Смерть в стекле
Шрифт:
Миссис Дивайн поселилась у мистера Уилкса уже будучи вдовой. Подробности кончины мистера Дивайна, ее положение в обществе до замужества и прочие любопытные частности для всех вокруг остаются загадкой. По мнению окружающих, образ жизни миссис Дивайн – расточительный или экономный (в зависимости от того, кто вам это говорит) – не согласуется с ее социальным положением. А все потому, что у нее есть буфет из «красного дерева», много книг (целая библиотека!) и служанка-великанша, которую она научила читать эти книги. Что не совсем соответствует истине: служанка Брайди читает исключительно
Любопытство вызывает и род занятий вдовы со скромным доходом. У входной двери Брайди, которая почти стык встык находится рядом с дверью мистера Уилкса (так уютненько!), висит табличка, дающая кое-какое представление о том, чем занимаются на верхних этажах:
Миссис Дивайн
Расследование преступлений
Малые хирургические операции
(гл. обр., вскрытие нарывов, удаление бородавок и зубов)
Конфиденциальность гарантируется
Взгляните наверх. Жилище Брайди кажется глухим и неприступным: входная дверь всегда заперта, окна редко бывают открыты, лишь занавески иногда раздвигаются и ставни от случая к случаю складываются в гармошку. Соседей оно не располагает к тому, чтобы зайти на чашку чая. Кора Баттер, служанка Брайди, сплетничать не любит и не позволяет втянуть себя в разговор, даже когда подметает крыльцо.
Кора Баттер при своем росте в семь футов [10] выглядит устрашающе – другой такой служанки во всем Лондоне не сыскать. Местная ребятня не устает шпионить за ней. В хорошую погоду можно видеть, как она стирает во дворе, напевая своим несравненным баритоном церковные псалмы. Или как бреется на кухне, правя бритву и намыливая щетинистый подбородок. И стоит ей заметить, что дети наблюдают за ней, по округе на радость всем тотчас же разносится ее зычный бас, срывающий крыши и разгоняющий крыс и голубей.
10
7 футов = 2,1336 см.
Если вы придете к Брайди по делу, Кора смерит вас грозным взглядом и затем проведет в гостиную.
Кора приветствует хозяйку с верхней площадки лестницы. Брайди отдает ей свой плащ. Кора вешает его, предварительно с силой встряхнув и отжав ворот.
– В гостиной вас ждет посетитель, – докладывает служанка с недовольством во взгляде.
– По делу?
Кора кивает.
– На вид скользкий тип. Я бы ему не доверяла, а зашвырнула бы куда подальше.
Брайди улыбается служанке. Клиенты никогда не вызывают у Коры доверия. Она вообще никому не доверяет. А вот зашвырнуть посетителя куда подальше – в зависимости от его габаритов – могла бы с легкостью.
– Имя у него есть?
– Не спрашивала.
Кора чуть приоткрывает дверь гостиной, и они обе заглядывают в комнату. Посетитель расхаживает по ней – от камина к окну и обратно, и это свидетельствует о том, что он нервничает.
Говоря по чести, сама гостиная – мрачная, с низким потолком – не располагает к непринужденности. Освещение тусклое, в камине не пылает приветливый огонь, ибо Кора экономит и уголь, и газ. Мебель разнородная: старомодный мужской стол-бюро,
Посетитель подходит к устройству, пальцем робко касается резинового наконечника и тотчас же отступает, словно ожидает неприятных последствий. Ничего не происходит. Тогда он снова трогает наконечник, легонько поглаживает его.
– Видите, о чем я? – шепчет Кора.
– Да, подозрительный тип.
– А голова-то какая, – указывает Кора. – Гладкая, как лысое яйцо.
– По какому он делу? – спрашивает Брайди, нахмурившись.
– Он не сказал. Но наверняка по какому-нибудь нечестивому. – Кора бросает на нее взгляд. – Давайте я переверну его башкой вниз да потрясу, пока он нам все не выложит?
– Мы попробуем обойтись без рукоприкладства. Используем ум.
Фыркнув, Кора отчаливает на кухню. Брайди входит в гостиную.
Посетитель оборачивается и чопорно кланяется Брайди.
Мужчина средних лет с дорожками пышных бакенбард на щеках, которые словно восполняют отсутствие волос на его лысой голове. Подбородок чисто выбрит; высоко на переносице – очки в металлической оправе с толстыми линзами. Неприятная голова восседает на несуразном теле, состоящем из длинной спины, тонких рук, опущенных плеч и широких женственных бедер.
Лицо выдает в нем вздорного обидчивого человека. Губы красные, плотно сжаты; крошечные глазки под стеклами очков неугомонно бегают, снуют, словно головастики. Их чернильный взгляд обстреливает ее сверху донизу.
Ожидал он большего.
Впрочем, люди, о которых рассказывают геройские истории, всегда разочаровывают, когда предстают перед тобой во плоти. А Брайди Дивайн и не может выглядеть героиней, ведь свое последнее дело она провалила.
Посетитель пристально разглядывает ее, пытаясь определить, насколько она не соответствует его ожиданиям.
Невысокая крепкая женщина. Во всем ее облике чувствуется непоколебимость – такая выдержит любые испытания. Капор она сняла, и теперь ее волосы буйного огненного оттенка прядями выбиваются из-под белого вдовьего капора. Глаза выпуклые, болотно-зеленого цвета и проказливые, постоянно меняют свое выражение. Посетителю это мгновенно навеяло картины гаремов и варваров, открытых морей и бродяг.
– Сэр, вы явились сюда по делу? – спрашивает Брайди.
– По делу неотложному и весьма деликатному, мэм.
– В этом деле вы представляете самого себя?
– Нет, – качает головой гость. – Я представляю человека, который занимает высокое общественное положение.
– Рада за него. А сами вы кто будете? Его камердинер?
Улыбка застывает на губах посетителя.
– Его друг и личный врач. Уильям Харбин.
– Вот как? Что ж, прекрасно.
Брайди жестом предлагает гостю сесть и сама садится напротив. Доктор Харбин присаживается на краешек кресла. Дело у него столь безотлагательное, что ему сейчас не до удобств.