил Кшиштоф, стиснув руль.
— Конечно.
— Ну-ка, всезнайки, — продолжал поляк, — объясните мне: откуда в джунглях Амазонии взялся готический собор?
— Это копия испанского кафедрального собора Девы Марии в Бургосе, — объяснила Ирис. — Конкистадоры возвели его здесь около тысяча пятьсот тридцать пятого года, чтобы
— Но почему здесь? Посреди джунглей?
— По-видимому, это священное место инков. Обычное дело в истории христианизации: церкви строились на священных местах религии, которую стремилось вытеснить христианство.
— «Маком кадош тамид кадош», [72] — пробормотал Ари себе под нос.
— Вообще-то меня удивляет, — заметила Ирис, — что и здесь, и в Париже места, связанные с кристаллом, расположены под культовыми зданиями. Под этим собором и под церковью Юлиана Бедняка…
72
«Святое место всегда будет святым» (иврит). (Примеч. автора.)
— Возможно, ты путаешь причину и следствие. А если эти места стали священными именно из-за того, что скрывалось в их недрах еще до постройки зданий? И потом, вспомни, до сих пор, если верить Эрику Левину, Вэлдон здесь ничего не нашел. Под землей может ничего и не оказаться.
— А вдруг тут есть какая-то связь с легендой о полой Земле? — вставила Ирис. — Собор находится километрах в пятнадцати от пещер Лос-Тайос…
Их разговор прервала внезапная остановка внедорожника. Ари швырнуло вперед так, что он едва не приложился о приборную доску.
— Сожалею, — буркнул Кшиштоф, — но дальше не проехать. Придется идти пешком. Иначе нам ни за что не повернуть обратно.
— О’кей. Двинулись.
Все трое вышли из машины и собрались перед багажником.
— Я захватил только самое необходимое, — объяснил поляк, открывая лежавшую в багажнике здоровую спортивную сумку. — Карманные фонарики, аптечка, мачете, веревки, ножи, три рации. Что до оружия, то я не волшебник, поэтому затоварился в магазине для охотников.
Угадав разочарование во взгляде телохранителя, Ари фыркнул:
— Что ж, мы дробью будем стрелять?
— Вовсе нет. Я купил два помповых ружья. «Моссберг-пятьсот» двадцатого калибра, семь патронов в магазине. Продается как охотничье, но это любимое оружие здешних легавых. Короткоствольная модификация. Стреляет на небольшие расстояния, но может сделать очень больно.
— Отлично.
— Ирис, даже если ты останешься снаружи, я бы хотел знать, что ты вооружена. Я подумал, ты предпочтешь ружью револьвер.
— По мне, так лучше вообще без оружия, — покачала головой Ирис.
— Для тебя я купил кольт «кобра». Он маленький и легкий. Именно из такого Джек Руби [73] пристрелил Ли Харви Освальда.
— Твоя одержимость оружием, Кшиштоф, меня просто пугает.
— Знаю. Но не исключено, что она спасет тебе жизнь.
Ирис пожала плечами. Поляк вручил ей револьвер и коробку с патронами.
Мужчины молча разобрали оружие. Ари пришло в голову, что этот момент скрепил возрождение ударной бригады, несколько месяцев назад разгромившей секту «Врил». Оставалось надеяться, что на этот раз им удастся дойти до конца и взять истинных виновников.
73
Джек Руби в 1963 г. застрелил Ли Харви Освальда, обвиняемого в убийстве президента Джона Кеннеди.