Сначала свадьба
Шрифт:
— Ах, если бы я только знала, на что иду, прежде чем сказала «да»!
— Ба, звучит интригующе! — Чак наклонился к ней, в глазах его вдруг зажегся неприязненный огонек. — Так, стало быть, он вас разочаровал? — Франкони со смехом повернулся к Бену: — Ну, ты меня удивил, старина! Неужто ты решился нарушить условия сделки?
Лорел почувствовала, как вдруг оцепенел Бен — в каждом слове Чака чувствовался неприкрытый намек на секс. Лорел поняла, что начинает злиться. В игру, затеянную Франкони, можно играть и вдвоем,
— Наоборот — выполнил, да еще с лихвой! — сладко протянула Лорел с самой чувственной улыбкой, на которую только была способна, и, перехватив на лету ошарашенный взгляд Бена, с видом собственницы сочно поцеловала его в губы, от всей души надеясь, что он догадается подыграть.
Но Бен словно превратился в соляной столб. Лорел усмехнулась про себя. Она могла поклясться, что эти двое напротив просто сгорают от любопытства. Значит, пришло время нанести решающий удар.
— Все дело в том, — низким, чувственным голосом проворковала она, — что теперь я просто без ума от Бена! Ради него я готова на все!
Лорел ловила на голый крючок, но оба как миленькие схватили его с налету. Чак — тот даже рот разинул от удивления: ведь она только что вслух призналась, что их брак стал реальностью! Бен, наконец очнувшись, обвил рукой плечи Лорел и нежно привлек ее к себе, бросив на приятелей торжествующий взгляд.
— Извини, Бен, похоже, нам пора, — дружелюбно кивнул Рэнди. — Как-нибудь на досуге поделись своим секретом, идет? Как ты этого добился? Наверное, шелковые простыни, завтрак в постель, а? — Он рассмеялся и покачал головой. — Ладно, что бы это ни было, клянусь, обязательно попробую твой способ на Кэти.
— Вряд ли у тебя получится, — пожал плечами Бен, сияющими глазами глядя на Лорел. — Весь секрет — в ней! Лорел — это что-то особенное!
Она невольно зарделась от удовольствия, начиная понимать, какое удовольствие может доставлять разыгрывание на публике на пару с Беном таких маленьких сценок. Разочарованное выражение на лице Чака доставило ей немалое удовольствие. К счастью, в этот момент им принесли пиццу, одновременно с которой словно из-под земли появился Тоби, и вскоре они остались втроем.
Не зная, что думает о ней Бен, Лорел отважно подняла на него взгляд. Разгорающийся в его глазах огонь вполне мог быть предназначен для публики, если бы Тоби обращал на них хоть какое-то внимание. Быстро поцеловав ее ладонь, Бен выпустил ее руку, и Лорел, окончательно смутившись, поспешно спрятала ее под стол.
— А у меня для тебя хорошие новости, братишка, — потянувшись за очередным куском, сказал Бен. — Похоже, пруд все-таки будет наш. Благодаря Лорел.
— Ты шутишь? — сдавленно ахнул тот, во все глаза глядя на брата.
— Вовсе нет. Лорел несколько дней ломала голову, как это сделать, и придумала. Теперь
— Это невероятно! — Со сверкающими от счастья глазами Тоби повернулся к ней.
Лорел изо всех сил старалась не выдать своего изумления неожиданно отведенной ей Беном ролью. Сейчас был его черед пожинать лавры — в глазах брата он стал настоящим героем, а то, что он решил разделить их с ней, вероятно, всего лишь благодарность за ее маленькое представление.
— Невероятно! — благоговейно повторил Тоби — точь-в-точь малыш наутро в Рождество.
— Я так и думал, что ты обрадуешься, — невозмутимо кивнул Бен.
— Спасибо, Бен! Спасибо, Лорел!
Счастливая оттого, что смогла доставить мальчику радость, Лорел заулыбалась:
— Рада за тебя, Тоби. Но в общем, вся заслуга тут твоего брата, который...
Губы Бена, накрыв ее рот, заставили Лорел замолчать.
— Черт, вы опять за свое?! — сейчас же возмутился Тоби. — Перестаньте, а то пицца остынет!
— Ладно, будь по-твоему. Но только на этот раз, — потянувшись за очередным куском, ухмыльнулся Бен.
Едва они вошли в дом, Бен схватил Лорел в объятия и осыпал ее градом поцелуев.
— Это тебе за то, как ты разделалась с Чаком, — с улыбкой сказал он, выпустив ее наконец. — Век не забуду, какое у него было выражение лица!
Лорел стоило немалого труда не потянуться за Беном, когда тот отступил в сторону. Все ее тело изнывало от желания прижаться к нему, как в тот день, когда они танцевали, почувствовать, как вздымается его грудь — словно море в грозу, а бедра волнующе трутся о бедра.
— Не могла же я терпеть его грязные намеки, — с трудом выговорила она. — Ну и негодяй!
— Интересно, много ли правды было в твоих словах?
— Ч-что?!
— Да так, ничего. Прости, Лорел. Знаю, что не должен был спрашивать, но иногда, понимаешь, это происходит само собой.
— О чем ты? — встрепенулась Лорел. Неужели она опять забылась и теперь Бен неловко старается дать ей понять, что устал от ее домогательств?
— О том, что, кажется, начинаю влюбляться. Глупо, правда?
Рот у Лорел приоткрылся. Она отчаянно боялась поверить в искренность его слов. Этого не может быть! Ведь если все это окажется ложью, ее жизнь будет сломана навсегда. Нет, она не может так рисковать. Или может?
— Не пугайся, — попросил Бен все тем же странным голосом, от которого у нее сжималось горло. — Больше я не стану надоедать тебе, — он вдруг фыркнул, — если, конечно, ты сама не захочешь. — И с кривой усмешкой добавил: — А это маловероятно. Во всяком случае, я знаю, как тебе неприятны мои прикосновения, и постараюсь держать руки в карманах. — Он повернулся на каблуках и, вихрем взлетев по ступенькам, исчез за углом.