Снайпер

Суховей Максим

— Можешь не вставать, — запустил Олег пробный шар, испытующе разглядывая оппонента. Внешне этот деятель с «волкодавом» никак не ассоциировался: небольшой, коренастый, рыжий, с круглой курносой физиономией, усыпанной веснушками, и с младенчески невинными голубыми глазами. Волчара еще тот, определил для себя Олег. И Волна от него хреновая, давящая. Ладно, перебедуем…

В голубых глазках «волкодава» определенно мелькнула одобрительная усмешка. Да, подумал Олег, профессионал ты у нас, вражина этакая, определенно профессионал. Уж во всяком случае, не

придется тебе объяснять, почему отец-командир поселился с тобой, предоставив отдельные апартаменты очкарику-Максу.

Он забросил на полку рюкзак, выложил на стол пачку сигарет:

— Куришь?

— Нет. Ты кури, если хочешь, я нормально к этому.

Олег, опустившись на свою койку, закурил:

— Звать как?

— Стас.

— Угу… Я, как ты наверно знаешь, Олег. Ныне и присно для тебя отец, бог и воинский начальник, — смягчив свои слова чуть ироничной улыбкой, Олег протянул ему руку. Вообще-то ему для этого пришлось некоторое насилие над собой учинить, а когда руки соприкоснулись — пережить секундный приступ дурноты (даже сердце с ритма сбилось!), но «волкодав» это явно оценил. Он закрыл комп, уселся на койке напротив Олега, глаза в глаза:

— Предлагаешь сразу ясность в отношения внести?

— Я бы даже сказал — настаиваю… В общем, надо мне знать, что ты за птица и каких фортелей от тебе можно ждать.

— Разумно. Спрашивай.

— Так… Ну, для чего тебя Дон ко мне приставил, я думаю, понятно.

— Конечно, понятно, — простодушно улыбнулся Стас. — Ты будешь смеяться, но задание у меня — тебя беречь, а других вроде как и нету.

— Ты сказал, — жестко улыбнулся Олег. — Только видишь ты, какая фигня, дружище Стас… Не верю я тебе. Так что с этого момента, если я тебя на какой-то левой игре поймаю… Поняли друг друга?

— Нет базара, — пожал плечами Стас. — Тебя-то можно спросить… дружище Олег?

— Ну рискни.

— А ты группу вообще водил когда-нибудь на территории?

Олег посмотрел Стасу в глаза — сейчас холодные, внимательные. А хрена ли? — подумал он. Не буду я ему врать. Мужик — битый профи, и что бы ни было, мне с ним еще работать. А коли так, лучше без лишних недомолвок.

— В двойке старшим ходил. В тройке — страхующим. А вообще солист. А ты?

— Аналогичная хрень, — весело осклабился Стас. — Я смотрю, босс, у нас с тобой командного опыта просто завались. На двоих как раз полсержанта…

— Не парься раньше времени. Стажировался где?

— Джудекка, потом Преисподняя.

— Уже неплохо, — признал Олег. — Я тоже на Джудекке начинал… А по оружию ты как?

— Айкидо, третий дан. Еще с копьем работаю, с палкой… С коротким мечом хуже. А вообще-то бесконтакт, четвертая ступень.

— Да? — оживился Олег. — А четвертую ты у кого проходил?

— Джонни-Мутагена знаешь?

— Ну так!.. — Олег против воли улыбнулся. — «Пахать надо, ласточки мои!»…

— Ну вот видишь? Почти родственники, — удовлетворенно хмыкнул Стас.

Олег вытянулся на койке:

— Ладно… родственничек.

А вообще, что ты думаешь по поводу всей этой?.. — он проделал рукой в воздухе неопределенный жест. Стас откликнулся тихо, но с неожиданной злостью:

— Да паршивые у меня мысли, родственничек. Кто-то позаботился, чтобы вы наследили. Я бы по вашему следу с закрытыми глазами прошел.

Странно, Олега это заявление совершенно не удивило. Наверно, подсознательно чего-то такого и ждал, констатировал он почти лениво.

— Понял… Это значит, нам с тобой недельную программу в три дня надо уложить. Поможешь мне сопляков моих погонять?

— Это я запросто, — простецки-широко улыбнулся Стас.

Опасный ты деятель, подумал Олег. Весь, значит, такой обаяшка-очаровашка… Самая страшная разновидность «волкодава».

— Ладно, я тут на пару часов отрублюсь. Разбуди меня… — Олег всмотрелся в табло у изголовья. — Ровно в 13.30, годится? Постараюсь не храпеть.

«Зато я храпеть буду изо всех сил», — сварливо пообещал внутренний голос.

Глава 2

ЕХИДНЫЕ ПРИЗРАКИ

…Где-то с пятой страницы Олег начал подозревать, что его здорово обманули. К пятнадцатой он в этом практически убедился. Швырнув на стол недочитанный отчет Ляхова, он закурил и, глядя в потолок, тихо, но вдохновенно выматерился, поминая Управление, персонально Руди и Марка, всех долбаных физиков, а в особенности профессорских ассистентов…

Нет, не то чтобы он ожидал от этой писанины каких-то откровений или сногсшибательных разоблачений. Но два десятка страниц, исписанных мелким почерком, заботливо отксеренных, заверенных тремя свидетелями — и совершенно ни о чем! Для начала, Ляхов писать просто не умел: бесконечные повторы, масса ненужных подробностей, фразы, через которые приходится продираться, как сквозь бурелом…

Ладно, пусть. Физик не обязан быть еще и литератором (хотя Олег привычно считал, что талантливый человек талантлив во всем). Но ведь и информативность этого… текста оказалась практически нулевой. Олег, убив два часа, добился только того, что у него голова разболелась, но ничего нового для себя из отчета не вынес — разве что кое-какие сведения о характере и привычках Эриха Крамнера. Тот даже в столь бесталанном изложении выглядел фигурой недюжинной. Живой, подвижный, наделенный резким юмором, понятным до конца только ему самому… Такой стреляться не побежит.

Отчет о пребывании в Крепости сводился к описанию того, что делал сам Ляхов — вплоть до педантичного перечисления съеденных блюд на банкете. О том, с кем там общался профессор — ни слова, но по прибытии он, по словам Ляхова, был «как под напряжением», немедленно выгнал всех из коттеджа — как делал всегда, когда плотно садился за работу. Ляхову он позвонил в день самоубийства, кратко информировал: «Будешь нужен мне завтра»… Через час прибежавший на выстрел сосед обнаружил его в кресле, с пистолетом, зажатым в руке. В камине догорали какие-то бумаги. Всё.