Собирая осколки
Шрифт:
Долго бежать в быстром темпе парнишка не смог. Да и необходимости в этом не было. Вопреки ожиданиям своих несостоявшихся мучителей, Хидео не вернулся в реабилитационный центр. Сменив бег на энергичную ходьбу, он обнаружил, что места вокруг становятся узнаваемыми. Эту часть города не так быстро перестраивали, как центр столицы.
Хидео свернул с большой улицы на маленькую. В окнах еще горел свет. Люди недавно возвратились с работы, и теперь многие ужинали. Пройдя узкую улочку до конца, парнишка снова попал на широкую и оживленную. Дальше маршрут стал совсем знакомым.
Минут через тридцать парнишка стоял напротив небольшого кафе. Вывеска гласила: «Вагаси от дядюшки Ода». Когда Хидео было восемь лет, владелец заведения, уважаемый в округе господин Ода, позвал Такада Кейко работать в этом кафе. С тех пор само здание дважды реконструировали, но «Вагаси от дядюшки Ода» всегда возвращалось на старое место. Лет в одиннадцать парнишка вовсю помогал матери: мыл посуду, наводил порядок в заведении. За это «дядюшка Ода», как называл его маленький Хидео, доплачивал Кейко пару тысяч йен в неделю. А мальчика всегда ждали после школы бесплатные сладости.
На деле семья Такада не испытывала нужды в деньгах: Кейко работала просто ради удовольствия, она любила принимать гостей и грамотно вела учет. А златовласый ребенок всегда вызывал бурю восторженных эмоций у посетителей всех возрастов.
Хидео сообразил, что стоит уже минут десять как вкопанный напротив закрытого на ночь кафе. Картины прошлого возникали снова и снова. Сделав пару глубоких вдохов, он пошел вниз по улице. Через шесть строений находилась конечная точка его сегодняшнего путешествия.
Небольшой красивый дом стоял в ряду таких же зданий, построенных когда-то для семей со средним достатком. Запертая дверь Хидео не останавливала. Раньше он несколько раз забывал ключи и, чтобы не бежать к матери в кафе, забирался в дом через окно гостиной на первом этаже.
По старой привычке, не желая топтать газон, парнишка пробрался вдоль стены. Створка открываться не хотела: окно предусмотрительно заперли изнутри. Хидео отступил, чтобы оглядеться в поисках камня. За спиной парнишки послышались быстрые шаги, и кто-то крепко схватил его за правое плечо.
– Ты что творишь? – Прогремел в ночи голос. Плечо Хидео больно сжала сильная рука. – Я сейчас полицию вызову. И не думай улизнуть! – грозно вещала женщина, пока парнишка пытался развернуться к ней лицом.
– Аяме-сан, это я, Хидео.
От неожиданности женщина опешила и отпустила нарушителя спокойствия. Она смотрела на Хидео, словно на призрак. Парнишка же заметил, что за время его отсутствия соседка и по совместительству владелица дома, который снимала семья Такада, совсем не изменилась. Очень высокая стройная женщина сорока одного года всегда носила короткую стрижку и брюки.
– Хидео, малыш! Ты вернулся! Идем со мной.
Аяме повела парнишку в дом напротив. В гостиной она усадила его в большое кресло.
– Ты голоден?
– Нет, Аяме-сан. Не волнуйтесь.
– Тогда чай! Ты, я помню, любил сладкий чай.
Женщина исчезла на кухне и вскоре вернулась. Подавая Хидео чашку, она заметила, как парнишка потирает правое плечо.
– Прости, малыш… Я порой горяча на руку.
– Все в порядке, – смущенно улыбнулся гость.
– Что
Еще входя в дом, парнишка предчувствовал, что возникнет этот вопрос и придется что-то отвечать.
– Меня похитили и держали в помещении без окон, заставляли делать разную работу.
Женщина смотрела с большим сочувствием и настороженностью.
– Ты здоров?
– Врачи сказали, что да. Не волнуйтесь, меня не сделали наркоманом.
– Хвала небесам! – сказала женщина с облегчением и подняла глаза к потолку. – Иначе зачем красть такого чудесного ребенка?!
Вывод для Хидео показался странным, но представить истинную ситуацию могли немногие. А значит, он на какое-то время был защищен от неудобных расспросов, и его это устраивало.
– Аяме-сан, вы могли бы рассказать, что произошло после моего исчезновения?
– Ах, малыш… – женщина сделала глоток чая и завела рассказ: – Сперва полиция считала, что ты попросту сбежал из дома с кем-то из знакомых. Но твоя мама не верила в это, да и все соседи тоже. Спустя недели две нашелся человек, который видел, как тебя силой усадили в большую черную машину и куда-то увезли. В полиции сказали, что по горячим следам искать уже поздно. И начались дни ожидания. Соседи, посетители кафе, в общем, все, кто знал твою маму и тебя, пытались найти хоть что-то, какие-то улики, но все безуспешно. Ты просто исчез. – Аяме сделала еще глоток и продолжила: – Кейко ушла с работы. Она ждала, вдруг позвонят преступники, или ты сам вернешься. Мы были готовы собрать для выкупа любую сумму. Но никаких звонков и требований. Месяц спустя или чуть больше, средь бела дня, к твоей маме пристали какие-то подозрительные люди. Она подумала, что это похитители насчет выкупа. Но оказались просто хулиганы, которых спугнула проезжавшая мимо машина.
Заметив навернувшиеся на синих глазах слезы, женщина выдержала паузу. Она и представить себе не могла, как разрывает душу Хидео упоминание этого инцидента. Парнишка знал о попытке нападения, ведь он был в той самой машине.
Хидео взял себя в руки, а женщина опять заговорила:
– Больше ничего не происходило. Ни полиция, ни просто сочувствующие ничего не обнаружили.
– Что… случилось с мамой?
У Аяме задрожали руки, и она поставила чашку на стол.
– Твоя мама заходила ко мне каждый день где-то в три часа. Восемь недель назад была мерзкая погода. Когда твоя мама не пришла, я подумала, что она занята. Но через час я заволновалась и позвонила ей. Телефон оказался недоступен. Я пошла к вам домой. Кейко лежала в гостиной на полу, дышала, но была уже очень плоха. Помощь приехала быстро, а через несколько часов твоя мама…
– Умерла. – Слеза покатилась по щеке Хидео, и Аяме тоже заплакала.
– Да, малыш… Сердечный приступ.
Повисла пауза. Часы на стене показывали половину двенадцатого. Хидео опомнился.
– Аяме-сан, простите, что я так поздно. И простите, что пытался вломиться в дом. Вы, наверное, его уже сдали. – Он догадался, что чуть не сделал большую глупость.
– О, не беспокойся! Твоя мама до… В общем, после твоей пропажи она стала платить на несколько месяцев вперед. Боялась, что ты вернешься, а ее не будет. И где ты тогда первое время станешь жить? Да, а где ты сейчас живешь?