Смертельно безмолвна - 2
Шрифт:
его рядом нет, и мне становится паршиво.
– Надо порезать палец. Поставить нож в центр и при помощи нити начертить ровный круг
своей кровью. Боже, звучит жутковато.
– Давай, – я отнимаю у девушки нож и решительно скольжу лезвием по ладони.
– Осторожно!
– Все в порядке.
Впиваюсь острием ножа в пол и рисую круг, прокатившись по дереву рукой. Все это время
Бетани смотрит на меня достаточно пугливо, и мне вдруг кажется, что ей уже самой не
приходится
– Готово. – Отбрасываю нож и вытираю ладонь о джинсы. – Что дальше?
– А дальше...
Бет щелкает по клавиатуре, а затем вдруг рассерженно взвывает.
– Что такое?
– О нет.
– В чем дело?
– Мэтт, черт, Интернет пропал. – Девушка глядит на меня из-под опущенных ресниц и
виновато поджимает губы. – Прости. Надо чуть-чуть подождать.
– Ты шутишь? – Я сжимаю окровавленную ладонь и хмыкаю. – Вовремя.
– Не знаю, соединения нет.
– Ну, отлично. Просто замечательно. – Я взмахиваю рукой и передергиваю плечами. Внутри
все скручивается, сплетается, и мне внезапно кажется, что я разочаровываюсь. Как будто я верил, что дело сдвинулось с мертвой точки. Идиот. Нужно было сразу прекратить этот цирк. – Мы
только зря потратили время. – Гнев поднимается к горлу. – Все зря.
– Слушай, давай еще подождем, – протягивает Бетани, – рано опускать руки.
– И что мы найдем? – Злюсь я. – Начертим еще один круг или смастерим алтарь? Или же
принесем кого-то в жертву?
– Вы можете попробовать латынь, – внезапно разносится хриплый мужской голос по
комнате, и мы с Бетани одновременно подскакиваем на ноги.
Бет взвизгивает, прижимается ко мне, а я ошарашено распахиваю глаза. Черт возьми.
В углу комнаты стоит мужчина в дырявом плаще. Волосы у него растрепаны, глаза в мои
смотрят равнодушно. А прозвучавшая шутка превращается в вполне серьезный совет. Которым,
собственно, ни я, ни Бетани сейчас не в состоянии воспользоваться.
Вскидываю руки, не имея ни малейшего понятия, чего ждать: сумасшедшего психа,
прорвавшегося в дом, чтобы украсть нечто ценное, или же демона, перевертыша, Дьявола,
ведьмака, фею. Кто там еще у них есть?
– Еще есть оборотни, – говорит мужчина, и я недовольно морщусь.
– Что?
Незнакомец наклоняет в бок голову, а я чувствую, как Бетти изо всех сил стискивает в
пальцах мой локоть. Что за чертовщина? Медленно опускаю руки и застываю.
Неужели сработало?
– Нет, – отвечает мужчина, сомкнув пальцы в замок перед собой, – не сработало.
– Но вы...
– Ноа Морт.
– Смерть. – Я решительно стискиваю зубы, наблюдая за мужчиной,
комнаты и не отводит от меня темных глаз, изучая и сканируя, словно детектор. Никогда я не
видел таких глаз. Мне становится не по себе, но я тут же беру себя в руки. Я не должен его
бояться, он пришел сюда из-за Ари, из-за своей дочери.
– Так и есть. Твое время еще не пришло.
– Умеете читать мысли? Вы как Меган фон Страттен.
– Скорее, она, как я. – Смерть делает шаг вперед, а Бет тянет меня назад, однако я не схожу с
места. Поднимаю подбородок и набираю как можно больше воздуха в легкие. Нет смысла
убегать. Я хотел встретиться со Смертью. Вот она. Передо мной.
– Как..., – запинаюсь и сглатываю, – как вы узнали о том, что мы ищем вас?
– Услышал.
– Почему не пришли раньше?
– Был занят.
Я даже спрашивать не хочу, чем именно он был занят, я переминаюсь с ноги на ногу, а затем
дергаю уголками губ и в глаза Ноа Морту гляжу смело и рассержено.
– Почему вы не спасли Ари? И почему не убили Люцифера?
Он позволил ему забрать ее, прекрасно понимая, что из этого выйдет. Наблюдал или, может,
услышал, как она мысленно прощалась с семьей, продавая душу. И бездействовал.
Мужчина задумчиво хмыкает и облокачивается спиной о деревянный комод. Руки он
сплетает на груди, достаточно медленно, будто бы специально, чтобы я успел раскалиться еще
сильнее и вопросов придумать еще больше, но я держу себя в руках. Эмоции мешают, они всегда
приносят лишь вред, они отнимают время. Рассудок должен быть холоден.
– Ты много думаешь, – неожиданно отрезает Смерть, – но мало говоришь. Кажется, у вас
таких людей называют замкнутыми. И опасными. Но я, конечно, немного понимаю.
– Ответьте на мои вопросы.
– Я не могу.
– Не можете ответить?
– Не могу убить Дьявола; вопреки всеобщему мнению, смерть не для всех вездесуща. Отнюдь
это насмешка Судьбы, о которой она сейчас жалеет.
– Мойра Парки?
– Люди всегда пытаются избавиться от злодеев, – едва слышно говорит Ноа, – но они не
понимают, что на место одного злодея приходит другой злодей, всегда. Да, такова ваша природа, а я и Мойра обязаны соблюдать этот баланс: баланс черного и белого.
– Не понимаю.
– Ты и не должен. Это моя работа. Но я ошибся. – Смерть отходит от комода.
– Ошиблись?
– Я нарушил баланс.
– Каким образом? – Я сжимаю пальцами переносицу и грузно выдыхаю. Он только и делает,
что говорит загадками, ребусами. Виски вдруг вспыхивают, и я начинаю злиться, пусть и