Смысл декабря
Шрифт:
Глава 5
Это, наверное, третий раз за ночь. Правда за окном наступало утро и лёгкий проблеск на горизонте обещал скорую свободу, если отец Лизы соизволит наконец проснуться. Пару раз заглядывала в спальню, но поза мужчины лишь слегка сменилась. Влад спал, как убитый, и невольно даже пугалась и приглядывалась – дышит ли. В последний раз ложиться уже не стала, а смиренно ждала пробуждения спящей красавицы. В конец часы, пробившие девять утра, уничтожили всё моё терпение. Лиза умытая, переодетая и накормленная вновь сладко сопела в своей кроватке,
Войдя в комнату, обнаружила Влада в такой пресладкой позе, что едва сдержалась от смачного пинка по его вполне прелестной заднице. Словно ныряя в глубину, шагнула к вдовцу и пару раз толкнула в плечо на жёсткой амплитуде.
– Влад! Подъём! Хватит уже дрыхнуть!
Мужчина хрюкнул и сладко перевернулся на другой бок. Ах так! Залезла на вдовца сверху, начав трясти, как мешок с картошкой!
– Солнце встало! Проснись, красавец!
Влад приоткрыл один глаз и улыбнулся.
– Юльча, неправильно мужа будишь…
Не успела пикнуть, как сгрёб меня в охапку и подмял под себя, сладко засопев в ухо. А вот это засада! Вляпалась! Заелозила под тяжестью мужского тела, но кажется сделала лишь хуже. Влад вожделенно навис сверху, сцапав меня за задницу, а в живот уперся его немалый утренний подъём. Да уж, этот приятель куда проворнее хозяина.
– Влад, – смогла упереться в крепкую грудь ладонями, пытаясь снять с себя этого борова. – Ты меня раздавишь!
Сейчас бы ведро с водой и порцией льда, а то его точно перегрело. А если не приму меры, то и меня коснётся та же участь. Огляделась, заметив на прикроватной тумбочке будильник. Дотянулась до аппарата и настроила на самое ближайшее время – через минуту.
Растеклась под мужчиной, смиренно ожидая сигнала. Влад утонул лицом между моих грудей и сладко причмокнул. Бозлающая тварь оказалась до жути громкой. Сама сжалась, испугавшись, что в соседней комнате проснётся Лиза. Ну же, проснись, пьянь!
– Давай ещё немного, Юль, – пробубнил Влад, наконец приподнимаясь на локтях и рефлекторно тянясь к будильнику.
– Ты всё проспал! – ответила взамен и мужчина наконец посмотрел под себя. С минуту вникал, и его голубизна глаз становилась яснее и яснее. – Доброе утро, папаша!
Синий океан в глазах мгновенно перевоплотился в чёрную пучину, и я пожалела, что так по-дурацки попала в его постель. Влад вскочил с моего тела и едва не рухнул с постели на пол!
– Убирайся! – рявкнул он, начав трястись то ли от злости, то ли от похмелья. – Пошла на хрен из нашей спальни!
Я бы возразила при иных обстоятельствах, но в глубине его глаз воскрес настоящий дьявол. И я не на шутку испугалась. Выбежала в коридор, проклиная себя и этот дом, спешно оделась и выскочила из квартиры.
Да, он и так не подарок, но столь жгучей ярости я ещё не испытывала ни от кого. Он страшен, а я не смогу это принять и тем более терпеть. Нет уж! С альтруизмом пора заканчивать. В душе всё же надеялась, что одумается и извинится чуть позже, но реакции не последовало ни на следующий день, ни на другие. Отлично, я в его глазах шлюха, а он в моих свинья. Пожалуй, придётся сойтись на этом и жить дальше.
Утро четверга оказалось незвано тёплым. Конец ноября решил подарить нам остатки осени, прежде чем природа окончательно
– Доброе утро, – улыбнулась медсестре Кате, входя в прохладу своего кабинета. В коридоре уже ожидали своей очереди маленькие пациенты, и я с удовольствием готовилась их принять, так как в день здорового ребенка можно не опасаться схватить какой-нибудь вирус.
– Сашуль, ты сможешь меня на часик отпустить сегодня? – жалобно сморщилась Катя. – Сенька ботинки порвал, надо срочно за новыми бежать.
– Конечно, иди, – добродушно кивнула я, понимая, что с тремя детьми найти свободную минутку вообще нереально. – Амбулаторные карты забрала из регистратуры?
– Да, и список пациентов уже у тебя, – с готовностью отчиталась медсестра.
Нашла на столе лист бумаги и пробежала глазами по списку. Сердце пугливо ухнуло, прочитав «Елизавета Лукиных». Приём на девять тридцать.
– Если отпущу после десяти, тебя устроит? – оставаться с Лукиным-старшим наедине не было абсолютно никакого желания.
– Как раз! Магазины все с десяти, – улыбнулась Катя, организовывая на столе рабочий порядок.
Приём пациентов начался, и я невольно напрягалась с каждым завершённым осмотром. Катя периодически выходила в коридор, проверяя явку по списку. Время стремительно близилось к половине десятого, и мой желудок невольно сжимался.
Прекрати, Санёк! Ты на своей территории и ты тут главная. Это ему нужен осмотр крохи, а если не явится, я буду обязана сообщить в высшие инстанции. Хотя портить жизнь маленькой Лизы не хотелось бы. Всё, хорошо! Они придут, а я сделаю своё дело, и пусть живут себе. Прими за жизненный урок и не совершай подобных глупостей.
– Лукиных Елизаветы пока нет, – доложила медсестра, вернувшись с очередного рейда.
Кивнула, стараясь не показывать виду, что эта информация у меня на повестке дня. Стрелка минула половину десятого, но долгожданный пациент так и не появился. На приём начали заходить следующие по списку, а сердце вдруг сжалось от мысли, какая причина пропуска. Время перевалило за десять, и я уже старалась не думать о Владе – он не придёт и возможно даже из-за меня. Этот мужчина явно при деньгах, а значит может вообще выбрать для своего чада отдельную больницу и врача. Только вот обязан поставить в известность нас. Расслабилась, разъяснив своей вечно обеспокоенной душонке, что не всё в жизни происходит так, как думается мне.
– Катюш, я побежала? – напомнила о себе помощница.
Мимолётно глянула на часы – без двадцати одиннадцать.
– Да-да, беги, – расщедрилась я, не ожидая подвоха судьбы.
Катерина ушла, а через десять минут вместе с очередным пациентом вломился Влад Лукиных с чадом на руках.
– Извините, Александра Юрьевна, мы опоздали, – и синева глаз прожгла до кишок.
– Мужчина, сейчас наш черёд, – возмутилась мамашка с грудничком.
– Да, я вижу… – отмахнулся Влад, продолжая буравить меня взглядом. Недовольный вид, раскрасневшиеся щёки и снова эти бездонные глаза.