Смертельно безмолвна - 2
Шрифт:
поговорим, и она вернется домой, потому что в глубине души она все та же милая и храбрая
девушка, которая отдала жизнь за друга. Она такая же упрямая, невыносимая. Она такая же, какой была, когда я впервые на нее посмотрел – настоящая.
Я вырываюсь из зала, оглядываюсь и замираю, увидев перед собой пустой коридор.
– Черт, – прокатываюсь ладонью по лицу и недовольно хмурюсь, не понимая, как она так
быстро испарилась. Неужели я упустил ее?
– Здравствуй, Мэттью, –
снежным комом. Я нервно сглатываю, оборачиваюсь, а она улыбается.
Нет, держать себя в руках не удается. Как только я вижу Ари перед собой, живую, не
тонущую в крови, не окруженную иллюзорной дымкой, внутренности каменеют и трещат,
ломаясь на тысячи осколков. Я должен рассуждать здраво, но я неожиданно понимаю, что
происходит с людьми, у которых сносит крышу.
– Ари, – говорю я, а голос не мой, чужой и хриплый. Она растягивает губы в лукавой
ухмылке, а я впиваюсь пальцами в карманы брюк и в очередной раз сглатываю.
– Ты выглядишь растерянным. Не ожидал меня увидеть?
– Я знал, что ты вернешься.
– Ну, конечно…, – Ариадна закатывает глаза и обходит меня со спины, прокатываясь
кончиками пальцев по моим плечам, – праведный Мэтт, ты всегда все знаешь. Так ведь?
– Ты вернулась домой, – я неотрывно слежу за Ари взглядом, я слежу за эмоциями на ее
лице, но они не похожи на эмоции прежней Ари, той Ариадны, что когда-то приехала в
Астерию, однако я не обращаю внимания. Это она. Я чувствую, что это она.
– У меня нет дома. – Бросает Ари, на что я щурюсь и сплетаю на груди руки.
– Ты так не думаешь.
– А ты научился читать мысли, пока меня не было?
– Просто я тебя знаю.
– Вот как.
– Да, ты приехала в Астерию, потому что здесь Норин, Мэри-Линетт, Хэрри.
– Ты, – договаривает Ариадна, горячо выдохнув и приблизившись ко мне так близко, что я,
наверняка, прекращаю дышать. Ее пальцы впиваются в ворот моей рубашки, губы с ярко-алой
помадой оказываются напротив моих губ. Я молчу, а она шепчет так тихо, что у меня жар
пробегает по телу. – Больше всех я хотела увидеть тебя. Я здесь ради тебя.
Я застываю, мои руки падают. Я смотрю в глаза Ари и неожиданно верю ей. Правда, уже в
следующую секунду девушка прыскает со смеху и взмахивает руками в стороны.
– Прости. – Она стремительно отстраняется. – А ты поверил, да? Бедный Мэтти.
Я свожу брови. Ари всегда была резкой, но она никогда не играла на чувствах.
– Если ты здесь не ради семьи, то ради чего?
– Я приехала почтить прекрасного человека.
– Не думал, что ты так привязалась к Барнетту.
– Некоторые
останавливается передо мной, излучая нечто неконтролируемое и опьяняющее.
Ее рука приподнимается и собирается коснуться моего лица, но я перехватываю ее в воздухе
и застываю, не до конца понимая, что делаю. Мной руководят инстинкты, один из которых велит
быть настороже и следить за каждым ее движением.
– Интересно, – протягивает девушка, сверкнув изумрудными глазами, – боишься?
– Не доверяю.
– Почему? Ты так ждал меня, Мэттью, так хотел увидеться.
– Ты спасла Хэйдана, Ари, – ровным голосом отрезаю я, – теперь я спасу тебя.
– Беспокойся о своей жизни. Она окажется весьма короткой, если ты прямо сейчас не
выпустишь мое запястье.
– Да брось, Ари. Ты не сделаешь мне больно.
– Очнись, – шипит она, впившись в мои глаза безумным взглядом, а затем порывисто
выдергивает руку из оков. – Я уже делаю тебе больно.
Ари разворачивается, чтобы уйти, на что я реагирую молниеносно.
– Эй! – Подаюсь вперед. – Никуда ты не пойдешь! – Я хватаю ее за запястье, дергаю на себя,
правда, уже в следующую секунду Ариадна наступает на меня, словно цунами. Не понимаю, как
я отшатываюсь, как врезаюсь со всей силы в стену и оказываюсь в плену ее невероятных глаз, излучающих такой лютый холод, что у меня сводит легкие. Она держит в силках мое горло, а я
застываю, сомкнув в кулаки пальцы. Какого черта?
– Не стоит прикасаться ко мне, – рычит девушка, оскалив зубы, – никогда.
– Что ты делаешь?
– Вот тебе урок, Мэтти, – Ариадна внезапно приподнимает меня над полом и легким, незатейливым движением откидывает к противоположной стене. Какого дьявола? Что она
делает? Я ударяюсь о бетон, скатываюсь на пол и чувствую, как между висков вспыхивает
ядовитая боль, тут же перед глазами всплывают черные точки. – Ариадны больше нет, нет той
безмозглой идиотки, которая носилась за тобой по пятам и ловила твое каждое слово.
Девушка стучит каблуками о паркет, а у меня в голове взрываются мысли; она идет в мою
сторону ленивой походкой, останавливается и присаживается на корточки. Я гляжу в ее глаза, приподнимаю подбородок, а она вдруг поглаживает меня по волосам, словно я ее
провинившийся домашний питомец.
– Будь молодцом, Мэтти. Ты ведь не хочешь умереть, правда?
– Что ты несешь, – злюсь я, приподнимаясь, – ты не понимаешь...
– Тише. Я все прекрасно понимаю, милый.
– Тогда какого черта творишь?