Соблазн
Шрифт:
— Нам нужно поговорить, — прошептала я, прежде чем встать и отойти в угол комнаты.
Линкольн последовал за мной.
— Что случилось? — спросил он, как только мы остановились.
— Это не о Спенсе…, ты должен знать кое-что.
— Так скажи мне, — перебил он меня.
— Что здесь делает Магда? — спросила я, не в силах сдержаться.
— О, она села на коммерческий рейс и прилетела через несколько часов после нас. Азим послал за ней машину, она приехала около часа назад.
Но я уже не могла остановиться
— Почему она все время с этим ожерельем? Неужели и здесь необходимо выставлять напоказ, насколько она богата?
Линкольн взглянул на нее так, словно только сейчас это заметил.
— Не знаю, — пожал он плечами. — Это семейная реликвия или что-то в этом роде. Она носила его всегда.
Я сделала несколько успокаивающих вдохов. Я вела себя так по-детски. Она имела полное право быть здесь, но я все еще злилась на нее за то, что она вложила пистолет в руки Линкольна и всегда выглядела так, будто только что вышла из салона.
— Ви?
— О… прости, — я должна была ему что-то сказать. Я сделала еще один глубокий вдох и крепко сжала руки. — Я видела Феникса, — и прежде, чем Линкольн успел хоть что-то вставить, я поднял руку. — Позвольте мне объяснить.
Он кивнул, запустив руки в волосы, явно расстроенный. Не то чтобы я ожидала, что он будет аплодировать.
— Я почувствовала его тут, когда пошла с Найлой проверить безопасность. Я знала, что он ждет меня, и знала, что он не причинит мне вреда.
Мне захотелось признаться во всем, но потом я поняла, что не смогу. Я лучше заплачу за свои грехи позже.
— Он решил передать через меня послание. Вот и все. Но, прежде чем я расскажу всем остальным, я хотела предупредить тебя.
— Больше никаких секретов, ладно? — сказал он с озабоченной улыбкой.
— Да, — сказала я, ненавидя себя за то, что не смогла рассказать всего остального.
Линкольн обнял меня за шею, притянул к себе и поцеловал в лоб.
— Спасибо.
Мне хотелось броситься под поезд.
Его рука двинулась вниз и обвилась вокруг моей талии, когда он повел меня обратно ко всем.
— Гриффин, Вайолет видела Феникса.
Я ожидал, что Гриффин начнет требовать объяснений, но он просто перевел на меня взгляд.
— Что нам нужно знать?
Весь стол был сосредоточен на мне. Я чувствовала их осуждение. Мне хотелось заползти в нору.
— Он сказал, что несмотря на все наши действия, к завтрашнему вечеру у него будут Священные Писания. И если мы желаем получить их в свои руки, то нужно встретится с ним вечером. Я думаю, мы нужны ему, чтобы добраться до них.
— Имеет смысл, если он не беспокоится, что мы найдем их раньше. Писания нужно как-то защитить, — сказал Гриффин.
— И еще одно… он играл с нами все это время. Он дал нам эту информацию о местоположении специально. Он хотел, чтобы мы были здесь.
— Еще одно доказательство того, что мы ему нужны.
— Тогда,
Хотела бы я согласиться.
— Мы — Грегори, Сальваторе. Мы не можем позволить себе роскошь оставить все на волю случая, — сказала Найла.
Сальваторе кивнул и отвел глаза, устыдившись даже того, что подумал об этом.
Гриффин встал.
— У Азима есть команда, которая отвезет нас к месту последнего упокоения Моисея утром. Мы надеемся обнаружить там признаки, которые могли бы указать нам путь к священным писаниям. Спенс, для тебя приготовлена комната, Эрмина покажет ее, когда ты поешь. Все отдыхайте, выезжаем в 5 утра. — Он бросил салфетку и посмотрел на Эрмину, стоявшую в дверях кухни. — Спасибо, Эрмина. Ужин был превосходным, — сказал он, кивнув, а затем посмотрел на Линкольна и меня. — Увидимся в моей комнате через полчаса. — Это была не просьба.
Мы оба кивнули. У него было много вопросов, и я сразу занервничала. С Линкольном я могла бы кое-что опустить, но с Гриффином — совсем другое дело.
Магда даже не поприветствовала меня. В какой-то момент она заговорила со всеми за столом, но ни разу не обратила на меня внимания. Я тоже ничего ей не сказала, но все же.
Единственное, что заставляло меня чувствовать себя лучше, это странные взгляды, которые Сальваторе бросал на нее. В ней определенно было что-то, что ему не нравилось. Возможно, Стеф что-то сказала ему.
Хорошо, один из шести.
Мысли о Стеф заставляли меня думать о моей нормальной жизни, о папе.
— Мне надо идти, я должна позвонить отцу, — сказала я всем, слишком громко отодвинув стул. — Извини, — сказала я Эрмине, вспомнив о хороших манерах. — Большое спасибо за ужин.
Я поспешила по коридору к своей комнате. Я должна была позвонить папе. Трюк с переадресацией домашнего телефона на мой мобильный мог и не сработать в Иордании. Необходимо позвонить папе самой. Стеф заехала ко мне домой и оставила трубку снятой. Мы решили, что, если папа попытается позвонить туда, он просто услышит гудки и подумает, что я сплетничаю с ней. У него не было привычки дозваниваться по несколько раз. В любом случае, я надеялась, что, если сначала позвоню ему, он вообще не станет звонить домой.
Войдя в комнату, я схватила телефон.
— Черт, — сказала я себе, заметив, как садится батарея.
Я набрала папин номер, и пока ждала ответа, Линкольн вошел в открытую дверь и сел на край моей кровати. Я приложила палец к губам. Он кивнул и промолчал.
— Джеймс Эден, — ответил папа.
— Папа, это я.
— Привет, милая. Твой номер не определился. Где ты?
— Я подключила анти-определитель номера, — быстро сказала я. — Я… э-э… подшутила над Стеф.
— О, понятно. Все в порядке? — Он был чем-то занят, и я слышала, как шуршат бумаги.