Снайпер Шайтан
Шрифт:
Поднял Дашу на руки, положил на раскинутые спальные мешки, медленно распустил свитые в пучок волосы, ни на секунду не отрываясь от ее горячих губ.
А через пару недель Мишаня Горяев пересказал Даше легенду, которую ему рассказали солдаты, дежурившие у блокпоста. Им ее пересказали десантники, проезжавшие мимо и остановившиеся, чтобы залить воды в радиаторы машин. О русской девушке-снайпере, полюбившей чеченского полевого командира и убившей его по заданию командования.
— … увидев, что любимый мертв, она бросилась вниз с той скалы, с которой
Мишаня хитро посмотрел на нее и спросил:
— Догадываешься, кто главные герои этой легенды?
Волынцева улыбнулась:
— Это же надо все так переврать!
Потом она не раз слышала в разных вариациях эту самую легенду. Имена у девушек и командиров были разные, но каждый раз она его убивала. Однажды, на местном рынке, она услышала рассказ старика-чеченца. Вокруг него стояли молодые русские солдаты и Даша с Артемом заинтересовались этим обстоятельством. Подошли ближе и прислушались. Сильный акцент и искажение некоторых русских слов не помешали понять сути. Старик говорил:
— …русская девушка убила своего товарища за убийство чеченского полевого командира, которого любила. Подбежала к Беслану, закрыла ему глаза и долго плакала над ним. Потом она унесла его в горы и похоронила в пещере, взорвав ее, чтобы никто не нашел. Она осталась с русскими, только больше не стреляет. У нас, как у всякого народа, есть и хорошие люди и плохие люди. Беслан не был плохим. Она это поняла. Зачем ненавидеть целый народ?
Этот рассказ был больше похож на правду. Даша и Артем переглянулись. Новиков наклонился к ее уху и тихо сказал:
— Жди новой легенды.
В августе до их подразделения донеслись слухи, что могут перебросить в Грозный. Ни для кого уже не было секретом, что Даша и Артем любят друг друга. Однажды вечером Новиков вышел к костру в центре площадки, где собрались почти все разведчики и объявил:
— В Грозном мы с Дашей собираемся официально пожениться и приглашаем всех на свадьбу. Столица Чечни должна быть свидетелем любви двух морских пехотинцев.
Дружное «Ура!» было ответом на его предложение.
В сентябре к ним прикомандировали взвод молодых солдат с командиром-сержантом. Уходить с территории лагеря им категорически запрещалось после того, как несколько военнослужащих-срочников пропало на рынке рядом находившегося аула Дышне-Ведено. Тела не были обнаружены. Более опытные разведчики ходили на рынок по их поручениям. Покупали фрукты, которых на местном рынке было много, курево и разные мелочи. На базар ходили по двое, по трое, стараясь не выпускать друг друга из виду.
Даша вернулась с задания поздно вечером. Ее удивило, что возле их с Артемом палатки столпился весь отряд. Мужчины о чем-то вполголоса переговаривались. Сердце екнуло: «Артема ранили!». Она бегом бросилась к ним, растолкала и вбежала внутрь шатра. Новикова за ширмой не было. Волынцева выронила винтовку, выбежала из палатки и кинулась к шатру медиков: Артема не было и там. Она вернулась к командирской палатке: мужчины молчали и опускали головы под ее вопрошающим взглядом. Даша спросила прерывающимся шепотом:
— Артем
Никто не произнес не слова. Она крикнула, заламывая руки кверху:
— Да что же вы молчите-то все?!? Скажите, что с ним?
Стаценко подошел и тихо сказал:
— Артема похитили чеченцы. Сегодня на рынке…
— Кто с ним был?
— Тихоня.
Даша разыскала взглядом контрактника, одним прыжком очутилась рядом и вцепилась ему в куртку. Тряхнула так, что голова мужика едва не слетела с плеч. Зарычала в лицо:
— Ты решил отплатить мне и помог им? Говори! Мстил бы мне, при чем тут Артем! Куда ты его дел? Говори! Иначе я убью тебя!
Тихоня опешил от такого обвинения. Она яростно трясла его, а он оглядывался на мужиков рядом:
— Это не я! Мужики, поверьте, это не я! Я не при чем!
Стаценко попытался оторвать руки девушки от разведчика и не смог. Она вцепилась мертвой хваткой. Тогда он тихо сказал ей в самое ухо:
— Даша, Тихоня прибежал в расположение сам не свой, а актер он никудышный.
Волынцева разжала пальцы. Вся ее фигура поникла, плечи опустились. Сердце гулко ударило в груди и затихло. Она почувствовала смертельную усталость во всем теле. Медленно вошла в палатку, подняла брошенную винтовку и вышла наружу. Майор закрыл ей дорогу:
— Сержант Волынцева, я запрещаю вам покидать пределы лагеря! Немедленно вернитесь в палатку.
Она подняла на него лицо и Стаценко поразился произошедшей в нем перемене. Сухо горевшие глаза смотрели мрачно и жестко. Твердо сжатые губы чуть приоткрылись:
— А мне плевать, что ты говоришь. Я иду искать Артема. Будь я днем здесь, я бы весь этот проклятый аул перевернула, каждый подвал обыскала, а его нашла. Даже если бы мне пришлось перебить здесь всех!
Она оттолкнула майора в сторону и спокойно двинулась к дороге. Стаценко махнул рукой и на Дашу с четырех сторон одновременно, набросились разведчики. Юрий точно рассчитал ее реакцию и они заранее приготовились удержать ее в лагере любым путем. Крепко схватили за руки и за ноги, лишая возможности сопротивляться. Мгновенно опутали веревками все ее тело. Внесли в палатку и уложили на спальник. Она молчала, только яростно сверкала глазами. Майор присел рядом и тихо сказал:
— Это для твоей же пользы. Прости. Ты сейчас сама не знаешь, что делаешь. Отдохни эту ночь здесь, а завтра организуем поиск в горах. Я обещаю.
Ласково погладил по непокрытой голове, фуражка слетела на улице, когда ее связывали, и ушел. Она слышала, как Юрий внес в палатку свой спальник и начал готовиться ко сну. Вскоре Даша уловила его ровное дыхание. Осторожно пошевелилась. Одна из веревок скользнула по предплечью вверх, но погон помешал и дальше она не сдвинулась Волынцева выгнула шею и попыталась дотянуться до нее губами. После нескольких неудачных попыток ей это удалось. Медленно перебирая губами, Даша подтягивала веревку, затем вцепилась в нее зубами и энергично подвигала плечами вверх-вниз. Сразу два витка веревки слетели ей на шею. Она выгнулась на спальнике в дугу, опираясь затылком и пятками в пол. Веревки ощутимо ослабли. Волынцева принялась медленно освобождать правую руку, постоянно тряся плечами. Ей это удалось.