Снайпер

Чейз Джеймс Хедли

– Тимотео – наследник Саванто, – продолжал Раймондо. – Он пользуется большим влиянием.

– При чем тут он?

Раймондо пригладил густые черные волосы.

– Тимотео опекает ее. Тебе не о чем беспокоиться.

Мне вспомнился разговор с Люси. С той поры, казалось, прошла целая вечность, но эхо наших голосов отдавалось в ушах:

«– Выходит, он влюбился в тебя.

– Похоже, что да. Ты не возражаешь, Джей?

– Нет, если ты не ответишь ему взаимностью».

Мне стало не по себе.

– Теперь

все зависит только от тебя, – сказал Раймондо. – К вечеру ты можешь стать богачом. Ты… – Он замолчал, увидев идущего к нам Карло, и встал. – Чувствуешь себя неплохо?

– Да.

Карло поднялся на веранду, и они ушли в дом. Я остался сидеть, поглядывая на белый песок, серебрящийся под лучами солнца.

Тимотео не выходил у меня из головы.

«Мы думаем одинаково», – говорила Люси. «После появления Саванто ты стал совсем другим», – сказала она.

Вернулся Раймондо и поставил на стол тарелку с сандвичами.

– О чем задумался, солдат? – спросил он, усаживаясь.

– Когда ты отстанешь от меня со своими глупыми вопросами? – огрызнулся я.

Раймондо не обиделся.

– Лучше поешь. Кто знает, когда нам удастся пообедать. Хочешь пива?

– Почему бы и нет?

Пока он ходил за пивом, я заставил себя забыть о Тимотео.

За едой мы оба молчали. Когда тарелка и банки опустели, я поднялся из-за стола.

– Пойду приготовлю ружье.

– Тебе помочь?

– Не надо.

Я почистил и зарядил ружье, установил на него оптический прицел, навернул на ствол глушитель. Тут в дверях появился Раймондо.

– Все в порядке, солдат?

Я вдруг понял, что нервничает он гораздо больше меня. Я тоже волновался, но он просто не находил себе места.

– Конечно. – С ружьем в руках я прошел к лестнице, поднялся на крышу и положил оружие на бетонный парапет под навесом. Посмотрел на пустынную бухту. Появится ли сегодня Диас? Скорее всего да, но наши ожидания могут не оправдаться. Если его не будет, Саванто вообразит, что я предупредил Диаса об опасности. И тогда он, как и обещал, выместит зло на Люси.

Вслед за мной на крышу поднялся Раймондо.

– Есть проблемы?

Он меня достал своими вопросами.

– Ради бога, оставь меня в покое! – рявкнул я.

– Мне тоже нелегко, солдат. Я несу такую же ответственность, как и ты.

– Ты это понял только сейчас?

Я пересек крышу, взглянул на густую листву дерева над головой, его крепкие ветки. Встал на парапет, ухватился за одну из ветвей, подтянулся, залез на нее. Подъем не составил труда. Ветки росли часто, каждая легко выдерживала мой вес. Поднявшись футов на десять, я сел на ветку, привалившись спиной к стволу. Листва полностью скрыла крышу, зато бухта была как на ладони.

– Ты меня видишь? – крикнул я Раймондо.

Я услышал его шаги. Последовала долгая пауза.

– Ничего не видно, кроме

листьев. Пошевелись.

Я поболтал ногами.

– Я тебя слышу, но не вижу.

Медленно и осторожно я спустился вниз: ни одна ветка не покачнулась, не зашуршал ни один лист. Я репетировал спуск к Тимотео. У свидетеля Саванто не должно было возникнуть и тени подозрения, что Тимотео на крыше не один.

Я спрыгнул на крышу около Раймондо.

– Ты действительно меня не видел?

– Я даже не слышал, как ты спускался.

Я взглянул на часы. Десять минут до прибытия Тимотео. Я подошел к парапету, оглядел бухту. Ко мне присоединился Раймондо.

– Ты сказал, что видел мою жену. Что она делала? – Я не смотрел на него.

Он замялся.

– Делала? – чувствовалось, что ему не хочется отвечать. – Разговаривала с Тимотео. Говорить он мастер. Если его кто-то слушает, он будет заливаться соловьем.

«Мы думаем одинаково».

– Она не выглядела… несчастной?

– Можешь не беспокоиться о ней, солдат. Она в полном порядке.

– Что ты имел в виду, назвав Тимотео наследником Саванто?

– Когда старик умрет, Тимотео станет во главе «Маленьких братьев».

– Он этого хочет?

Раймондо пожал плечами.

– Старик так решил. Из Тимотео получится хороший лидер. Он умен. Образован. Просто ему не повезло, что он попал в такой переплет. Ему надо помочь.

Мы услышали шум автомобильного мотора и перешли на другую сторону крыши.

Черный «Кадиллак» с шофером, похожим на шимпанзе, приближался к дому. Тимотео в черной шляпе и больших солнцезащитных очках сидел на заднем сиденье. Рядом расположился один из мужчин, которых я видел с катера Нэнси. Мускулистый, смуглый, в белых брюках и рубашке.

– Вот и он. – Раймондо двинулся к люку.

– Пришли его сюда, – сказал я. – Я подожду здесь.

Он кивнул и спустился по лестнице.

Я сел на парапет. Вскоре из люка показалась голова Тимотео. Вслед за ним на крышу поднялся мужчина в белом. Я оглядел его. Такие встречались мне в армии, наглые, непокорные, уверенные в себе. Он остался у люка.

Хотя ожог и причинял при прикосновении боль, я застегнул рубашку, когда остался один. Я не хотел показывать Тимотео, что сделал со мной его отец. Пока не хотел.

Увидев меня, Тимотео остановился как вкопанный. Его черные очки смотрели прямо на меня. Кровь бросилась мне в лицо. Будь моя воля, я бы избил мальчишку до полусмерти. Передо мной возникли он и Люси, идущие бок о бок вдоль берега.

– Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе, что должно здесь произойти? – прорычал я.

Он молчал, его лицо блестело от пота.

– Суть идеи состоит в том, – говорил я медленно, четко выговаривая каждое слово, будто разговаривал с идиотом, – что твой кузен будет кататься на водных лыжах. Он…