Сминающий
Шрифт:
– Не плачь. Я не держу на тебя зла. Если кто и виновен - то это Орочимару. Сейчас я загляну в твою память и разум. Это будет больно, очень больно.
– я повернулся к ирьенину - У вас есть что-то жесткое, что бы закусить зубами?
– ирьенин кивнул и достал из кармана резиновуб трубку. Я всунул ее Анко в рот и спросил: - Готова?
Она пару секунд часто подышала и кивнула.
И в следующую секунду я сжал ее искру и погрузился в нее, словно раскаленная игла в плоть. Анко закричала.
Чужая искра...
Орочимару сделал великолепную работу, вырезав кусочек искры. Это сложно сделать даже псионикой, а уж чакрой...
Анко действительно не помнила почти ничего из своего прошлого. Детство, родители и даже учеба в Академии - все было будто стерто.
Я-то понял, в чем дело, а вот местные, столкнувшись с этим, очевидно были очень озадачены.
Без знаний о строении искры пытаться добиться ее восстановления? Это даже не смешно.
Орочимару - хирург, с помощью гаечного ключа сделавшего сложную операцию. Рана, оставленная его воздействием, когда ни будь затянется. Но на это может потребоваться и десять лет и даже двадцать. Я-то могу и подождать, но зачем?
Воспользовавшись полетом, я взлетел и, приблизившись к орущей от боли Анко, схватил ее голову руками и коснулся своим лбом ее.
Моя искра была похожа на голубую звезду рядом с маленьким желтым карликом. Я стал изливать энергию прямо на пораженный участок. Рана тут же стала затягиваться.
Конечно, разжигание и излечение чужой искры моей может быть неприятно(и в первую очередь для меня), но мне нужна информация.
Когда поврежденный сектор искры восстановился, я прервал поток энергии.
Теперь, когда этот участок искры восстановлен я могу проникнуть через него непосредственно в память.
Перед полномасштабным вторжением в чужой разум я остановился.
Жаль, что я не в Ишакши, а здесь, в Конохе. Здесь нужно играть роль мальчика...
Эх-х-х-х... Снять бы эту маску и явить всем того демона что скрывается за ней. Смять сопротивление и воцариться на троне. Но этого пока нельзя делать.
Да, я уже не иллитид, но я никогда и не был им полностью. Изначально я был человек. Впоследствии же я принял правила игры Эрруу и следовал им неукоснительно. Я надел маску иллитида, принял их образ жизни и не обратил внимание, что маска приросла к моему 'Я', исказив его до не узнавания. Я плыл по течению, меняясь, словно я был слитком металла под ударами молота-судьбы, который держал в руках Эрруу. Он создал оружие, но судьба вырвала его из щупалец царя иллитидов и забросила сюда...
Убивать? На самом деле для псиона это - очень просто. Мы можем это инстинктивно. Всего лишь ударить по чужой искре и - она потухнет. Пытки? Пф! Мне стоит сжать искру и - существо будет страдать, как никогда не страдало до этого...
Но здесь, в Конохе, если я покажу то, что скрывается под обличьем мальчика, ничем хорошим это не закончится. Этот город чересчур добр. Причем показушно добр.
По стилю жизни мне бы подошел Кровавый Туман,
Я бы мог поглотить эту жалкую искру, оставив Анко идиоткой, будучи даже в таком ослабленном состоянии как сейчас. Ее жизнь - зависла в моих руках.
Я бы мог много чего...
Но...
За моей спиной стоит Иноичи, Шикаку и Морино Ибики. Они не глупцы. Они сами - палачи, скрывающиеся под масками добрых дядей. И если я буду действовать чересчур открыто - возникнет недоверие, а оно мне не нужно. Пока что я катаюсь у бога на плечах и не стоит злоупотреблять его благосклонностью.
Воспоминания? Зачем мне воспоминания двенадцатилетней девочки? Техники? У меня дома около пятидесяти свитков. А впереди - Академия.
Да и потом: Орочимару обучался здесь, в Конохе. Этот город родил множество сильнейших шиноби. Значит, стоит поиграть в послушного мальчика и я получу все - могущество, власть, силу.
У меня есть риннеган. Все ждут, что он завершится, а значит - время у меня пока есть.
Прервав слияние(Анко тут же перестала кричать), я спокойно опустился на пол и произнес:
– Я восстановил ее разум. Закрытые сектора ее памяти должны снова стать доступными. Если, конечно, Орочимару не предпринял чего-то еще.
Анко выплюнула практически прокушенную трубку на пол.
Иноичи кивнул и, шагнув вперед, положил руку на голову девочки. По крайней мере, этот способ извлечения информации не так болезненнен.
Я отошел в сторону и стал с интересом рассматривать разнообразные пыточные приспособления, развешенные по стенам. Еще один способ влияния на чужую психику. Воображение - это и сила и слабость одновременно. Взглянув на эти страшноватые крюки и кривые иглы, пленник может рассказать нужную информацию сам, экономя чакру и силы палачей. И самое главное - время. Своевременность данных так же важна, как и их точность...
Спустя некоторое время Иноичи открыл глаза:
– Память действительно восстановилась. Я нашел месторасположение базы Орочимару. Ибики, идем к Третьему, я покажу ее расположение. Спасибо, Акио-кун.
Ибики посмотрел на тяжело дышащую Анко:
– А с ней что?
Иноичи пожал плечами:
– Она действительно сбежала. Я думаю ее можно отпускать. Я просмотрел ее память за весь период обучения у Орочимару. Она умная девочка.
Ибики пожал плечами:
– Ну, если ты так говоришь. Пусть с ней поработают ирьенины, может им удастся узнать, что это у нее за печать на спине...
Я подошел к ней и мягко позвал ее:
– Анко-о!
– она с трудом сфокусировала на мне глаза: - Прости меня за боль, но это было нужно.
А вот ответить она не смогла. Из ее глаз текли слезы.
Иноичи же произнес:
– Акио-кун, а ты не забыл, что тебя ждут рабочие?
– Ох-х-х...
'Шуншин' похож на телепортацию в пределах видимости. Очень сильно похож. Даже в энергетическом смысле. Хочу. Нужно раздобыть любой ценой.