Смута
Шрифт:
— Беги батюшка, беги миленький.
Я, поняв, что спустившись не смогу подняться с земли, угостил лошадь шпорами и начал разгоняться в сторону моего пока ещё держащегося обоза.
Один татарин, увидев, что добыча ушла, решил проверить острие сабли. Вжик! И голова девочки покатилась по заснеженной сухой траве.
Глава 18
Место действия: Варшава(Речь Посполитая).
Время действия: февраль 1604 года.
Сигизмунд
Каковы? Каковы мерзавцы эти курляндцы! Я же им большую часть их Меховой компании оставил. А они? Иж чего удумали? Тайно со шведами и пруссаками договариваться.
Так шведы это мои поданные, которые временно, я подчёркиваю, временно, подчиняются моему врагу. Но, я уверен, ждут моего возвращения в Швецию. Не зря же я купил десяток боевых галеонов у голланцев и полсотни торговых судов у Ганзы, чтобы съездить с войском за море и освободить моих верноподданных, а предателей казнить. Я на лето планировал этот поход, но, похоже, что для начала нужно вразумить курляндцев, а ещё и пруссаков привести к покорности. Они, что? Позабыли, как их предки на коленях приносили присягу верности польскому королю? Ну что ж. Придётся им напомнить.
Немцы, как правители Курляндии и Пруссии, всегда будут нашими холопами. ВСЕГДА! Нужно запретить их язык, их Веру. Пусть будут безмолвным покорным стадом пока мы будем их резать.
У пруссаков регулярной армии и военного флота нет, поэтому оставляем их на закуску. Никуда не денутся, на коленях приползут с контрибуцией. А вот в Курляндии недавно появилась армия. Ну, как армия. Так, пара полков пехоты и сотня поместных дворян-рейтар. Они что? Всерьёз думают тягаться с коронным войском? Да пяти хоругвий гусар хватит, чтобы разогнать эту шайку.
Повелеваю, собрать под Вильно пять… Нет, двадцать хоругвий гусар. Чтобы уж наверняка!
Повелеваю, внести на Сейм вопрос об отречении герцога Курляндии и о назначении туда нашего Верховного Бешютцера (Защитника).
Повелеваю, срочно нанять и отправить под Вильно две тысячи чешских имперских рейтар, что стоят под Вроцлавом. Император, надеюсь, окажет мне такую милость. Тем более, что в Курляндии их ждёт богатая добыча. Пройдёмся по Митаве, Риге и Виндаве огнём и мечом! ОГНЁМ И МЕЧОМ!
Ну, готовься Курляндия! Умоем тебя кровушкой!
Место действия: небольшая крепость Кромы на дороге от Орла к Путивлю.
Время действия: март 1604 года.
Иван Заруцкий, командир «русской сотни», бывший дядька бастарда-попаданца Виктора Вайса.
После боя под Добрыничами бежало казацкое войско в Путивль, а атаман Андрей Корела с пятью сотнями заперся в крепости Кромы. И моя сотня тогда аккурат подошла. Узнал меня, попросил помочь выстоять. А врагов было много. Всё войско царское подошло и встало лагерем вокруг крепости.
Ходили на приступ два раза. Оба раза мы отбились. За месяц по моей подсказке все хаты разобрали и сделали дома под землёй. Чтобы пуль и ядер не боятся.
Пришла недавно царская артиллерия, но калибр мелок, чтобы стены пробить. Стали огненные ядра к нам закидывать.
На приступ царевы войска больше идти не хотят. Ждут, когда мы от голода сдадимся. А мы уж и правда, последнюю собаку доели.
Если сдадимся, то все в железа нарядимся, а может и под топор пойдём. Атаман Андрей Корела, мой давнишний знакомец по походам на Крым. Вот он и говорит, что царь считает нас, казаков, голытьбой. По мнению царских воевод даже реестровый казак, по сравнению с польским шляхтичем был никто и звать его никак. Нам такой царь не нужен.
Ну, насчёт казака-шляхтича он, конечно, загнул. В Польше тоже реестровых казаков шляхтой не считают. Но, уважают и деньгами, и почётом. Нужно и у нас казаков мелкими дворянами сделать или платить им столько, чтобы и поместье было не нужно…
Тут меня на стену позвали. Мол, штурм это или что? Посмотрел я в подзорную трубу. Какой-то большой обоз нагло проехал сквозь лагерь царских войск и вытянулись в струнку в направлении крепости. Посмотрел я в трубу на то, как обозные рьяно лошадей нахлёстывают и всё понял. Наши! Открыли им ворота. А по преследователям пушками пальнули.
Привезли казаки сотника Беззубцева на ста возах и порох, и муку, и солонину. А за обозных была сотня посошных дядьки Дубыни. Теперь точно продержимся!
Я обошёл прорвавшийся обоз и лично подал руку каждому прибывшему. Последним был хорошо снаряженный воин в хорошей кирасе.
— А тебя как звать, воин честной?
— Иваном нарекли. Болотниковым. В молодости был послужильцем-боевым холопом у князя Андрея Телятевского. С донцами ходил на Крым. Попал в плен. Османские галеры. — он показал мозолистые натруженные руки и продолжил, — Немецкий капитан освободил из плена. Ходил с ротой наёмников по Европе. Бился за тех, кто заплатит. Решил вернуться в Россию и в Самборе услышал о царевиче Дмитрии Ивановиче. И, вот я здесь.
— Я тоже Иван. Заруцкий. Русской ротой командую. Ну, что ж, тёзка, пойдём выпьем пива. Полугар я запретил. Вот победим, тогда…
— Иван, а почему это у вас наверху ни одного дома нет? И к чему все проходы к стенам под землёй?
— Понимаешь, тёзка. Был у меня барчонок смышлёный на воспитании. И предложил он, чтобы защититься от ядер и пуль, строить дома под землёй, а сверху брёвна в два наката. Ни одно ядро не прошибёт.
— И как сие чудо называете?
— Блиндаж. Барчук предложил. Говорит, что французы придумали…
— Не слышал. А почему рота называется «русской»? Здесь все русские…
— Иван, а ты слышал про курляндский город Виндава? Нет? Ну, так слушай…
Место действия: Рига (Курляндия).
Время действия: март 1604 года.
Фридрих Кетлер, герцог Курляндии.
В угоду польскому королю и Папе Римскому мы и денег отсыпали немало, и Правление перетряхнули. А им всё мало. Вера наша стала не угодна. Как же, как же? Меховую компанию хотят к рукам прибрать. Ещё чуть и её казна по величине с королевской сравнится. Какой же король такое выдержит? Вот и прислал мне эдикт о моём отречении. Чтобы без помех. Голыми руками.