Снег
Шрифт:
Был он похож на индийского брахмана. На что указывала широкая грибоподобная чалма из красной ткани. Темнокожий, с морщинистой кожей, не старый, но с таким спокойствием на лице, обрамленном седой бородой, с мудростью в голубых глазах, что казалось ему лет двести. Облаченный в желтое сари, он удерживал на себе взгляд. А когда заговорил внушительным, вкрадчивым голосом (от чистого сердца), так и вовсе — весь мир пошел побоку. Андрей слышал лишь его голос, мешающийся с журчанием ручья и флейтой:
— Наш мозг устроен так, что многократно повторяемые по определенным
В какой-то момент Андрею стало казаться, что лик пророка лучится, рот больше не открывается, а свои мысли он транслирует прямо ему в голову. Запах сандала, тусклый свет от свечей, флейта делали свое дело.
— …они заставляют организм меняться в соответствии с новым представлением о себе, — продолжал вещать Нирвана, — сегодняшний сеанс содержит позитивные инфермации на каждый день. Для того, чтобы настроить подсознание на позитивное восприятие действительности, вам необходимо мысленно повторять за мной те фразы, которые я буду произносить. Не старайтесь запоминать их все, те фразы, которые попадут в цель, сами закрепятся в вашей памяти. Потом вы сможете доработать их под себя или придумать на их почве свои собственные. Повторяйте эти фермации несколько раз в день, чем чаще — тем лучше. Итак, начинаем.
Потом Андрей не мог определиться, находился ли под гипнозом, либо был очарован, знал одно — попал под влияние мистагога, его голоса, слов, атмосферы. Сошла ли на него при всем этом благодать? Вряд ли. Он просто слушал слова, которые затекали вместе с музыкой в уши и внемлил. Никогда раньше Андрей не понимал их так отчетливо и ясно, он видел слова. И в то же время мог свободно рассуждать.
— У меня есть все, что нужно для жизни, — продолжал транслировать Нирвана, — я живу в гармонии с миром, я люблю мир, и мир любит меня, — после каждой аффермации мистагог делал паузу, за которую Андрей успевал впитать услышанное и даже прокомментировать для себя, — у меня все получается так, как я хочу.
— Ну, это уж вряд ли, — Андрей охватывал большим взглядом ситуацию и свое место в ней.
— Жизнь для меня — это радость.
— Пожалуй, да. Но не будь Макса, Ксюни, Лены так ли она для меня была радостна?
— Я люблю жизнь, — продолжал вливать брахман, — я отвечаю за свою жизнь.
— И не только, — перед внутренним взором сразу всплыл образ сына.
— У меня все хорошо.
— Вот уж херушки.
— У меня много сил.
— Как сказать, бывало и поболее.
— У меня отличное здоровье.
— С этим, дядя, ты точно промахнулся. Ни у кого из присутствующих такого нет, а чем дальше…, - Андрей не успел додумать, Нирвана произнес следующую аффермацию:
— Я люблю свое тело.
— Да.
— Я все могу.
— Могу все, что могу, а могу я не все.
—
Андрей тяжко вздохнул, оставил утверждение без комментариев.
— Вселенная любит меня.
Над этой фразой Андрей задумался дольше — не знал, что ответить. Ему вдруг очень захотелось, чтобы это было так. Мысленно произнес: «Вселенная любит меня» и ему понравилось, уловил в этих словах какую-то магию, недосягаемую истину. Она переплелась с чем-то божественным, соприкоснулась с высшими силами. Созерцание фразы поглотило так сильно, что на некоторое время Андрей перестал слышать Нирвану и очнулся на словах:
— Я знаю, что со мной всегда будет все хорошо.
После предыдущего утверждения Андрею не захотелось спорить.
— Я — это любовь, позитив и оптимизм.
— О да.
— У меня отличное настроение.
— Да.
— Я чувствую свет внутри себя.
Андрей наклонил голову, посмотрел на живот. Свет он не только ощутил, но и увидел.
— Я источаю энергию.
Из пупка во все стороны расползалось радужное пятно.
— Я верю в свое будущее. Я излучаю силу и здоровье. Я наслаждаюсь внутренней свободой. Мои желания всегда исполняются. Вселенная помогает мне, потому что любит меня.
— Кто бы спорил.
— Я верю в себя и в то, что у меня все будет хорошо…
Оставшийся непродолжительный отрезок позитивной энергии звучал в прежнем ключе и не вызвал в Андрее отторжения. Даже, наоборот, он плыл по течению и как будто заряжался энергией смыслов. Не сразу сообразил, что больше не слышит вселенского голоса, что лишь волшебная музыка наполняет комнату и его просветленное сознание.
Она постепенно стихла, рядом послышались шуршание одежд, скрип стульев, глухие голоса.
— Ну, что я говорил? — раздалось прямо над ухом.
Андрей вздрогнул и повернулся. На него смотрел улыбающийся и просветленный, словно тщательно умытый Илья.
— Да-а-а, — выдохнул Андрей.
Вглядываясь сквозь хитрый прищур, Илья взял гостя под руку и куда-то повел. Андрей не сопротивлялся, послушно шел, смотрел по сторонам и все ему здесь нравилось. Очнулся перед дверью.
— Тебе сюда, — проговорил староста, — мальчишки уже спят.
Андрей стоял перед распахнутой дверью и некоторое время в тусклом свете, проливающемся из коридора, смотрел на Максима. «Вселенная любит нас». От накативших чувств его глаза увлажнились. Уснул Андрей безмятежным сном.
Утром вместе с мыслями вернулось беспокойство и не отпускало до тех пор, пока он не попрощался с гостеприимными жителями, с их старостой, а Лешик не сел в сани, и машины не тронулись в путь. Андрей мысленно перекрестился. Он понимал, что парень не пойдет с ними до конца, но желал, чтобы их совместное путешествие продлилось как можно дольше.
Глава 8. Станция
Километров десять они проехали с ветерком. От желания обладать такой техникой у Андрея потекли слюнки. Подумал, не зря на третьем снегоходе крепкий мужик с ружьем и их мешками.