Снимать штаны и бегать
Шрифт:
Зинаида кинулась в ванную и вернулась с целым ворохом грязного белья. Швырнула его на пол, и грязные полотенца и простыни мгновенно впитали в себя половину домашнего озера.
– Чего торчите? Тащите тряпки, макулатуру! – командовала теперь уже Зинаида. – Степанида Егоровна, у вас целые залежи газет и журналов, тащите!
– Фиг! Я их на ночь, может, еще читать…
– Током шибанет! Тащите!
Степанида, кряхтя, сползла со стола и потрусила в комнату. Следом за ней, подпрыгивая и вытягивая носочек, точно в танцклассе, несся в свою комнату
С наводнением удалось справиться только к утру. Приехала аварийная служба, перекрыла воду во всем подъезде и принялась стучать по трубам, устраняя неполадки у соседей сверху. Только этот стук уже не мешал Зинаиде художественно храпеть на всю коммуналку.
С утра следующего дня Зинаида решила улизнуть незаметно – нетрудно догадаться, что творится сейчас в коммунальном коридоре, и Зинаида даже догадывалась, кому все эти горы мусора придется убирать. Однако удача решила посмеяться над ней. Едва Зина тихонько отворила дверь, как в маленькую щелку навстречу ей тут же просунулась улыбающаяся физиономия Федула Арнольдовича.
– Проснулась, Зиночка? А мы тут уже тебя со Степанидой Егоровной дожидаемся.
– Ага! С восьми утра караулим! А то ить проспим, а ты и уметелишь, чего ж нам до вечера в такой разрухе маяться?! – подтвердила догадливая соседка.
Она уже вооружилась ведром, даже воды с порошком навела, половая тряпка у нее висела через плечо, как полотенце, а в руках грозно торчала старая швабра.
– А сейчас сколько времени? – уныло спросила Зинаида.
– Дык… одиннадцать! Долго спать изволишь, видать, забот никаких!
– Ага? Это, значит, вы меня поджидаете, так как у вас сил нет в грязи находиться? – поняла Зинаида и премного опечалилась. Уборки здесь хватит на двое суток с гаком, а времени уже и без того одиннадцать. – Да и правда, только… Мы что же, начнем уборку без завтрака?
– Отчего же? – ожил Федул. – Вот я хлебушек маслицем намазал, яишенку сообразил, яйца, с вашего позволения, у вас из холодильника позаимствовал. Давайте к столу, а там, извиняюсь, и за работу!
Зинаида прошла в кухню. Яишенку, похоже, готовили еще на заре, и сейчас она скорченная, тонюсенькая, выглядела сухой подошвой.
– Не-ет, я такую не хочу… – скривилась Зинаида.
– Не куксись! Привыкла у себя в ресторанах там… – бродила следом за ней Степанида. – Ешь, чего дают, да и за уборку. Мы вон с Федулом и вовсе ничего не ели – от этих яиц уже с души воротит, а акромя их, и нет ничего. Мы уже все обшарили.
– Не буду я травиться! Я лучше в магазин схожу, – решительно заявила Зинаида и прошла в свою комнату одеваться.
Слово «магазин» из уст Зинаиды для жителей коммуналки звучало, как заклинание. Степанида Егоровна тут же торопливо притащила сумочку побольше, куда свободно может вместиться два ведра картошки вместе с продавцом, Федул подавал туфли и ненавязчиво сам с собой беседовал:
– Сейчас очень пользительно ветчиной завтракать…
Зинаида не была скаредной женщиной. Никогда. Это она могла бы сказать кому угодно. Поэтому она купила и ветчины, и сметанки, и творога с кефирчиком, приволокла продукты к подъезду и зычно рявкнула:
– Федул!! Спускайся немедленно, Федул!! Возьми сумки, у меня уже руки оторвались!!
Федул вылетел на помощь кометой.
– Ах ты ж боже мой! Нагрузилась-то! – клохтал он, забирая пакеты. – Чего ж так над собой измываться? Могла бы потихоньку три раза сбегать.
Увидев съестное, он совершенно утерял бдительность. Несся по лестнице, нежно пеняя соседке за безжалостное отношение к себе, не замечая, что та за ним подниматься и не собиралась.
Едва передав Федулу сумки, Зинаида, будто школьница, немедленно нырнула в соседний подъезд и затаилась. Теперь ее соседи голодными не останутся, и она может с чистой совестью отправляться по своим делам. А уборка, что ж… В конце концов, Федул вчера так рьяно махал по полу своими штанами, что мытье полов ему доверить не страшно.
Она неслась в «Витамин». Ей было просто необходимо сегодня встретиться с бухгалтершей и выяснить, что за махинации проворачивал у себя Васильев.
На этот раз ей повезло – прямо под лестницей курили три девицы. Одна из них была Ирина Дичкова, самая первая знакомая Зинаиды, другая неизвестная девчушка, а третья, что пускала дым ловкими колечками, бухгалтерша Варвара. Девицы курили и болтали о чем-то своем, девичьем, и Зинаиды не замечали.
– Вот! Вот вы-то мне и нужны! – вцепилась сыщица в рукавчик дорогой кофточки Варвары.
– Ох, как они меня достали, девочки, кто бы знал, – устало протянула Варвара, кивнув на Зинаиду. – Ну что вас интересует? Кредиты? Дебеты?
– Попрошу меня не оскорблять! Я и в молодости-то интересовалась только умными людьми, а сейчас меня мужчины и вовсе не интересуют! – обиделась Зинаида. – Кретины и дебилы это все больше для вас, для молодых. А мне бы хотелось узнать про вашего бывшего директора! Про Васильева! И не вздумайте меня опять за нос водить, Варвара! Я больше не поверю, что вы так пугаетесь мышей, что по неделе отсиживаетесь дома!
Варвара похлопала накрашенными ресницами и потом спросила у Ирочки:
– Ты понимаешь, о чем это она?
– А чего тут понимать? Это же частный детектив! – пыхнула дымком Ирочка Дичкова. – Ее Крылов нанял. Да она уже со мной беседовала, не бойся.
– А разве это не из налоговой? Уж больно вид у нее того… как у крысы канцелярской…
– Варвара! Я бы попросила мою персону не обсуждать! Еще неизвестно, какой у тебя вид будет в мои-то годы! – одернула девчонку Зинаида. – Пойдем лучше в твой кабинет, у меня к тебе вопросов уйма.