Снежные псы
Шрифт:
Но туннеля не было. Я начал задыхаться в этом поганом обволакивающем стекле, меня затошнило, и кожа стала мерзко отслаиваться от мяса. Я попробовал заорать, но не успел, поскольку вывалился в какое-то темное пыльное помещение. Прямо из-под потолка — и об пол, даже сгруппироваться толком не успел. Только на бок повернулся, а потом на спину. Башкой о бетон — шлеп! Хорошо, что шлем…
Перец лежал рядом. Мне показалось, что он стукнулся посильнее, чем я. Шуму, во всяком случае, было больше, будто в большую алюминиевую кастрюлю просыпались алюминиевые же кружки. А нечего
Я лежал почти две минуты, успел до девяноста досчитать. Перец, видимо, решил, что я в отключке, принялся поливать меня из фляги.
— Не надо воды, — сказал я, — и так тошнит. Сейчас сблевану, честное слово…
— Всегда так. — Перец спрятал фляжку. — Что ты хочешь, человек не предназначен для… Это из-за перепадов давления. Давление скачет, поэтому и тошнит. Как в космосе. Потом привыкнешь.
— Спасибо уж, мне и так… Знаешь, когда я жил в приюте, нас кормили творожной запеканкой, и с тех пор мне лишний раз блевать не хочется…
Не хочется, а получится, тошнит здорово. Помимо того, вокруг полно пыли, и гремело так, будто внизу строители работают. Ночь еще. Сверху дыра в потолке, а через нее кран какой-то виден, и веревка с него свисает.
И кто-то в этом пустом помещении был, я чувствовал это. Можно, конечно, включить сенсоры шлема, но я не включал. Пусть Перец разбирается. Он сказал, что у него предчувствия. Мое дело — по шее всем, кого встречу. По шее всему живому.
Что ж тут так пыльно-то? Странно. Странно, что именно в таком месте хранится горын. Я думал, место будет повеличественней. Готический замок, Гранд-каньон, Капова пещера какая-нибудь… А тут простой склад. Бочки вокруг, строительные леса, какие-то ящики, трубы. Полумрак.
Мне надоело озираться, и я спросил:
— И что? Мы опоздали? Она уже тю-тю, наверное?
Перец покачал головой.
— Она нас явно опередила, — сказал я. — Плохо дело, Пашка, у нас все время что-то не так. Теперь даже девчонки нас опережают…
— Я не мог раньше, раньше дела были.
— А теперь все осложняется. Сколько у нас времени?
— Часа два, — ответил Перец. — Потом… потом мы застрянем здесь надолго.
— Успеем найти?
— Нет. Я не знаю, где она живет, только город знаю.
— Откуда?
— Агентурная сеть. Работаем помаленьку. В каждом нужном городе.
— А как ты определяешь нужные города?
— Просто. Есть у меня один знакомый картограф, он отошел от дел, но иногда оказывает мне услуги. Окидывает внутренним взором ойкумену…
— Настоящий Коровин, что ли?
— Он. И многие-многие другие, преданные идеалам Владиперского Деспотата.
Я расхохотался. И Перец расхохотался. Мы вместе расхохотались. Хотя я прекрасно понимал, что ничего смешного нет. Что Перец ведет себя так, будто знает: сейчас за нами кто-то обязательно наблюдает. Работает на публику, короче. Я подыгрывал.
Перец продолжил дурацким голосом:
— Я знаю, что она здесь, знаю, что горын будет здесь еще два дня — выставка-то разъездная. Совпадение. Нет, не совпадение, конечно, совпадений не бывает…
— Судьба, — хихикнул я. — Ваше
«Ваше» не в смысле «ваше величество», а в смысле обитателей Страны Мечты.
Перец промолчал. Сделал вид, что задумался. А когда он задумывался, всегда производил одно и то же. Перец вытащил из-за спины меч своего кашалота в обнимку с драконом, принялся задумчиво поглаживать лезвие. Хотя полировал совсем недавно, буквально десять минут назад.
— Ты думаешь, все-таки она?
— Конечно, она. — Перец кивнул на веревку. — По-другому просто не может быть. Почувствовала горына — неосознанно, но почувствовала, — заволновалась. Она мимо никогда ведь не пройдет…
Я ждал. Ждал. Что-то должно было случиться. Иначе зачем мы здесь торчим? Вообще, по логике, нам следовало бы уже все вокруг обыскивать, но мы не обыскивали. Ладно, ему виднее.
— Какие-нибудь идеи в голову приходят? — спросил Перец.
— Можно сделать так, — теперь погнал уже я. — Захватываем тутошнее Управление внутренних дел, добываем адрес, едем туда, берем вертолет…
— Не успеем, — покачал головой Перец. — Два часа — максимум.
Это, кажется, правда. Он и раньше говорил, что время ограничено. Потом что-то там смещается, и попасть обратно уже гораздо сложнее.
— Тогда я могу остаться здесь, — предложил я. — Найду ее за день…
— Найдешь, — согласился Перец. — А за сколько тебя найдут твои друзья с базы? За полчаса? За час? Они уже тебя, наверное, засекли…
— Вряд ли так быстро, — усмехнулся я. — Думаю, часов шесть понадобится, так что есть время… А может, бросим, а? Зачем нам этот горын? Успели бы раздобыть обычного оружия. Здесь, кажется, кадетский корпус есть…
Кадетский корпус. Да, Перец говорил. Только зачем нам оружие? У нас обычного оружия хоть трактором закапывай. Вряд ли там что-нибудь интересное есть, наверняка старье разное: карабины да саперные лопатки. Хорошо бы «Громов» добыть, но сомнительно, что в кадетском корпусе они есть…
Я стал представлять: если раздобыть хотя бы пару ящиков «Громов» да навербовать с десяток гномов, можно было бы десант хороший организовать. Ван Холл бы удивился…
Тут все и случилось. Я заметил справа движение, с трудом удержал рефлексы. Перец стоял спокойно. Я рассмеялся. Надо же было что-то сделать. Из-за бочек показалась она.
Лара.
Год прошел. Или больше. Она не очень изменилась. Хотя выглядела, пожалуй, более усталой. Может, даже похудела чуть. На самом деле похожа на Сирень, мне тогда не показалось.
Перец покачал головой.
— Привет, Пашка, — сказала она.
— Ну, привет, — ответил Перец. — Хорошо выглядишь, особенно в лунном свете. Волосы перекрасила? Тебе идет серый. Знаешь, с тех пор, как ты удрала… Зачем ты удрала, кстати?
— Я не удрала. Я вернулась.
Зачем я тут вообще, подумал я? Милые бранятся — только тешатся, а я потом буду враг семьи номер один. Так всегда случается. А я еще тогда заметил, что между ними какие-то струны душевные натянуты, прямо два сапога — жизнь не дорога. Как-то униженно я себя чувствовал, честное слово.