Смерть в Бейруте
Шрифт:
– Халил?
– Ложись, так тебе будет удобнее.
Халил послушно растянулся в кресле. Он был до предела возбужден и пожирал Катю глазами. Она завела проигрыватель и предложила ему большой стакан арака.
– Что ты хочешь, чтобы я тебе сделала?
– Все, что сама захочешь, – сказал Халил, предвкушая небывалое наслаждение. Катя двусмысленно улыбнулась.
– В таком случае для начала я тебя привяжу.
Она произнесла это с таким сладострастием, что он моментально согласился.
Катя достала
Она прибавила звук в проигрывателе. Затем взяла подушку, положила ее на пол и присела рядом с релаксационным креслом. Уверенными движениями она стала расстегивать его брючный ремень. Он застонал от счастья и закрыл глаза, когда она приспустила его брюки до лодыжек.
– Ты знаешь, что это? – спросила она, вытянув правую руку.
Она показала ему свое золотое кольцо в форме двух огромных когтей. Зеленый лак на ногтях еще больше подчеркивал их желтизну.
Халил улыбнулся.
– Нет.
– Это подделка одного древнего украшения. Китайская императрица Цао-Хи носила его в начале века.
Но Халилу было не до истории.
– Поласкай меня, – прошептал он.
В этот момент в дверь позвонили, долго и настойчиво.
– Кто это? – спросил толстяк. Катя пожала плечами.
– Не знаю, но это не имеет никакого значения.
Она медленно провела рукой по животу Халила. И ливанец испустил хриплый, жуткий, нечеловеческий вопль. Катя с силой вонзила золотые когти в его тело – в самое чувствительное место.
Малко оцепенел, услышав этот вопль. Эли продолжал нажимать на звонок.
– Она убьет его! – крикнул Малко. – Высадим дверь! Но дверь оказалась бронированной, и как они ни толкали ее, все было напрасно.
– Надо вызвать Бригаду-16 и взорвать дверь, – отдышавшись, предложил Эли. – Но зачем она его к себе заманила?
– Она же не знает, что опоздала, что он уже все подписал, – ответил Малко.
Да, предосторожность Джерри Купера обернулась против Халила Жезина. Эли побежал к лифту.
– Оставайтесь здесь. Я позвоню в полицию.
Малко вздрогнул от нового душераздирающего крика.
Рука медленно поднималась вверх по животу, и оба когтя оставляли в нем глубокие борозды. Халил дико кричал от невыносимой боли. Катя проворковала:
– Ты сам сказал, что я могу с тобой делать все, что захочу.
Ливанец прохрипел:
– Я все подписал сегодня утром... Ты уже ничего не сможешь изменить... Развяжи меня, гадина!
Глаза Кати сверкнули злобным огоньком.
– Нет, Халил, я могу еще тебя убить, – мягко сказала она. – Ты еще заплатишь за то, что подложил героин в машину Алии.
Халил не слушал ее. Он кричал, плакал, вопил от боли. Когти с новой силой вонзились в его плоть, еще глубже,
Она вспомнила Малко, и ею овладел новый прилив ненависти. Она бы предпочла, чтобы на месте Халила был этот блондин, чтобы это он кричал, корчась от боли.
Удары в дверь усилились. Катя встала, скинула сапоги и босиком подошла к двери, чтобы послушать. Вернувшись к Халилу, она сказала:
– Там Бригада-16, но они не смогут войти. Дверь бронирована и, кроме того, закрыта на железную перекладину.
Катя снова принялась за свою жуткую работу, которая доставляла ей такое удовольствие. Халил продолжал кричать голосом обезумевшего от дикой боли человека.
Собравшись на лестничной клетке, соседи наблюдали за полицейскими, пытавшимися выбить дверь.
Крики, доносившиеся из квартиры, были невыносимыми. Хотелось заткнуть уши.
– Что она с ним делает? – спросил капитан в красном берете.
Малко старался не думать об этом.
– Надо взрывать, иначе она убьет его.
Полицейский покачал головой.
– Для этого нужно разрешение шефа полиции.
– Может быть, все же попробуем гранатой?.. – предложил Эли.
– У меня нет гранаты, – ответил полицейский.
Эли посмотрел на Малко.
– Я попытаюсь найти.
Расталкивая полицейских, он спустился по ступенькам, преследуемый кошмарными воплями Жезина.
Катя всадила коготь в тело Халила еще глубже, и у него началась агония. Он то терял сознание, то испускал новые вопли, когда садистка доставала очередной нерв.
Но она не останавливалась, не прекращала движение рук даже тогда, когда в лицо ей брызнула струя крови, лишь обтерлась небрежно и кое-как.
Да, она не желала единственного: чтобы он слишком быстро испустил дух.
Она вздрогнула от сильного взрыва. Едкий дым проник в квартиру. Катя выбежала в коридор. В наружной двери зияло отверстие величиной с детскую голову, один из замков был сорван.
Голос крикнул по-арабски:
– Немедленно откройте!
Катя злорадно улыбнулась: еще оставалась железная перекладина. Она вернулась в массажный кабинет, взяла шприц и наполнила его янтарной жидкостью. После этого подошла к Халилу Жезину, издававшему уже предсмертное хрипение... Лужа крови под ним увеличивалась на глазах.
Как хорошо, о, как хорошо, они не успеют его спасти!
Эли вынул чеку из гранаты. Тремя прыжками он оказался на нижней площадке, где столпились полицейские и Малко. Сержант попытался его остановить: