Сны и башни
Шрифт:
За три дня до…
– Граф, не подскажете, у вас тут случаем не завалялось газет или книг? – Ричард оглядел свои покои в загородном доме барона.
– О, не переживайте, я дам вам доступ в библиотеку. Но если вы желаете, то время скоротать вы сможете куда как веселее! – архимаг уже облачился в резиновый фартук на голое тело и внушал дикий ужас любому зрителю. Компаньоны исключением не стали.
– Мы вас внимательно слушаем, – на Ричарда напало просто вселенское спокойствие. –
– О, Ричард, вы чертовски проницательны! У меня тут давно стоит клон-фабрикатор, ему лет сто уже. Я хотел его утилизировать. Там сейчас скопилась почти тысяча галлонов жидкой плоти. Я могу наштамповать клонов, не отличимых от вас двоих, а вы будете их убивать. Таким образом наблюдатели будут уверены, что я вас истязаю! По-всячески убиваю и оживляю.
– Да? И почему они должны прийти к таким сложным выводам? – удивился Рей.
– Разумеется, потому что я так ни раз поступал в прошлом! – лучезарно улыбнулся архимаг и Салеху даже как-то поплохело. Но он себя не выдал.
– Тогда логично. Вы предлагаете действовать в открытую?
– О, нет, не переживайте. У меня есть хороший запас псевдоплоти и зелье произвольной формы. Вы можете лечь в чан с псевдоплотью, выпить зелье и погрузиться. И ваше тело примет любую форму по вашему желанию. Изобразите из себя монстров.
Воцарилось молчание.
– Мне кажется, это может быть весело, – признался Салех. – Я, джентльмены, извините, ебнулся с вами двумя, но это точно будет весело!
– Поддерживаю! – Ричард хмыкнул. – Это же новый телесный опыт. И я буду счастлив убивать копии Рея Салеха!
Пару суток спустя…
– Говорил я тебе, Ричард, не надо мешать алкоголь с мутагенами, ничего хорошего из этого не выйдет. Ну и как мне теперь на улицу выходить прикажешь? – Рей с содроганием смотрел в зеркало.
Он огорченно рассматривал колоссальных размеров мошонку. Она выросла у него на подбородке и ее обрамляли шикарные усы.
– А я вас даже отговорить пытался! А вы меня не послушали. В кои-то веки хотел хорошее дело сделать. Признаться, это для меня новое чувство: наблюдать такую штуку, когда я в ней не виноват! – но потом Ричард не выдержал и заржал. – Мухаха! Агагагага! Рей, вы восхитительны! Пожалуйста, оставайтесь таким навсегда! Я вам удвою, нет, утрою ваш заработок! Мвахаха!
Грянул выстрел. Рей угрюмо рассматривал коробку с фотоаппаратом, которую превентивно прострелил. Во избежание, так сказать.
Гринривер продолжал рыдать от хохота.
Фактически же произошло следующее: приятели занимались тем же самым, что и изображали. Мутировали, испытывали мутации, развлекались. И не просто, а в накуренном состоянии, наркотик спасал от ментального присутствия твари. Ричард курил чисто за компанию.
Только если в понимании следователей Фальцанетти компаньонов сводил с ума истязаниями, то по факту он их толкал к границе безумия новым, восхитительным
– Мистер Салех, мне чисто из любопытства, вы же понимаете, что эти клоны вполне могут быть разумны?
– Так они болваны безмолвные. Животные, как крысы твои. Рей очищал ветвистый хвост от кусков плоти.
– Но ведь если им дать достаточно времени, они обретут разум и станут обычными людьми, – не отставал графеныш.
– Так если крысу кормить мутагенами, то она тоже может разум обрести, если не сдохнет. Так что, каждую крысу разумной считать? Болваны – они и есть болваны, – Салех довольно потянулся и расправил все дополнительные конечности.
Сейчас он походил на гибрид сколопендры с шершнем. Ричард, который, в свою очередь, изображал из себя шестирукого рыцаря с огромным эрегированным пенисом в железной броне, чувствовал себя предельно неловко. Но виду не подавал.
– Я вижу, идеи гуманизма вам предельно чужды, – хмыкнул Гринривер и снова покосился на свой бронепенис. Тот был на диво хорошо спроектирован и потому забрызган кровью и облеплен потрохами. Орудие убийства – любому демону на зависть. А вот прилюдно стряхивать молодой человек стеснялся.
– Гуманизм? Первый раз слышу, это что? – Салех с любопытством взглянул на приятеля.
– Ну, такое течение философское. То, что будет человеком – уже человек. Человеческая личность священна! – в этот момент из чана выскочил огромный ревущий мужик с внешностью Рея Салеха (даже протез был, правда костяной, но блестел). Он бестолково побежал прямо к стене. Ричард прыгнул вперед, повалил жертву на землю и стал рвать на части сразу шестью руками. При этом он воинственно тряс бронепенисом.
– Каких только блаженных земля наша ни рожает. Одним словом – святые люди, – Рей разорвал очередную копию Ричарда и бросил агонизирующие ошметки в угол.
А потом пришел Фальцанетти и принес бутылочку вина из собственных виноградников. Виноградники Фальцанетти давали практически чистый спирт, его лишь нужно было выдержать в бочках. В вине было градусов шестьдесят.
Дальше история скрыта туманом, но в конце ее Рей с ужасом рассматривает собственное отражение.
Проблема заключалась в том, что болели эти яйца как настоящие, и громила взвыл раненым бизоном, когда попробовал оторвать с подбородка лишнюю мошонку.
– Вот, Рей, возьмите, вы мне нужны вменяемым. Только в душ сразу отойдите, думаю, вам придется тщательно себя вымыть, – Ричард протянул приятелю бокал с мутно-синей жидкостью. Рей взял стакан и понюхал. Гигантская мошонка заколебалась. Ричард снова согнулся от смеха.
– Что там? Незнакомый состав.
– Фальцанетти сказал, что этот состав развеивает все чары и удаляет все мутации в организме за последние сутки. Руку не отрастит, но лишнее уберет. Вы его даже вчера одобрили, граф рассказал вам состав и объяснил принцип действия.