Снайпер
Шрифт:
Олег усмехнулся про себя: артефакт-то, похоже, магический — особенно если учесть, при каких обстоятельствах он в свое время достался…
— Понятливый, — чуть насмешливо одобрил он. — Хозяин на месте?
— Конечно.
— А Филин?
— Ну да, он же старший И-группы теперь…
Дождавшись замыкающего, Джорджа, Олег следом за капралом двинулся к «резиденции» командира базы, плотного пожилого флегматика, коего все до последнего лаборантика включительно за глаза именовали Хозяином.
Уж Хозяин-то на Гринсберга определенно не походил: ни тебе приемной,
И «звучал» он, как и положено «звучать» командующему крупной полевой базой. Человек-оркестр, блин, симфония! Это вам не экземпляр, это вам живая легенда!
Хозяин, как выяснилось, прекрасно помнил Олега по тому делу двухлетней давности — тогда, без ложной скромности, десант «нюхачей» из одного человека, Панина О. Н., неплохо здешней группе помог в посреднической миссии. Но память памятью, а вообще Хозяин с порога принялся брюзжать, что склады у него не бездонные, база не резиновая, а нервы не железные. Олег, прекрасно понимая, что вся эта воркотня — часть сложившегося ритуала, скромно помалкивал, время от времени вставляя, что он-де прекрасно все понимает, но куда денешься — служба…
Получив с показным неодобрением выданное дозволение на недельную адаптацию группы и пообщавшись с квартирмейстером, Олег поскакал на третий ярус, предвкушая встречу с Филином. Малость положительных эмоций будет сейчас ой как кстати…
Лешку Филина Олег знал очень давно, еще по своей жизни на «нормальной», как выражался он про себя, Земле. Длинный тощий пацан из соседнего двора, в круглых очочках, с торчащими вихрами, он и впрямь походил на филина — Олег даже поначалу думал, что это кличка у него такая. Оказалось — нет, фамилия. ПВ-лингвистика сыграла с ним злую шутку: куда бы ни перебрасывался Лешка, фамилия передавалась не по созвучию, а по значению. Так что он (что, в общем, довольно для него характерно), недолго поудивлявшись, просто махнул рукой на это дело.
С Олегом они сдружились уже в Академии, хотя и попали после инициации в разные группы (земляки все же!). Вместе распределились в Управление, вместе продирались, доказывая собственные навыки, вместе были на нескольких головоломных заданиях. И так уж получилось, что Олег был в курсе всех Лешкиных семейных дел. Женившись на однокурснице — красивая девчонка, но имя Олег как-то сразу запамятовал, — Лешка за четыре года брака испортил себе нервы, желудок и характер, и в конце концов блестящий «советник», с видами на головокружительную карьеру в Управлении, просто сбежал в Вундерланд. Вот уж, действительно, нашел место! Впрочем, когда Олег его последний
Лешка оказался в той же «каюте», что и два года назад, и никаких начальственных атрибутов там не приросло (все-таки диктует Хозяин стиль, хотя и негласно, отметил про себя Олег). Восседал великий начальник на застланной койке в облаках табачного дыма, близоруко уткнувшись чуть не в самый экран монитора, по которому ползли какие-то малопонятные надписи — насколько понял Олег, что-то вроде донесений, составленных на жаргоне «полевиков», в котором сам он совершенно не рубил, особенно с поправкой на местные особенности. Но вот на звук открывающейся двери Филин отреагировал вполне начальственно: не отрываясь от монитора, рявкнул:
— Я же сказал, завтра!
Олег, остановившись в дверном проеме, обронил негромко:
— Оборзел, сова ушастая?
Филин прыжком снялся с койки и нацелился заехать Олегу в живот. После короткого спарринга Олег, остановив кулак в сантиметре от подбородка Филина, удовлетворенно констатировал:
— Вот так-то. Реакцию теряешь, гражданин начальник?
— Старый стал, ленивый, — вздохнул Филин. — Ты-то какими судьбами? Говорят, тебя по ящику показывали, весь такой важный, весь такой в Крепости, при пушке и погонах… Сам, правда, не видел.
— И что?
— Что-то… — проворчал Филин. — Коли я тебя при погонах увижу, первым делом спрошу не «как же так?», а «где спер?».
— Ну спасибо, — огорчился Олег. — Будешь смеяться, но я и в самом деле в Крепости был.
— Иди ты!.. — не поверил Филин. — Ну и как оно?
— Мне давеча сказали, что меня там грохнули. Между прочим, и в самом деле могли.
— Иди ты!.. — повторил Филин. — В Крепости?!
— Сейчас допросишься — начну рассказывать…
— Что и требовалось… Пошли-ка на воздухе покурим. Бушлат мой за шкафом возьми.
Олег малость насторожился, но от вопросов решил пока воздержаться. В накинутом на плечи узковатом бушлате он следом за Лешкой сбежал по узкому железному трапу к главному выходу базы, мимо скучающего часового, под затянутое мутно-серое зимнее небо.
Оглядываясь, он поежился — после Крепости на легком морозце порядком-таки прохватывало. И снег не валил, а как-то очень лениво и редко сыпался на бурые скалы, на лепившиеся по склонам разлапистые сосны, на изломанную линию пиков, на ленту караванной дороги внизу, уползающую в туман, к перевалу… Пейзаж, в общем, вполне безрадостный.
База пристроилась на каменистом плато и издали в общем походила на беспорядочное нагромождение камней. Местные, конечно, об ее существовании знали, но внимания особо не обращали — ну живут здесь какие-то колдуны непонятные, но так-то никого не трогают, а к ним не очень-то сунешься, так что пусть их… Впрочем, в запутанных политических отношениях между ближайшими городами-государствами к посредничеству загадочных колдунов прибегали охотно и в целом к суждению оных колдунов относились с уважением. Впрочем, бывают исключения, бывают, подумал Олег, потирая зазудевший под курткой шрам.