Собачья магия
Шрифт:
– Да...
– Борька чего-то застеснялся под взглядом двух небезразличных ему женщин, но собрался с духом и обиженно заявил: - Эта не я - я тока поймал жабку!
– Ну вот!
– обернулись к друг другу женщины, каждая с торжеством собственных догадок.
– Я же говори... ТАК! Боря, а ты где лягушку поймал? На улице? Или...
– Не-е-е! Я в групе паймал! Ани бы жабку раздавили, а я хател выпустить!
Женщины в унисон вздохнули.
– Ну вот, молодец, - сказала Тоня.
– Солнышко моё, - сказала мама и привлекла сынулю обнимать и гладить по голове. Только Борьке это показалось неуместным, и он, выдержав приличествующее время,
Мама с тётей Тоней посчитали инцидент исчерпанным и уже через минуту "съехали" на любимую тему - что сколько стоит и где это купить. И этого им хватило до конца дороги.
– Ну вот я и пришла, - сообщила Тоня в сторону поворота во двор, отгороженного пятиэтажками.
– Спасибо, что проводили...
Но тут Борьке в голову пришла гениальная мысль.
– Не-е! Нада до дому правожать! Правда, мам?
– П...правда, - согласилась мама, несколько по-новому взглянув на сына.
– Пошли, Тёть-тонь, пошли, - Борька решительно перецепился с маминой руки на Тонину и нетерпеливо потянул. Воспитательница несколько ошарашено глянула на маму, словно спрашивая разрешения, та в ответ показала глазами "ух ты ж!" и обеим ничего не оставалось делать, как подчиниться. Так что до Тониного подъезда шли молча и в спокойствии чинном, точь-в-точь, как у поэта - только "кобыл" теперь было две и они не переставали удивляться на своего "мужичка".
– Ну вот мы и пришли, - повторила Тоня уже у подъезда, намекая на "теперь-то можно?".
Но и теперь оказалось нельзя.
– А какая у тибя кватира?
– деловито поинтересовался малец, внимательным взглядом окидывая окна.
– Тебе-то зачем?
– едва не в унисон удивились женщины, потом переглянулись и мама продолжила:
– Боренька, так расспрашивать неприлично. Взрослые сами скажут, если захотят.
– Мам, ты не панимаишь!
– отмахнулся сынуля.
– А вдруг будет нада!
– Двадцать четыре, - проговорила Тоня, совершенно сражённая таким аргументом.
– Спасибо, - серьёзно ответил Борька, хмуря брови и явно что-то прикидывая в уме.
Женщины подождали, не будет ли ещё каких пожеланий, не дождались, и мама решила всё-таки попрощаться.
– Ну всё, Тонь, мы пойдём. А то вон бабки на скамейке подозрительно косятся...
– Ой, точно!
– испугалась Тоня.
– Ну, побежала. Пока, Оль! Будь здоров, герой!
Борька, продолжая витать в облаках потаённых дум, помахал на автомате рукой и, повернувшись идти, ещё услышал от подъезда ласково-въедливое: "Здра-а-авствуй, Тонечка! Как здоровье? Как мама?" Но это его уже не интересовало, потому что самое главное он знал - квартира "24"! Теперь можно было тётю Тоню и спасать. Только бы побыстрее найти Витьку.
А вот это оказалось проще простого. Витька нашёлся сам. И слышно это было аж с другого конца двора.
– Бо-о-о-орька-а-а!.. Борька-а-а-а!.. Бо-о-орька!..
– завывало там на разные лады из-под их окон.
– Витька-а-а! Я тута!
– запрыгал-замахал в ответ Борька.
Вопли сейчас же затихли, а тётка, высунувшаяся было в окно чтобы прекратить это безобразие, потолклась ещё возмущённо, но не нашла к чему придраться и засунулась обратно.
Витька скромно подождал, пока до него дойдут, и только тогда обратился с официальным запросом:
– А можна, Боря вы-ыйдет?
– Мам, я погуляю ищё?
– внёс своё прошение и Борька.
–
– Только допоздна не задерживайся!
– Харашо-харашо!
– сынулю не надо было упрашивать. Снисходительным взмахом руки он отпустил маму и солидной походкой уважающего себя человека дошёл до товарища. А там уже обнародовал с таким трудом добытые агентурные данные:
– А знаишь, где Тоть-тоня живёт?! А я знаю! И кватиру знаю - "24"!
– Што будем делать?
– без предисловия деловито поинтересовался Витька.
Борька прикинул, успеет ли мама дойти домой и выглянуть во двор, решил, что не успеет и просто скомандовал:
– Пагнали!
Мама всё же выглянула во двор, но две целеустремлённые фигуры, энергично двигая ногами и руками, уже скрылись за домом. Ну, как известно, глаза не видят, сердце не болит - мама успокоилась и вернулась к домашним делам.
В это время спасатели тёть-тонь уже пересекли дорогу (хотя это им строжайше было запрещено!) и решили, что достаточно оторвались от возможного преследования. Дальше пошли нормально, на ходу обсуждая детали операции. Вариантов было много... толку от них было мало.
– Спрячимся во дворе и тока Буба выйдит - как пабьём! и прагоним!
– Буба наверна бальшо-ой...
– как всегда засомневался Витька.
– А мы визьмём палку и прагоним!
– А если Буба не выйдит?
– Тагда пайдём к Тёть-тоне дамой и там йего напугаим!
– А если не напугаицца?
– Напугаицца как миленький! Мы жыж - палкой!
– Тагда нада палку, - нашёл Витька корень проблемы.
– Да-а-а, нада...
– согласился Борька...
На самом деле, найти хорошую палку было не так-то просто. Всяких веток, конечно, валялось полно, но стОящие дрыняки все были наперечёт. Их выискивали, выламывали и выстругивали не менее тщательно, чем в сивую давнину - копьё или лук, а после вымахивались ими на зависть всей банде и на ночь прятали в тайном месте до следующей гулянки. Завладеть такой палкой была большая удача, и друзья принялись со всем рвением осматривать по дороге все закутки, кусты и деревья с целью если не найти, то хоть выломать что-то подходящее. Они уже дошли до входа в Тонин двор, а палка всё не находилась. И вдруг...
– А чё эт вы тут делаите?
– Лёлька?!!
Мало было приставучей девчонки в садике так опять - стоит, ухмыляется, будто ей тут маслом помазано!
– Лёлька, атстань! Вон, иди к дивчонкам играйся!
Та оглянулась на двор. В песочнице и её окрестностях девчачье сообщество с увлечением варило, кормило, одевало и ходило в гости лялек и пупсиков всех форм и размеров. Глядя на этот домострой, Лёльку аж перекосило.
– Ай! Ани все дурныи, - вернулась она обратно.
– А мы шо?!
– возмутился Борька, имея в виду, конечно - крайние.
– А вы тожи, - отмахнулась Лёлька, имея в виду, конечно - глупые, однако добавила: - Но ани дурнее.
– Тибе с нами нельзя. У нас секретнае дело!
– важно заявил Витька.
– Тёть-тоню от Бубы спасать?
– врубила, недолго думая, Лёлька.
Витька набычился, но на помощь ему пришёл Борька.
– А ты всё равно не знаишь, где ана живёт. А мы знаим, вот!
– Кваратира двацать читыре?
– как бы невзначай поинтересовалась Лёлька.
Пацаны опешили. Это уже был удар "под дых". Они тут стараются, выясняют, разведывают, а вредная девчонка всё и так знает! Так нечестно!