Смятение сердца

Джеймсон Бронуин

Весь путь до палаты, где лежала Шанталь, Эмили занимала свой ум и нервы тем, что удерживала Джошуа, который стремился перейти на бег, и отвечала на его оживленные реплики — до того, как увидела отражение в стеклянной входной двери: Митч — высокий, широкоплечий, красивый, она сама — не такое уж страшилище в своем почти новом белом свитере и малиновой юбке, Джошуа — счастливый и уверенный в себе, сжимающий в руках бумажный сверток.

А ведь это семья, подумала она с внезапным изумлением. Они в самом деле выглядят как типичная семья.

— Сюда, Эмми, — Джошуа втащил

ее за руку в довольно просторную комнату, которая все же нуждалась в срочном расширении, поскольку решительно отказывалась вмещать в себя новые цветы, розовые воздушные шарики и мягкие игрушки. К счастью, хотя бы посетителей в данный момент было немного — только Квейд и Джулия с маленьким розовым пакетиком.

— А у меня есть еще подарок, кроме подарка Эмми! — Джошуа свалил свою ношу на кровать. — Это мишка для Чарли.

— Для Шарлотты, — поправили его по крайней мере сразу два голоса.

— Я же тебе говорила, — обратилась к сестре весьма довольная Джулия.

Как всегда, когда Гудвины собирались вместе, комната наполнилась смехом, шутками, взаимными поддразниваниями, и так легко было забыться и почувствовать себя одной из них. Эмили дала выход внутреннему волнению в широкой улыбке и по очереди обняла каждого из счастливых родителей. Когда Джошуа попросил дать ему подержать новорожденную, она инстинктивно присела на корточки, чтобы подстраховать мальчика.

— Держать надо вот так, — мягко наставляла она, придерживая маленькую головку в чепчике. Малышка была такой крошечной, розовой, восхитительной, чудесно пахнущей. — Ну разве не красавица?

— Неплохая девочка, — тяжело вздохнул Джошуа. — Но можно все-таки, чтобы в следующий раз родился мальчик?

Джулия погладила его по голове и пообещала:

— Мы постараемся, солнышко.

Шанталь передернула плечами.

— Не говорите только о следующем разе в моем присутствии. Но Квейд взял ее за руку, и они обменялись взглядами, полными любви, отчего Эмили вся размякла и решила, что, если Богу будет угодно, у Квейда в семействе еще непременно родятся дети.

— Мне пора бежать, — заторопилась Джулия. — А то родители безнадежно избалуют мне мою принцессу. Вы бы только видели, каких подарков они накупили нам в Лондоне.

Эти слова, разумеется, не могли не привлечь внимания Джошуа.

— А для меня там что-нибудь есть?

— А ты как думаешь?

От его улыбки по палате словно забегали солнечные зайчики.

— Бабуля и дедуля всегда привозят мне подарки.

Джулия обернулась к брату:

— Можно я возьму его с собой, повидаться с ними?

Началась дискуссия на тему: «Кто куда с кем едет и когда вернется», затем последовали новые объятия и поцелуи, и как-то незаметно малышка оказалась на руках у Эмили. Когда она ощутила почти невесомую тяжесть на своих руках и взглянула на личико сладко спящей новорожденной, с ротиком в форме лука купидона и сосредоточенно, словно в глубоком раздумье, сдвинутыми бровками, все внешнее для нее перестало существовать. Желание иметь ребенка сомкнулось вокруг плотным кольцом, обхватило щупальцами, словно живое дышащее существо, сжало так, что грозило выдавить все

остальное прочь из ее души.

И ты тоже можешь иметь свое собственное чудо — изумительное творение Божье.

Она вскинула глаза — и увидела, что Митч пристально наблюдает за ней. Неужели он прочитал ее заветное желание у нее на лице?..

— Мне так жалко, что я не встретилась с твоими родителями.

— Ничего подобного. — Уголком глаза Митч заметил, как она повернулась к нему. — Ты же страшно нервничала оттого, что тебе предстоит с ними встречаться.

Эмили не ответила — в этом не было надобности. Разумеется, ее выдали руки, которые не переставая разглаживали юбку на коленях, разгибали и загибали край подола.

— Мы сейчас едем туда? Забрать Джошуа?

— Ну нет, — усмехнулся он уголком губ. — Он еще и половины всех подарков не распаковал.

— А…

Митч включил сигнал поворота и свернул на дорогу, ведущую в сторону дома.

— Тебе понравилось одеяльце, которое они прислали для Шарлотты? Такое мягкое, розовое… — Эмили робко засмеялась. — Но, наверное, ты даже не обратил внимания.

— Я обратил.

А еще он обратил внимание на то, как умело ее руки держали ребенка, завернутого в это мягкое розовое одеяльце. Заметил, как замерла она, очарованная, а потом с упоением устроилась в кресле с Шарлоттой на руках. С каким восторгом прижимала девочку к груди.

И в эти минуты Митч наконец понял, что именно потребуется, чтобы Эмили решилась выйти за него замуж.

Она выйдет за него замуж ради этого.

Глубоко внутри шевельнулась тревога, но он быстро усмирил ее. Ну и что же, если Эмили заинтересована не столько в браке с ним, сколько в том, что этот брак может ей дать? Да и сам он — разве предлагает ей самого себя? В общем, ему и нечего особенно ей предложить — не так много осталось. Но он хотел жениться на ней ради их общей пользы. Джошуа нуждается в матери, Эмили — в семье, сам он — в спокойной совести.

Этот брак мог оказаться сделкой, в которой каждый из них получал желаемое.

— Ты еще не приняла решение? — спросил он, включая фары дальнего света, потому что, оставив город позади, они ехали по сельской местности.

— Я… нет. — Она часто задышала. — Пожалуйста, не нажимай на меня.

В темноте он не мог разглядеть ее глаза, но они представились ему темными, смущенными, умоляющими.

— Все в порядке, — произнес он.

— Ты не станешь торопить меня с ответом? — подозрительно спросила она.

— Сейчас нет. — Минут двадцать он вполне способен подождать. А потом они приедут домой, и там уже ничто не помешает ему нажимать на нее столько, сколько потребуется, чтобы получить положительный ответ.

— А за дальнейшее мне, видимо, стоит опасаться? — спросила она с нервным смешком.

— И весьма. — Он улыбнулся сгустившейся темноте, как другу.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

На пути от гаража к дому Митч взял Эмили за руку, и она не стала противиться. Так приятно было ощущать его жесткую ладонь, сильную и теплую.