Собака Баскервилей
Шрифт:
Он стал внимательно вглядываться в страницу, на которой были наклеены слова, держа её на расстоянии одного-двух дюймов от глаз.
– Ну что?
– Нет, ничего, – сказал Холмс и положил письмо на стол. – Бумага совершенно гладкая, даже без водяных знаков. Нет, мы выжали из этого любопытного письма всё, что было можно. А теперь,
– Да нет, мистер Холмс, как будто ничего такого не случилось.
– Никто вас не подкарауливал, не выслеживал?
– Я, кажется, угодил в какой-то детективный роман, – сказал наш гость. – Кому может взбрести в голову устанавливать за мной слежку?
– Дайте срок, мы поговорим и об этом. А пока подумайте: неужели вам не о чем рассказать нам?
– Смотря по тому, что вы считаете достойным вашего внимания.
– Всё, что так или иначе выходит за рамки обычного уклада жизни.
Сэр Генри улыбнулся.
– Почти всё моё детство и юность прошли в Соединённых Штатах и в Канаде, поэтому английский уклад жизни мне ещё в новинку. Но вряд ли у вас считается в порядке вещей, когда у человека вдруг пропадает один башмак.
– Вы потеряли один башмак?
– Друг мой, – воскликнул доктор Мортимер, – да ваш башмак просто куда-нибудь засунули! Он найдётся. Стоит ли беспокоить мистера Холмса из-за таких пустяков!
– Но ведь он спрашивает, не случилось ли со мной чего-нибудь необычного.
– Совершенно верно, – сказал Холмс. – Меня интересует каждая мелочь, как бы она ни была нелепа. Значит, у вас пропал башмак?
– Да, но, может быть, его действительно куда-нибудь засунули. Вчера вечером я выставил башмаки за дверь, а утром там оказался только один. От коридорного мне так и не удалось добиться вразумительного ответа. Обиднее всего, что я купил эту пару всего лишь накануне, на Стрэнде, и даже не успел обновить её.
– Вы отдали чистить новые башмаки? Зачем же это?
– Они были светло-коричневые. Поэтому я велел почистить их тёмной ваксой.
– Значит, по приезде в Лондон вы сразу же отправились покупать башмаки?
– Я вообще ходил по магазинам. Доктор Мортимер составил мне компанию. Дело в том, что если уж человеку суждено стать владельцем большого поместья, так и одеваться надо соответственно, а я несколько пренебрегал своим туалетом, живя на Западе. В числе других вещей были куплены и эти башмаки – ценой в шесть долларов! – а вот надеть-то их так и не пришлось.
– Если это кража, то довольно бессмысленная, – сказал Шерлок Холмс. – Я, признаться, согласен с доктором Мортимером: ваш башмак скоро найдётся.
– А теперь, джентльмены, – решительно заговорил баронет, – довольно мне рассуждать о том, чего я до сих пор толком не знаю. Пора вам сдержать своё слово и объяснить мне, к чему клонятся все эти разговоры.
– Законное требование, – согласился Холмс. – Доктор Мортимер, по-моему, вы должны сами
Ободрённый этой просьбой, наш учёный друг вынул из кармана рукопись и газету и повторил слово в слово свой вчерашний рассказ. Сэр Генри слушал с глубоким вниманием, время от времени прерывая доктора удивлёнными возгласами.
– Н-да, хорошее мне досталось наследство! – сказал он, когда длинное повествование было закончено. – О собаке я, конечно, слышал ещё с детских лет. Эту легенду любили рассказывать в нашей семье, хотя до сих пор я не придавал ей никакого значения. А что касается смерти дяди, то у меня так всё перепуталось в голове, что я ещё ничего не могу понять. Да, по-моему, вы сами не знаете, к кому тут надо было обращаться – к священнику или к полисмену.
– Совершенно верно.
– А теперь ещё это письмо, которое я получил. Оно, по-видимому, как-то связано с общим ходом событий.
– Да, судя по нему, кто-то знает гораздо лучше нас о том, что происходит на торфяных болотах, – сказал доктор Мортимер.
– И этот «кто-то», по-видимому, расположен к вам, – сказал Холмс, – если он предупреждает вас об опасности.
– А может быть, наоборот – кому-то выгодно отпугнуть меня от Баскервиль-холла?
– Это тоже не исключено… Я вам очень признателен, доктор Мортимер, что вы предложили мне такую интересную, сложную задачу. Но теперь, сэр Генри, надо решать по существу: можно ли вам ехать в Баскервиль-холл или нельзя?
– А почему бы мне туда не поехать?
– По-видимому, это небезопасно.
– Откуда же эта опасность исходит – от нашего семейного пугала или от людей?
– Вот это мы и должны выяснить.
– Как бы там ни было, но ответ мой будет таков: ни адские силы, ни людские козни не удержат меня здесь. Я поеду в дом своих предков. Это решение окончательно. – Его тёмные брови сошлись в одну линию, по смуглому лицу разлилась краска. Баскервилевская неукротимость явно давала себя знать и в этом последнем отпрыске их рода. – Я ещё не успел обдумать то, что мне пришлось услышать от вас. Не так-то легко сразу всё усвоить и сразу решить, как быть дальше. Мне бы хотелось побыть часок одному и поразмыслить обо всём на досуге. Знаете что, мистер Холмс? Сейчас половина двенадцатого, и я отправляюсь прямо к себе в гостиницу. Что, если вы и ваш друг, доктор Ватсон, приедете к нам позавтракать часа в два? К тому времени я всё-таки что-нибудь надумаю.
– Вас это устраивает, Ватсон?
– Вполне.
– Тогда мы приедем. Позвать вам кеб?
– Нет, я лучше прогуляюсь, приду немного в себя после нашего разговора.
– Я с удовольствием присоединюсь к вам, – сказал его спутник.
– Значит, в два часа мы увидимся. До скорой встречи, всего хорошего.
Мы слышали, как наши посетители спустились вниз по ступенькам и захлопнули за собой входную дверь. Холмс мгновенно преобразился – от его томности не осталось и следа, он снова стал человеком действия.