Снова три мушкетера
Шрифт:
— Я вижу Камиллу де Бриссар в Париже, — говорила предсказательница. Я никогда не бывала в этом городе, но я знаю, что это так, потому что в этом городе много дворцов и в этом городе живет король Франции… Она ищет вас, сударь, но узнает, что вы на войне с испанцами… Она думает о вас… Но вот рядом с ней появляется какая-то женщина, другая… все больше людей… имена их мне не знакомы… дамы, кавалеры… Один из них — весь в лиловом, молодой и храбрый, но с черным сердцем… Он все время рядом с нею… Она уже меньше думает о вас, сударь… Больше я вам ничего не скажу…
— Тысяча чертей! — вскричал мушкетер. —
— Я это чувствую, сударь, — кротко отвечала девушка. — Вот поэтому-то я не скажу вам ничего об этом человеке. Камилла де Бриссар сама должна разобраться в своей душе. Послушайте лучше то, что я смогла увидеть о вас и ваших друзьях. Отец прав — вам надо опасаться длинного, худого англичанина, — продолжала она.
— Этот худой англичанин уже сделал все, что мог, но он сделал это не со зла, — машинально отвечал д'Артаньян.
Мысли его в настоящий момент занимали совсем другие материи.
— Вряд ли вы правы, сударь, — с сомнением сказала Анна Перье. — Не думаю, что вы встречались. Вы увидите его не ранее, чем через восемнадцать лет. Но ваши друзья помогут вам — они будут рядом с вами, а этот человек будет добиваться их гибели с не меньшим упорством, чем он будет стремиться погубить вас.
— Ах, мадемуазель! Если через десять или сколько там вы говорите лет… у меня будет такое же настроение, как и сегодня, то этот загадочный англичанин без труда добьется своего. Но одно обстоятельство меня радует Атос, Портос и даже таинственный Арамис будут снова рядом со мной.
— Вы совершите удивительные дела, сударь. Поверьте, я говорю так не из желания сделать вам приятное или как-то отблагодарить вас. Вы уже помогли одной коронованной особе, но вам еще не раз предстоит оказывать услуги королям. И не только здесь, во Франции.
— Где же еще?!
— Где-то к северу от Парижа.
— Но только не в Англии. Туда я больше не поеду ни за какие сокровища мира! — воскликнул д'Артаньян.
— Я не могу сказать вам точно, сударь. Я всего лишь простая, полуграмотная девушка, но я вижу берег моря и скромный дом. Там живет король-изгнанник. Вы и ваш друг поможете ему получить корону, принадлежащую ему по праву.
— Вы не простая девушка! Вы — чудо! Но мне страшно рядом с вами.
— Нет причины бояться, сударь. К тому же вы верите мне сейчас — пока вы со мной. Я предвижу, что на следующее утро вы захотите изгладить из памяти почти все, что услышали сегодня, а то, что останется с вами, не будет воспринято вами всерьез. К сожалению, это так, — сказала она, видя, что мушкетер собирается ей возразить.
— Скажите мне что-нибудь о моих товарищах. Их зовут Атос, Портос и Арамис.
— Не все мне понятно из того, что вижу, сударь. Я знаю лишь то, что проживете вы долго и переживете, хоть и не на большое количество лет, двух из своих лучших друзей. А один из них переживет вас. Он будет очень важным человеком, ему будут доступны какие-то тайные знания, делающие его могущественным даже в глубокой старости. Кое-что он знает уже сейчас.
«Это наверняка Арамис, — решил д'Артаньян. — Хитрец и тут обошел всех нас».
— Но, потеряв вас всех, он будет чувствовать себя очень несчастным и одиноким. И только его могучий ум и воля удержат его
Девушка помолчала еще немного.
— Но мне не все понятно… мне кажется, что он… он может не умереть никогда…
— Черт возьми! — пробормотал изумленный д'Артаньян.
— Это… в это нельзя вторгаться… — испуганным голосом говорила девушка. — Все плывет передо мной. И я снова вижу вас, сударь. Вы лежите на земле, а вокруг вас ангелы в белой одежде. Они рады забрать к себе вашу душу, потому что вы благородный и честный человек… Ваши губы шепчут последние слова… Вот они: «Атос, Портос, — до скорой встречи, Арамис, прощай навсегда!».
И Анна Перье в полуобморочном состоянии опустилась на руки подхватившего ее мушкетера и подбежавшего старика.
Проснувшись следующим утром, мушкетер почти ничего не вспомнил. Он только понимал, что слышал вчера что-то исключительно важное.
Спросив у хозяина, встали ли уже отец и дочь Перье, он получил следующий ответ.
Рано утром служанка, проходившая мимо комнаты, отведенной мадемуазель Перье, заметила, что дверь слегка приоткрыта. Заглянув в комнату, она не обнаружила там постоялицы, кровать имела такой вид, словно на нее никто не ложился. Старика также не обнаружили в своей комнате. Очевидно, постояльцы ушли из гостиницы с восходом, а может быть, и с закатом солнца. Они ушли незамеченными, никто из слуг не видел их и ничего к сказанному выше добавить не мог.
Глава сорок девятая
Планше находит лекарство
Молча они продолжали обратный путь по дороге, которая привела их в Клермон-Ферран. Теперь город, охваченный чумой, остался позади. Вечером, когда они добрались до Тьера и устраивались на ночлег, Планше взглянул в лицо мушкетеру и поразился перемене, происшедшей в своем господине. На лбу резко обозначились морщины, скулы выступили сильнее, а на висках засеребрилась ранняя седина.
— Ох, сударь, — сказал Планше на следующее утро, — вы не могли бы сказать мне, как быстро заболевает человек, заразившийся чумой?
Д'Артаньян повернулся и пристально посмотрел на своего верного слугу.
— Я это потому спрашиваю, сударь, — продолжал Планше, — что ощущаю признаки болезни. Но только еще точно не могу разобрать, что со мной происходит.
— Думаю, еще рано, Планше, — отвечал мушкетер. Затем он снова погрузился в свои мрачные размышления.
— А куда мы сейчас направляемся, сударь?
— В Виши.
— Наверное, там меня и похоронят, — жалобно сказал Планше.
Но чуткое ухо д'Артаньяна расслышало в его тоне некоторую фальшь.
— В таком случае, Планше, нас похоронят в Виши вместе. Ведь ты не откажешь мне в любезности, покидая этот мир, заразить напоследок и меня.
— Я рад бы вам помочь, сударь, но, боюсь, это невозможно.
— Ну уж нет, Планше! В таком случае тебе придется остаться в живых. Мне будет слишком одиноко без тебя.
При этих словах д'Артаньяна глаза славного малого радостно заблестели.
— Вы ведь говорите это искренне, сударь? Вам и впрямь было бы жаль меня?
— Ты задаешь смешные вопросы, Планше. Я говорю то, что думаю. Мне очень не хватало тебя, покуда ты пропадал где-то на краю света. Я ведь даже не знал, жив ли ты.