Сны ветра
Шрифт:
Утомившись заучиванием речи, девушка спускается в гостиную, где сталкивается с горничной. Та, как это часто бывает в отсутствие Александра, отпускает грубое замечание в адрес дочери хозяина.
– Оно заговорило со мной, – зло, но спокойно произносит Вероника.
Луиза бросает еще одно оскорбление, и тогда уже девушка срывается на ней по полной. Разозлившись, она даже дает ей такую же пощечину, как некогда своей бывшей подруге-актрисе. Молодая Мейер уже знает, что гнев, кроме того, что пробуждает в ней способности духа стихии, еще и увеличивает ее физическую силу. Кольца на девушке сегодня нет, и она не повреждает лицо горничной.
Неожиданно в дом входят два солдата. Увидев девушку, они замирают и, надеясь, что она на них не смотрит, кратко о чем-то перешептываются. Следом за ними заходит Алекс. Вероника откладывает газету, которую читала до сих пор, и строго спрашивает у отца:
– Что здесь происходит? Кто эти люди?
– Это моя охрана, Птичка.
– А с предыдущими ребятами, что случилось?
– Пришлось заменить.
Все еще находясь на взводе, после конфликта с горничной, девушка выплескивает на него все, что накопилось:
– Какой же ты эгоист!.. Ты никому не нужен, это на меня было покушение! На меня! И запомни, наконец, что это я в опасности, а не ты! При следующем покушении меня, может быть, прикончат! Конечно, тебе вооруженному боевому офицеру просто необходима охрана, минимум из двух человек, а я, девчонка, сама как-нибудь справлюсь со своими недоброжелателями!
– А ты, возможно, права, – неожиданно соглашается Алекс. – Если предположить, что тебя хотели выкрасть, ради шантажа, то они могут и повторить свою попытку.
– Ты неисправим!
– Я подберу для тебя охранника.
– Троих! – не задумываясь особо, требует она. – Троих и завтра же!
– А зачем троих?
Только теперь Вероника анализирует сказанное, и отвечает уже спокойно:
– Ну, меня же теперь тоже в командировки отправляют, мне нужно сопровождение. А если и ты, и я будем в отъезде, за домом будет некому присмотреть.
– А Луиза?
– Первый кандидат в шпионы! – Эксплуатируя фобию отца, девушка продолжает: – Я читала, что обычно враги подкупают или вербуют прислугу. Хозяева привыкают доверять своим работникам, и поэтому теряют всякую бдительность в их отношении. Поэтому Луиза – идеальный шпион.
– Ну, не преувеличивай, Птичка.
– Я сегодня видела ее с книгой Энгельса.
Хотя слова Вероники являются откровенной ложью, и Алекс допускает мысль о том, что дочь все-таки нарушает сейчас главный закон его дома – никогда не врать, – он принимает сказанное ею к сведению. Ведь, возможно, она права, и он, действительно, не досмотрел, впустив в свое личное пространство постороннего человека.
– Прости, я, правда, о тебе не подумал. Я приведу тебе завтра хоть взвод, но если ты отстанешь от Луизы. Она жалуется на тебя, а я знаю, что ты тот еще дьяволенок.
– Поговорим, когда приведешь!
Расценив требование дочери, как вызов, Мейер, прихватив своих новых охранников, сразу же уходит. Конечно, у него не было ни малейшего желания проводить выходные на работе, но Вероника не отстанет от него, пока не получит то, чего хочет. Не она толкнула его на должностное преступление, когда он впервые решил нанять солдат для своей охраны, но в случае очередной ссоры она сможет использовать это против него, если не получит в свое распоряжение личных рабов из числа солдат. Лучше потерять день на подбор охранников, чем рисковать попасть
На большом отдалении от дома Мейер в здание казармы вошли двое солдат. Хотя в это время в казарму часто кто-то заходит или выходит из нее, на этих двоих сослуживцы смотрят как на героев. Не сказать, что так смотрят на них абсолютно все, но несколько взглядов полных уважения в свой адрес парни замечают. Кто-то даже озвучивает их появление фразой:
– Смотрите, Берт и Леманн вернулись.
Это были те самые Фердинанд Берт и Эрвин Леманн, которые нашли Веронику на берегу. В тот день они, разумеется, рассказали друзьям все, что с ними произошло, несмотря на данное обещание. А наутро следующего дня Мейер отправил их на гауптвахту.
– Скажите спасибо Вере, щенки, она просила вас не наказывать. Это единственная причина, по которой я вас не придушу на этом самом месте! – Грозно произнес он тогда, наблюдая, как ребят конвоируют под арест.
Теперь же все осталось позади. История о том, что двое солдат спасли Веронику Мейер, облетела всю казарму. О ней перешептывались все, кому не лень, снабжая сюжет новыми эпическими подробностями. В журналах внимательно изучались фотографии Вероники, но не только и не столько из эротического интереса, сколько из желания найти на ней какие-нибудь следы того происшествия. Только один знаток, увидев ее в ассиметричном платье, заявил, что девушке специально подбирают одежду, чтобы скрыть все шрамы. Кто был поумнее лишь сопоставил ее новые фотографии со старыми и обнаружил, что она заметно похудела. Эта история долго продержалась в топе самых обсуждаемых тем, пока ее не сменила новая весть о Веронике. От солдат из другой роты, которых Мейер нанимал для своей охраны, все вскоре узнали, что их штандартенфюрер бьет свою дочь. Были даже фантазеры, которые пытались совместить эти два слуха: испуганная, избитая Вероника бежала от разъяренного Алекса Мейера, пока не упала без сил, а утром ее нашли Берт и Леманн и снова передали садисту-отцу.
Узнав последнюю сплетню, Эрвин и Фердинанд вспоминают, что то, как Мейер осматривал свою дочь на берегу, со стороны выглядело довольно грубо. Именно, когда в тесном кругу сослуживцев шло обсуждение аморального поведения штандартенфюрера, к их компании подошел один солдат. Положив руку на чье-то плечо, он мгновенно перевел внимание на себя.
– Мейер ищет охранников для дочери среди солдат последнего года службы. Пошли к нему, пока никто другой не прочухал. И тщщ!
В обсуждении сплетен принимало участие только восемь человек. Они дружно поднялись и направились к выходу.
– Ну, почему, сегодня?! – страдальчески восклицает один из них по фамилии Финн. – Я сутки без сна!
– Ничего, – раздается чей-то голос за его спиной, – беседа с Мейером тебя так взбодрит, что еще неделю спать не сможешь!
– Иди спать, Финн! – отзывается другой. – И без тебя претендентов многовато.
– Мечтай! – отвечает Финн. – Я не меньше твоего хочу свалить отсюда!
Перед кабинетом штандартенфюрера, вальяжно раскинувшись на стуле, сидит один солдат.
– Очередь за тобой занимать? – интересуется у него Леманн.