Снег
Шрифт:
Андрей вернулся к «фрину» — тот был близко. Прицелился в маленькую голову, выстрелил. Затем, пригибаясь и прячась за обломками, побежал к вездеходу. До машины оставалось метров десять, как двери центрального входа вдруг распахнулись и из мэрии высыпали экипированные стрелки. Они тут же открыли огонь по «кальмару», по «фринам», которых на склоне уже было трое.
Чтобы не попасть под раздачу, Андрей сделал несколько быстрых шагов, прыгнул и на животе проскользил к осколку многоэтажки. Из комнаты сверху донесся душераздирающий вопль, а через секунду на него упал перепуганный мужик в меховой безрукавке и в синтепоновых штанах. Он визжал, дергался, пальцем тыкал вверх. Через мгновение
— Твою ж …, - Андрей недоговорил, пронзенный клешней мужик простонал на выдохе, забулькал, выгнулся. Андрей держал его над собой на вытянутых руках, а клешня, проткнувшая тело насквозь, щелкала перед его носом. Из раны на лицо ручьем лилась кровь. Она была теплой и маслянистой.
Клешня вдруг исчезла, а через секунду мужчина рывком соскользнул в сторону. «Фрин» быстро пятился, уволакивая добычу.
Отплевываясь, Андрей нацелился в мерзкую гадину, но стрелять не стал, обтер лицо, осмотрелся. Путь был свободен. Сделал короткую перебежку к крайнему квадроциклу. Взглядом нашел восьмиколесный вездеход. Двери машины были распахнуты. Вокруг сновали люди. Охранники в зимних костюмах «камыш», в разгрузках, в шлемах стреляли по мутантам и оберегали «виппера». Андрей узнал персону. Пригнувшись, Бура торопливо забирался на заднее сиденье снегоболотохода.
Из пролома на транспорт рухнул «фрин». Порвал брезентовый тент, свалился с машины, снес двоих стрелков и начал вертеться на месте, сбивая и разя всех, до кого мог дотянуться.
Люди бросились врассыпную. Закричал раненый стрелок. Сбоку подлетел щупалец, схватил его и быстро закатал в рулет. Второй отросток через дыру в тенте проник в салон и заерзал. Андрей быстро перестроил план и уже поглядывал на ближайший снегоход, когда услышал детский крик. Это был особый крик. Андрей не колебался. В нем словно что-то перещелкнуло. Дальше действовал, как запрограммированная машина — ни страха, ни сомнений.
Щупалец скручивался вокруг Максима, с каждым витком все больше скрывая его. Мальчик истошно вопил. Но никто его не слышал и не замечал, кроме отца. Все были заняты собственным спасением. Андрей поднял глаза и увидел в проломе «кальмара». Тот был не крупный, меньше тех с которыми ему пришлось встречаться раньше. Возможно, детеныш.
Андрей бросился на свободный щупалец. Отросток тут же инстинктивно сжался и начал оборачиваться вокруг жертвы. Все закружилось, тело сдавило. В последний момент, прежде чем скрылись руки, Андрей успел выпростать правую над головой. Очередной виток — щупальца крепко прижал бицепс к уху.
Крики доносились глухими и короткими, словно тому, кто их извергал, не хватало воздуха. «Господи, спаси, помоги», — Андрей, закрыл глаза, старался в круговерти сохранить ориентацию и четкость сознания. Держал в уме расположение своего тела, тела кальмара и Максима.
Упругая плоть легла на лицо, обжала. Губами, щекой Андрей чувствовал, как перекатываются и напрягаются под холодной кожей мускулы. Стало трудно дышать. Вращение остановилось, а через секунду, другую ощутил плавное, набирающее скорость движение вперед головой.
Щупалец удерживающий Максима располагался со стороны стоп. И это хорошо. Андрей еще раз прокрутил в голове свои действия. «Господи, сделай так, чтобы оказалась эргэошка», — у него не было времени выбирать. Осторожно разжал пальцы. Отлетел спусковой рычаг, хлопнул капсюль-детонатор. Досчитал до четырех и резким движением кисти швырнул гранату к центру туши. «Пять, шесть».
Жахнуло так,
— Да что за нахер, — зло шипел Андрей, раз за разом поднимаясь и падая.
Наконец, удалось раскорячиться и выпрямиться на ногах. Метель почти стихла. Андрей увидел ворочающихся в снегу людей. Поднял глаза к небу. Туша «кальмара» медленно дрейфовала, изредка вздрагивала, щупальца волочились за ней длинными червяками.
Андрей осмотрелся, взгляд никак не желал фокусироваться, уплывал влево, словно там стоял специальный магнит. Потряс головой, снова взглянул по сторонам — вроде бы северный район Черкесска.
— Макс!!! — крикнул он громко, взглядом запрыгал по копошащимся фигурам.
Сын не отозвался. Доносились стоны, ругань да рвотные позывы.
— Макс!!! — снова крикнул Андрей, пошатываясь, побрел по глубокому снегу.
— Максим!!! Отзовись!!! Это я — твой папа!!! Масян!!!
— Пап, — слева послышался слабый до щемящей, до сладостной боли знакомый голосок.
Андрей так резко развернулся, что в шее хрустнуло. Из снега торчала голова Максима, — я здесь.
— Маська!!! — заорал Андрей, бросился к сыну. Он упал в снег на колени рядом с ним и крепко обнял. — Маська, Масяныч, — скулил отец, прижимая к груди сына. Слезы текли из глаз, — дружок, ты мой. Жив.
Максим обнимал отца и рыдал:
— Пап, пап, — доносилось между всхлипами, — почему ты так долго?
— Я, Маська, думал, ты…, - Андрей взял голову сына в руки и смотрел в заплаканное лицо. Он не сразу услышал грубый голос.
— Я кому говорю? А ну, отошел от пацана. Эй!!! Глухая тетеря!!!
Андрей обернулся. Позади стоял человек в форме спецназа, без шлема, со взъерошенными волосами, в перекрученной разгрузке, его слегка покачивало. Видимо, он тоже недавно выкрутился из неприятной ситуации. В руке держал пистолет, которым целил в Андрея:
— Чего пялишься? Отпустил парня, живо! — выдвигая челюсть, приказывал он. — Ослан! Иди ко мне, — рукой подозвал Максима.
— Я тебя знаю, — проговорил Андрей, заслоняя сына.
Дополнительные материалы
Без описания
Без описания
Без описания
Без описания
Без описания
Без описания
Без описания