Смерть в аренду

Хейр Сирил

– Все это выглядит не так-то просто, когда начинаешь вникать в суть дела, не правда ли? – продолжил инспектор. – Что еще мы можем записать в графу «Доказательства»?

– Его заграничная поездка вечером того дня, когда было совершено убийство.

Маллет внес и этот пункт.

– Вам не приходило в голову, – спросил он, закончив писать, – что все это отвечает нашей гипотезе, по которой Баллантайна убил Колин Джеймс?

– Конечно.

– Тогда на основании этого письма вы думаете, что Джеймсом был Илз?

– Не только на

основании этого, – возразил Франт. – Илз продолжительное время не имеет постоянного местожительства. Это дает ему возможность в течение нескольких недель обитать на Дейлсфорд-Гарденс под видом Колина Джеймса, не вызывая подозрения. К тому же таинственная поездка за границу вечером тринадцатого. Я согласен, что он может ее объяснить. Но пока он этого не сделал – и у меня такое предчувствие, что не сделает, – я утверждаю: у нас есть веские доводы против него. Все факты указывают на Илза, и ни на кого другого.

Пока подчиненный Маллета говорил, сам он записывал ключевые моменты, а потом сказал:

– Вы знаете, есть один факт, не вяжущийся с тем, что это он.

– Какой именно?

– Борода. У Илза, как, по-моему, вы знаете, рыжеватые щетинистые усы. Я догадываюсь, что вы собираетесь сказать, Франт. Он мог спрятать их под искусственными вместе с бородой. Но у Джеймса – я имею в виду настоящего Джеймса – верхняя губа гладко выбрита. Зачем наживать себе неприятности, воруя паспорт, и гримироваться под его владельца, если ты даже не потрудился побриться?

– Убийцы не обязательно поступают логично, – возразил Франт. – Абсурдно готовиться к убийству и не удосужиться сбрить усы, но люди делают абсурдные вещи. Я не вижу ничего невозможного в этой идее.

– Ну, хорошо, если так. Оставляем Илза под подозрением. Кстати, как это согласуется с вашей вчерашней версией, что убийство совершили вдвоем Джеймс и Фэншоу?

Франт задумался.

– Никак, – признал он. – То есть у нас нет никаких ключей к какой-либо связи между Илзом и Фэншоу, кроме того, что они оба отправились за границу в один и тот же вечер.

– И это уже что-то, – согласился инспектор. – Было бы напрасно полагаться на совпадение и ожидать, что три человека, замешанные в этом деле, случайно решат в один вечер отправиться в путешествие. Хотя, кроме этого, между ними нет никакой связи. В то же время есть связь, и при этом тесная, между Илзом и Дюпеном, не согласующаяся с тем, что первый имел какие-то дела с Фэншоу, смертельным врагом Дюпена. По всей видимости, эти двое – совершенно независимые друг от друга люди, у которых оказалась причина ненавидеть одного и того же человека. В данный момент я склонен думать, что если Илз включается, то Фэншоу исключается.

Инспектор написал еще несколько слов на бумаге.

– Может быть, Джеймс, – пробормотал он и подчеркнул слово «может». Однако тут же посетовал: – Но я не нахожу в этом смысла. Мне не дают покоя усы. То, что вы говорите, правильно как общее предположение, но, мне кажется, оно не соотносится

с этим делом. Джеймс, кем бы он ни был, разработал свой план с величайшей тщательностью и принял меры предосторожности. Почему он упустил эту очевидную и простую деталь? И почему Илз сказал жене, что отправляется во Францию? В этом не было никакой необходимости. Как Джеймс он, естественно, афишировал этот факт. Но не следует ли из этого, что как Илзу ему требовалось бы держать это в тайне, насколько возможно?

Франт застонал.

– Сдаюсь, – сказал он. – У вас на все есть ответ. Я как болван делал поспешные выводы. Мы ни на дюйм не продвинулись вперед.

– Не стоит так спешить и бросаться от одной крайности к другой, – предостерег его Маллет. – Все эти возражения объяснимы. Я только говорю, что в настоящее время у нас нет доказательств, дающих основание для ареста Илза за убийство. – Он достал еще один лист бумаги и продолжил: – В конце концов, Илз не единственное действующее лицо в этой драме. Мы собрали много фактов, указывающих на других людей. Я предлагаю взять каждого из них по очереди и посмотреть, как мы поступили с Илзом, к чему это приведет. Кто следующий?

– Дюпен? – предложил сержант.

– Да. По логике вещей он идет следующим. Мотив?

– Он хотел получить свою долю добычи, с которой Баллантайн, как он знал, собирался удрать.

– Неплохо. Доказательства?

– Он мог подсунуть в бумаги лорда Генри письмо в банк.

– Безусловно. Что-нибудь еще?

– Он занимался какими-то темными делишками совместно с Илзом, так что аргументы против Илза в некотором смысле применимы и к Дюпену.

– Да, но Дюпен не мог быть Джеймсом, как я понимаю.

– Нет, не мог. Я проверял его, и он был в Лондоне в субботу и воскресенье после убийства.

«Не Джеймс», – написал Маллет и сказал:

– Значит, он должен был иметь помощника.

– Логично, – согласился Франт. – Единственное, что я еще могу выдвинуть против него, – это его общая линия поведения.

– Оно, конечно, достаточно несуразное, оттого-то так сильно перепугалась миссис Илз, – заметил Маллет.

– И он сам был чем-то очень напуган.

– Судя по тому, что я видел во время коронерского дознания, не чем-то, а кем-то, и зовут его Фэншоу. – Маллет закончил скудное досье на Дюпена и продолжил: – Фэншоу! По-моему, он заслуживает отдельного листа.

– Здесь нет никаких трудностей с мотивами.

«Мотивов более чем достаточно», – написал он на бумаге и вслух прочитал:

– Доказательства: а) угрозы; б) возможность; в) зарубежная поездка.

– Выглядит весьма впечатляюще, – заметил Франт.

– Да. Насколько более впечатляющим выглядел бы этот список, если бы нам ничего не надо было в него добавлять. – И Маллет дописал: «Не Колин Джеймс». – Как повезло Фэншоу, – заметил он, – что Джеймса и Баллантайна видели пришедшими на Дейлсфор-гарденс, а Джеймса – уходящим оттуда.