Смирись или борись!
Шрифт:
И я понимала, что он серьёзно опасается за мою жизнь. Но вот так, в башню, считай, в темницу заточить, как злодея... Это слишком.
– Надолго?
– осипшим голосом спросила я.
– До конца ристанья, когда выберешь себе жениха. Тогда твоя безопасность - это его забота и добрые или нет отношения с ним.
Так меня заточили в башню.
Примечания по главе:
сорочинское пшено* - рис.
хинийцы* - китайцы.
скорпий* (Даль)- скорпион.
ристать* (Даль) - гарцевать на коне, упражняться
Ногата* (Даль) - мелкая монета древней Руси, четыре на куну.
Куна*(Даль) или кунья мордка старинный денежный знак - мех- вмещает четыре ногаты.
1 гривна = 80 кунъ = 20 ногатъ=50 резанъ
1 ногата = 2,5 резан = 1/4 куны
1 куна= 4 ногаты
Глава 3
Женихи:
Алан - бритт - http://samlib.ru/img/c/chiba_u_k/otbor/mythbusting-viking-culture-rollo.jpg
Джервас - тевтонец - http://samlib.ru/img/c/chiba_u_k/otbor/ow5qrj25aj-14173.png
Эдгар - индеец - http://samlib.ru/img/c/chiba_u_k/otbor/i6.jpg
Грегор - кельт - http://samlib.ru/img/c/chiba_u_k/otbor/24beard.jpg
Пока коротала время в башне, читала разные книги да придумывала испытания для женихов. В поле, неподалёку от царского терема мастерили разные снаряды. Так отсеются те, кто совсем обленился да сноровку потерял. Конечно, снаряды не должны были убить или покалечить охочих до моей руки, но и не скинуть с полосы препятствий всячески я просто не могла. Поэтому мы с батюшкой обсуждали снаряды, риски. Я и сама довольно неплохо ездила верхом да могла не только танцевать. Поэтому первой вызвалась преодолеть полосу. Отец был против:
– Мы не можем рисковать. Жених набьёт себе пару синяков - ничего страшного. А девице не положено!
– Засиделась я тут. Не могу больше.
– Это риск. Представь, что будет, коль тебя-таки похитят накануне турнира.
– То ты объявишь победителем того, кто вернёт меня в целости и сохранности.
– Но ты забываешь одну вещь!
– возразил родитель.
– Какую?
– Что, ежели это и будет задумка похитителя?
Отец был прав, как всегда. От досады я готова была кусать локти. Конечно, я не совсем сидела взаперти. Мне позволялось выходить на балкон, сидеть под открытым небом, наслаждаться тёплыми солнечными лучиками. Но... Правда, засиделась я.
– Батюшка, позволь мне принять участие в поединке, - просила я.
– Да и приглядеться к женихам поближе не помешает.
Царь вздохнул.
– Или ты хочешь, дабы я со своей высоты разглядывала маленьких человечков? Что я там увижу?
– А кто поручится за твою честь? Нравы у женихов далеки от совершенства. Сиди уж!
На глаза навернулись слёзы. Так не честно. Знаю, сама виновата в заточении, но уже отсидела достаточно в одиночестве, за вышивкой
– Ладно, уговорила. Я пришлю Зорьку. Но учти, рисковать своей кровью я не могу. Ты ведь понимаешь?
Я понимала, что отец задумал. Обменять нас телами. Но уже одно упоминание о воле заставляло в моей душе петь соловушкам.
– Береги свою честь, точнее честь Зорьки. Девке потом ещё замуж выходить, - предостерёг отец.
Почему Зорька? Да потому что мы с ней станом схожи, одного росту. Вот лица разные, волосы. А издали можно даже принять меня за неё и наоборот. Но не сыграет ли эта схожесть на руку злодеям?
– Батюшка, а не примут ли Зорьку за меня? Вдруг посмеют сарацины вновь напасть?
– сказала вслух о своих переживаниях.
– Так веди себя, как она. Ты ж сама хотела.
И вдруг такая дикая мысль появилась... Может мне отдать моё тело Зорьке, пусть замуж вместо меня выходит, а я и обычной девушкой проживу... А она в роскоши пусть купается.
А что - мысль дельная. Пожалуй, приберегу её про запас. А с Зорькой надо обговорить такую возможность.
Отец ушёл, а я начала мерить шагами нижний ярус башни. Здесь была столовая и гостевая в самой середине. А вот по краю башни шла лестница наверх.
Окна отсутствовали, свет давали волшебные светильники. Как же мне здесь надоело? Удрала бы прямо сейчас. Но нельзя. Быть заложницей положения - неприятно. Вот только злить родителя не следует, он и так идёт у меня на поводу.
Может, лучше будет, заменить моё тело не на Зорькино, а какого-нибудь добра молодца иль отрока? Они поменьше будут, и найти в тереме равного по размерам не составит труда.
Но царь уже покинул башню, оставляя меня наедине со своими думами. Эх, хорошая мысля приходит опосля! Так бы и полосу препятствий на себе проверила б.
Она сложна, но ежели знаешь, как часто поворачивается то или иное колесо, выскакивает очередная ловушка, то пройти, при должной сноровке, можно.
Батюшка вернулся с придворным волшебником да Зорькой лишь на следующий день, заставляя накрутить себя дальше некуда.
Я отозвала подругу да спросила, как она глядит на обмен телами навсегда.
– Я-то, Русана, не против, да только ничего не мыслю в науках, как ты. С горем пополам читать умею, как тебя изображать стану? Да и ты не привычна к обыденному труду. Каждый день от зари до зари дела мои делать. Я не против, коль так обернётся, да и замуж по отцовскому велению выйду. Но гляди, обратно дороги не будет. Коли присягну быть верной женою, то буду ею.
Мне вдруг стыдно стало. И не слова обычной дочери земледельца, а царевны. Может, и правда, будет хорошей женой кому-то из царевичей иль королевичей?
А как придворный волшебник за меня взялся, то я и попросила его об услуге.
– Создам мару* невеличку, сквозь неё не всякий увидит Зорьку.
– Благодарю, дедушка, - обняла старика в благодарность. И хоть он нам не родной был по крови, да так не считали мы.
– Но ежели полюбит тебя всем сердцем, увидит тебя всамделишнюю, - вдруг прошептал он на прощание и взмахнул руками, погружая нас с Зорькой в светящийся розовым сиянием клубы дыма.