Смутьян
Шрифт:
– Алин, ты уже уезжаешь?
– подошёл ко мне Сеня.
– Чё с тобой? Вся белая.
– Ничего, Сень, - мягко улыбнулась я.
– Всё нормально. Устала просто. Посплю и всё будет хорошо.
– Ты напиши смс, как доедешь. Лады? Пока нет Витальки, мы за тебя в ответе.
– Хорошо, напишу.
Приложение телефона оповестило о том, что такси приехало, и мне пора выходить. Некоторые друзья вышли в коридор проводить меня. Накинула куртку, обула сапоги и вышла в ночь.
На пороге дома курил Вадим. Один. Немного замешкалась, идя мимо него. Ни слова не сказала на прощание.
Села
27.
Ночь почти не спала, больше ворочалась с боку на бок.
Как объяснить самой себе то, что произошло? Ещё немного, и мы бы… Нет, я не хочу об этом думать! Я ведь не такая. Я всегда осуждала тех, кто, что называется «на два фронта». А теперь сама делаю так же. Жду с армии одного, целуюсь и позволяю ласкать себя другому.
Я совсем запуталась. Я что - всё-таки влюбилась в Вадима?
Кажется, да. Я постоянно думаю о нём, просто с ума схожу. А он - по мне. Но мы не можем быть вместе, как он не понимает? Как ещё ему это объяснить? И мне всё тяжелее с каждым разом, с каждым новым поцелуем и лаской, говорить снова «нет».
Осталась лишь одна надежда на время. Оно все расставит со своим местам. Я не буду видеть его, и всё забудется. Схожу с ума, когда вижу его глаза так близко, а потом ещё долго болею по инерции. Но сейчас я не увижу его очень долго, и смогу забыть. Ничто не вечно под луной. И эта идиотская любовь, пришедшая из ниоткуда, тоже уйдет. Я не хочу, не хочу его любить. Это исключено.
Вадим уехал. Больше его, как приведение, никто не встречал в городе.
Виталик позвонил спустя две недели. Это было воскресное утро. Я пила кофе на кухне, листая ленту социальной сети, как телефон завибрировал, оповещая о входящем вызове. Увидела на экране мобильного незнакомый номер и сердце подпрыгнуло - это он.
– Аллё, - приняла звонок с колотящимся в груди сердцем.
Я ждала его звонка все это время и боялась одновременно. Не хотелось ссориться из-за ситуации с Вадимом на площади военкомата, но он обязательно поднимет эту тему, я знаю. Ревность сводит его с ума, и не без оснований…
– Привет, Лисёнок, - услышала я в трубке знакомый голос и тут же накатили слёзы.
Как же я соскучилась. Уже. А ведь это только начало.
– Привет, родной. Как я рада тебя слышать! Вам разрешили звонить?
– Ага. Тем, кто себя хорошо ведёт, дают три минуты по стационарному на звонки родным. Маме передай привет, потому что слишком мало времени. У меня всё хорошо. Через две недели присяга, вы с мамой едете в часть к нам.
– Здорово, - улыбнулась я.
– Я скоро тебя увижу.
– Да, малыш. Я очень жду. И скучаю.
– Я тоже, милый, - закусила губу, чтобы не плакать и не расстраивать парня.
– Письмо тебе написал, скоро дойдёт уже. Там все подробности. Всё, Лисён, время вышло. Люблю тебя. Пока.
Диалог оборвался. С ненавистью смотрела на трубку мобильного, будто она виновата в том, что так мало времени дают ребятам.
Просидела
Неожиданно мобильный вновь завибрировал. Номер так же неизвестный, но уже явно мобильный. Подумала, что Виталик смог взять у кого-то телефон и позвонить, чтобы мы поговорили ещё немного.
– Да, любимый, - немедленно откликнулась я.
– Ого, какая горячая встреча, - послышался мужской голос в трубке с насмешкой.
– Так приятно, Алин. Привет.
Чёрт. Это Вадим. Какого фига он мне звонит?
– Привет, - сухо ответила.
– Извини, это было не тебе. До этого говорила с Виталиком, но связь оборвалась.
– Жаль, - вздохнул парень.
– Я был бы не против, чтобы ты звала меня только так.
Бесит. Придурок. Взяла и повесила трубку.
Звонил ещё раз пять, но я так и не ответила. Пришло смс с этого же номера. Стало любопытно, да и злость утихла, и я его открыла.
«Прости, неудачная шутка. Маме не дозвонился, хотел узнать хоть у тебя, как у вас дела».
Стало даже немного неудобно. Действительно, парень звонит издалека, а я психую. Сам виноват, впрочем. Всё же ответила:
«Меньше надо так шутить. Всё нормально. Откуда телефон?»
Тут же пришёл ответ:
«Там где взял - больше нет. Намутил. Буду звонить. Очень хочется тебя услышать».
Не ответила. Извини, Вадим, наши желания не совпадают. Странно, что так быстро у него появился мобильник, и говори сколько хочешь. Уверена, что Алла уже положила на его счет пару тысяч, но мне это не нужно. Я бы лучше поговорила с Виталиком, но ему как назло звонить не дают. Что за несправедливость?
Мальчишки так и звонили мне. Оба. Совсем не брать трубку с незнакомых номеров я не могла - откуда мне знать, Виталик это или Вадим? Если попадала на Вадима, перекидывалась с ним парой фраз, пока это не уходило за рамки обычного общения, а потом вешала трубку. Но парень не сдавался. И более того, прекратил попытки со мной флиртовать. Он говорил о работе, общих друзьях, и, чёрт возьми, добился того, что диалоги постепенно увеличивались. Однако, я всё же держала ухо в остро и дистанцию, не давая надежды, что теперь буду болтать с ним постоянно.
Пусть звонит Оле. У меня есть Виталик.
Кстати, разговор о слишком жарких объятых на площади всё же поднялся. Мы поругались, конечно же, и одно воскресенье Вет мне не звонил, только маме, и привет передал через неё.
Спасибо тебе огромное, Вадим. Возможно, он этого и добивался?
Спустя ещё неделю нашла почтовом ящике два письма - от Витали…и от Вадима. Сговорились, что ли? И звонят, и пишут в одно время.
Зашла в квартиру и не разуваясь села на комод прихожей. Вскрыла в предвкушении письмо от своего парня. Тёплое, нежное, такое родное. Ласковые слова, признания в любви. Оговорены детали нашей поездки на присягу - когда, на сколько, где мы будем жить - Виталик уже нашёл нам даже гостиницу, на чём поедем и что привезти с собой. Ехать через неделю. Нужно собираться.