Смятение сердца
Шрифт:
Все ее существо сгорало от нетерпения. Она пробороздила коротко подстриженными ноготками по его спине:
— Это хорошо, но я хочу двигаться. Я хочу, чтобы ты двигался.
— Это, — выговорил он сквозь зубы, — вовсе не хорошо, милая…
У Эмили дрогнуло сердце — одновременно обрадовалось ласке и ужаснулось, что он не получает удовольствия.
— По-твоему — нет?
— Это не хорошо, это восхитительно. — Он провел языком по ее нижней губке. — Но я не хочу спешить. Я боюсь причинить тебе боль, Эм.
— Не спеша —
Лежа в его постели, Эмили воображала, что сейчас должны последовать довольные вздохи, нежные улыбки и приятно удивленные взгляды.
Но прошло минут пять, и чары рассеялись.
— Зачем? — вот все, что она услышала.
Получила? Эмили спустила ноги с кровати и потянулась за скомканным пеньюаром. Быстрее спрятаться под ним, чтобы остановить холод, разливавшийся по спине, и дрожь в руках.
Кутаясь в мягкую ткань, Эмили услышала сзади легкий шум — видимо, Митч тоже потянулся к одежде. И что толку испытывать разочарование — разве она имела основания рассчитывать на что-то большее?
— Я не очень понимаю, на какое «зачем» ты ждешь, чтобы я ответила? — медленно произнесла она, аккуратно завязывая концы пояса бантиком.
Митч замер, и в комнате воцарилась абсолютная тишина. Потом он вздохнул.
— Я и сам не знаю.
Она удивленно обернулась и поймала его взгляд. Неуверенный. Растерянный. Некоторое время Эмили смотрела на него, затаив дыхание. Ее взгляд призывал его к откровенности, того же требовало и сердце. Он был так потрясен, овладев ею, что… Не выдержав, она потупилась, обхватила себя руками за плечи.
— Ты все это время полагал, что… уже спал со мной?
Да! Она прочла ответ в его глазах.
— Несмотря на то, что я говорила? — И столько раз! — Ничего не было, Митч.
— Кстати, для протокола, — медленно выговорил он, — я не могу считать «ничем» то, что я раздел тебя и затащил в свою постель.
— И еще для протокола… — Она посмотрела ему в глаза так же откровенно и твердо. — Тебе не пришлось меня никуда затаскивать.
— И ты лежала в моей постели нагая? И ничего не произошло? — Он покачал головой. — Я не могу в это поверить.
— Той ночью ты не нуждался в утешении такого рода. — Воспоминание о его горе ожило в Эмили, а вместе с ним явился и призрак его жены — красивой, изысканной, вероломной… Он, конечно же, жаждал утешения той ночью, но ему была нужна его ненаглядная Анабелла. — Это я тогда ошиблась, — добавила Эмили тихо.
— А сегодня? Ты тоже ошиблась?
Как ей хотелось сказать «нет», объяснить
— Я не знаю, — глухо выговорила она наконец.
— Прости, Эм.
Из всех вещей, которые ей не хотелось сейчас слышать, на первом месте стояли извинения.
— Потому, что я была девственницей?
— Черт возьми, Эм. — Он сильно растер рукой лицо. — Я не имел права спать с тобой.
— Потому, что ты мой работодатель? Потому, что до сих пор видишь во мне ребенка, который находится на твоем попечении и нуждается в покровительстве?
— Ты в самом деле на моем попечении…
— Я взрослый человек, и сегодня у меня выходной, так что перестань обвинять себя. Я сама хотела, чтобы это произошло, и хочу, чтобы все повторилось снова. И если тебя пугает то, что ты мой босс, то, наверное, тебе лучше перестать быть им, хотя это огорчит и меня и Джошуа.
На некоторое время ее страстный монолог словно повис в воздухе. Да, она вложила в свои слова немало эмоций, не имея ни малейшего представления, откуда это все взялось.
— Ты все сказала? — спросил он с ледяным спокойствием.
Пожалуй, следует добавить еще кое-что.
— Если у тебя есть еще какие-то причины для сожалений, я не хотела бы их знать.
Когда ее глаза все-таки начали снова наполняться предательскими слезами, она поняла, что пора бежать. И быстро направилась к двери, но он остановил ее.
— Куда ты идешь?
Куда угодно, только бы не оставаться здесь. Но Эмили сказала первое, что пришло ей в голову:
— Пора забирать Джошуа с занятий.
— Но сегодня у тебя выходной, — произнес Митч после короткой паузы.
Очень остроумно! Эмили воздела руки вверх.
— Прекрасно, тогда ты сходи за ним. А я пойду укладывать вещи.
Я хочу, чтобы все повторилось снова.
И теперь, шесть часов спустя, воспоминание о ее словах не давало ему покоя. Сжимая руками руль автомобиля, Митч не отрывал глаз от дороги. Зачем рисковать, бросая взгляд в сторону? Он и так знал, что она сидит, напряженно и неподвижно, на пассажирском сиденье, и не из-за того, что боится быстрой езды.
Черт возьми, ему требовалось время, чтобы подумать, разобраться, что было правильным из случившегося в номере горной гостиницы, а что — ошибкой. Ему требовалось время, чтобы найти решение, которое поможет вновь обрести душевное равновесие.
Главное — не дать ей снова уйти.
В его голове уже начало выкристаллизовываться решение. И в самолете на пути в Сидней, и по дороге в Пленти оно не покидало его. Прекрасное, вполне осуществимое практичное решение вопроса, которое не имеет отношения к Эмили в его постели.