Снежный плен
Шрифт:
– Трюмпер...- и он всегда зовет меня по фамилии... на что я могу только улыбнуться.
– Спи... еще рано...- хотя за спиной, за стеклом, уже давно встало солнце. И метели больше нет. И я не хочу, чтобы он видел, что нашего плена больше нет. Что в любую минуту мы можем собраться и пойти по дороге, прямо к людям... я уверен, тут недалеко находится лыжный центр.
– А ты чего не спишь?- Сонными глазами смотрит на меня.
– Твой сон охраняю...- шепчу ему на ухо, чуть поглаживая
– Мой?- Улыбается, а его рука ползет по моей груди.
– Ну, да...- чувствую, как тонкие пальцы сжимают сосок. Ах...
– Наш, Трюмпер...- придвигается ко мне, а его обнаженная нога ложится на мое бедро, я тут же накрываю ее ладонью.- Наш сон...
– Уже совсем не сон...- улыбаюсь и прижимаю к себе тощее тело одноклассника. Тот мурлычет. Натурально мурлычет. Даже тогда, когда я целую его в губы. Мгновение и он отстраняется. Толкает меня в плечо, заставляя улечься спиной на кровать...
Он поворачивает лицо в сторону стекла, я так и вижу, как на его лице рисуется сожаление. Метели нет, мы свободны... но он будто, ни в чем не бывало, смотрит на меня:
– Ты первый?- Изгибает бровь, при этом усаживаясь на мои бедра.
– Я первый...
Меня будоражит его взгляд, его немного надменный вид, когда он сверху. Даже тот факт, что он сейчас осторожно насаживается на мой член, не мешает ему выглядеть так. У него в роду явно были аристократы. Иначе откуда эти острые скулы? Тонкие запястья откуда? Весь его лик... как же я раньше не видел? У него же нереально длинные ресницы.
– Ах...- он тихо вскрикивает, когда насаживается прямо до основания. Ладонями скольжу по его груди, бокам, торможу на бедрах. Как же он красив сейчас, когда брови сведены к переносице, когда губы раскрыты в немом крике, а карие глаза смотрят на меня из-под опущенных ресниц.
Любовь всех делает поэтами.
Билл упирается ладонями мне в грудь, когда начинает медленно подниматься по стволу верх. Вижу, что ему больно. Но он старательно двигается на мне, желает сделать мне приятно? И мне на самом деле приятно. Очень. Такой горячий и тугой. Сжимаю в ладони его опавший член, видимо ему не слишком нравится, раз он даже не возбужден...
Переворачиваю нас...
– Том?- Его испуганный взгляд.
– Хочу, чтобы тебе тоже было хорошо...- укладываюсь между его раздвинутых коленей. Билл в ответ только улыбается и полностью расслабляется подо мной. Как же нужно доверять мне, чтобы так легко отдаваться...
***
Bill ©
Внутри снова бьется тревога. Я лежу рядом с человеком, которого точно люблю. Я глупый. И так наверно не бывает. Как можно влюбиться в парня? Нет, как можно влюбиться в парня, если ты тоже парень... А я влюбился. В Тома ведь невозможно не влюбиться. Какой бы сволочью он не был... его любят все. И наверно любят именно за это. Девушки любят сильных. А Трюмпер сильный... хотя...
–
Отворачиваюсь. Потому что знаю, что пара дней только усугубит ситуацию. И я не удивлюсь, если превращусь рядом с ним в сопливую и истеричную барышню. Таких он не любит...
– Билл...- тепло его губ, что касаются моей щеки. Лежу с закрытыми глазами. Ведь так он не увидит того, что мучает меня. Если человек тебя любит, то это видно сразу. И, к сожалению, я не вижу этого в Томе... моя усмешка. Я жалок. Если я сейчас разрыдаюсь перед ним. И снова крепкие объятия его рук, прижимает меня к себе, грудью согревая мою спину. Мне нигде не бывало так хорошо, как в его руках. Рядом с ним я могу быть слабым, и меня не обижают за это...
– Нужно уйти уже завтра...- тихо произношу я. Открываю глаза, тут же чувствую теплую дорожку по щеке. Все-таки моя печаль вырвалась наружу. Слезы не помогут. Это нужно принять как данность. Я влюбился не в того человека.
– Даже если завтра...- его голос над моим ухом.- У нас еще есть время...
Улыбаюсь, разглядывая стену. Голос, от чего-то, хрипит:
– Лучше бы его не было. Лучше бы я вообще отказался от этой поездки...
– Разве тебе плохо рядом со мной?
Я выбираюсь из его объятий, сажусь, свешивая ноги с кровати.
– В том-то и дело,- оборачиваюсь к нему,- что мне с тобой непозволительно хорошо...
Беру халат и удаляюсь к источнику.
Голова болит. Чертов Трюмпер. Почему ты делаешь это со мной? Мне ведь итак проблем хватало. Главное не начать жалеть себя. Все-таки, какой бы у меня там статус в школе не был... я не инвалид, я не больной на голову, я самодостаточный молодой человек, у которого в будущем все будет хорошо. Нельзя жалеть людей.
Умывшись, я возвращаюсь в комнату. Том сидит за столом, пьет чай. Никогда не думал, что обычный чай будет доставлять мне такое удовольствие. Так же, как никогда не думал о том, что Трюмпер сможет стать мне любимым человеком. Хотя... когда вокруг нет ничего, только снег... и чай становится в радость и сон в мягкой постели – настоящее чудо. И Трюмпер под боком... нет... с ним не так. Это я для него что-то вроде чая, когда нет вообще ничего...
– Че стоишь, садись чай пить...- кивает на стул.- Тут совсем заняться нечем... хорошо, что мы завтра уйдем.
Ну, конечно, ты ведь только этого и ждешь, не так ли?
– Да, я тоже так считаю...- киваю и осторожно беру в ладони горячую кружку.
– Наконец-то все вернется на свои места: школа, дом, потребности...
На эту реплику я отворачиваюсь. Поворачиваюсь на стуле, оказываясь к Тому боком. Выпрямляю ноги.
– Я бы на твоем месте не спешил возвращаться...- продолжает говорить он.- Там тебя все равно никто не ждет. А в школе по-любому о тебе никто и не вспоминает...