Снова в деле

Вьюжина Алена

Побродив по замку, она в конце концов нашла подходящее место: небольшая комнатка с одним единственным окном; из мебели лишь стол, стул и камин, расположенный в каком-то неподобающем месте.. Что-то в этой комнате показалось Лане знакомым, эта каморка словно напоминала о чем-то. Женщина решила с этим не заморачиваться. Главное, ее здесь никто не побеспокоит, можно спокойно поработать.

Лана принесла все необходимое, разожгла камин, закрыла ставни на окне, наложила на дверь заклятие Непроходимости и приступила к приготовлениям. Расставила везде свечи, на столе

расстелила большой лист бумаги, начертила на нем круг, внутри которого расположила буквы по алфавиту и цифры Вообще-то, энергии одного, даже двух человек маловато для результата, но ведь раньше у них с Элькой получалось неплохо, а она сейчас совсем не обычный человек.

– Вызвать разве что ли нашего старого «приятеля», Казанову? – спросила она у себя и сама же себе ответила утвердительно

Лана нагрела руки на пламени свечи, поместила в центр круга перевернутое блюдце и коснулась нагретыми пальцами его краев.

– Я вызываю дух Джованни Джакомо Казановы… Я вызываю… – начала Лана очень серьезно, но уже после третьего повторения она еле сдерживала смех. Сейчас действия казались ей какими-то несерьезными, производили впечатление игры. Хотя, какого черта? Когда-то давно они с Элькой добивались в этом успеха.

Она сосредоточилась и начала сначала:

– Я вызываю дух Джованни Джакомо Казановы…

Ей пришлось повторять это минут пять, не меньше, и вот блюдце под ее пальцами задрожало, завибрировало.

– Дух Казановы, ты здесь? – спросила Лана.

Блюдце медленно поползло по кругу, словно изучая буквы, женщина воодушевилась.

– Дух, ты готов беседовать со мной?

Блюдце словно взбесилось – металось по кругу в разных направлениях, иногда задерживаясь на какой-нибудь букве, а Лана пыталась расшифровать:

– Пршт… Айкоспят…

Буквы никак не хотели складываться в связные слова, но Лана не унывала: она-то знала, что дух Казановы отличается весьма шкодливым нравом. Наконец, блюдце вернулось в центр круга и замерло.

– Успокоился? – спросила Лана, и блюдце переместилось к слову «да». Тогда женщина продолжила: – Поговоришь со мной?

– Да, – ответили ей громко.

– Спасибо, – обрадовалась она и только сейчас поняла, что ответ ей дали вслух, а блюдце оставалось неподвижным.

– Ну, здравствуй, Лана Готлорд. Или ты предпочитаешь, чтобы тебя называли Белиорой? – продолжал громкий, неприятный, словно каркающий голос, и где-то Лана его уже слышала. Но где?..

– Лучше Лана, – машинально ответила она.

– Как будет угодно. Мне, собственно, все равно, – каркнул голос, и Лану вдруг осенило:

– Даркус?!

Она даже заозиралась, словно хотела увидеть обладателя голоса и удостовериться, что не ослышалась.

– Не трудись, меня нет. Ты забыла, как меня по вашей милости затянуло в этот камин? Я – всего лишь дух…

– А на что ты, собственно, тогда рассчитывал? – огрызнулась Лана. – Как ты здесь оказался? Вернее, как твой дух сюда попал? Я вызывала вовсе не тебя. Проваливай!

– А меня не надо звать. Вы ведь не убили меня тогда окончательно. Что-то у вас пошло не так,

совершили вы какую-то ошибку, и я застрял где-то между жизнью и смертью. А частичка меня, то есть моей души, осталась в этом камине.

– Ну и какого черта тебе надо? – крикнула Лана.

Лучше всего, конечно, сию секунду прекратить сеанс, но ей просто необходимо выяснить, что нужно темному магистру. Вдруг, получив хоть какую-то информацию, ей удастся выяснить, как избавиться от его присутствия в замке, пусть даже и частичного.

– Фу, как грубо. Твоя сестра хамит более виртуозно и тонко, – смеясь, протянул Даркус. – Мы же старые друзья, неужели тебе не приятно видеть меня… Ну, то есть, хотя бы слышать…

– Если пришел поиздеваться, я закончу сеанс, и ты будешь продолжать в одиночестве. Где там? Между жизнью и смертью?

– И когда кто-нибудь опять разожжет этот камин, я снова явлюсь, – подхватил мерзкий дух.

Ага, значит, эта сволочь связана только с этим камином, а другие безопасны.

– И ты явился ко мне только потому что именно я разожгла камин? – поинтересовалась Лана и решила сама поиздеваться и вывести духа из себя. – Жалеешь, небось, что это я, а не Элька? Соскучился? В пространстве между жизнью и смертью, поди время движется очень медленно…

– Чудовищно медленно! – заверил ее Даркус. – Но я рад, что камин разожгла именно ты, а не твоя жуткая сестрица.

– Жуткая? – хмыкнула Лана. – А ведь любовь была до гроба.

Даркусу очень не понравилось ее ехидное выступление.

– Ладно, отложим хаханьки. Я не могу связаться с твоей сестрой: ее на ментальном уровне охраняет от меня любовь Лордора. Не заводи никогда детей, девочка. Ведь предадут с легкостью, как мой идиот-сыночек. Из-за рыжей ведьмы он разом отказался и от своих убеждений, и от преданности отцу, и от своего предназначения.

– Что тебе от меня нужно, Даркус? – прервала его жалобы Лана.

– Да, не будем ходить вокруг да около. Ты неглупа, Милана и догадываешься, что я тоже не идиот. Вы ведь неспроста вернулись с сестрой в Весту. Что-то должно произойти, так? Я хочу, чтобы ты сказала мне, каким образом я и моя армия могут вернуться к жизни, и как вы намерены уничтожить нас на сей раз.

– И всего-то? – снова хмыкнула Лана.

– Нет, для тебя это тоже крайне выгодно, – Даркус сделал вид, что не заметил ее сарказма. – Ты перейдешь на нашу сторону, на сторону зла.

– Помнится, что в прошлый раз ты то же самое предлагал Эльке…

– Да ну ее, Эльку эту! Она сумасшедшая. Я ее даже боюсь, потому что понять никак не могу. Ты подумай о своем будущем, Милана. Ну, победите вы нас снова, и что дальше?

– Как что? Мы с Элькой подумываем о том, чтобы окончательно перебраться в Весту, только ей нужно будет забрать кое-кого из нашего мира…

– А дальше? – не унимался вредный дух. – ты надеешься на тихое семейное счастье? Ты его безусловно достойна гораздо больше, чем твоя сестра, но жизнь не-справедлива, запомни это. Счастливы бывают только такие стервы, как твоя сестрица. А кто оценит тебя, моя дорогая?