Смерть на рельсах
Шрифт:
Кэри, пробурчав что-то о проволочках и оттяжках на веки вечные, ушел.
– Я внимательно осмотрел бетономешалку, – сказал Брэгг, когда они с Парри остались одни. – Не знаю, что там тебе примерещилось, Парри. Мне показалось, что все в порядке.
– Может, они взялись за ум, – ответил Парри. – При мне шла некондиция. Видимо, увидев меня, они испугались, что мы нагрянем и возьмем образцы бетона на анализ.
Брэгг проворчал:
– Отчет закончил?
Парри показал на просмотренный им черновик.
– Присмотри, чтобы завтра с утра его отпечатали до одиннадцати для
Он замолчал и с участием взглянул на Парри.
– Плохо дело, – сказа он. – Ты весь дрожишь.
– Даже не знаю, – неуверенно ответил Парри. – Наверное, простудился из-за этой дурацкой лужи.
– Вот что, двигай-ка домой со всех ног. Ты хотел уехать на шесть десять? Еще успеешь, если поторопишься.
– Лучше уж поеду на шесть двадцать пять, – решил Парри. – Я еще не просмотрел план для Холфорда, а ему он нужен к завтрашнему утру.
Речь шла о плане небольшого сарая, который был построен на складском дворе в Уитнессе. Парри получил фотографию нужной части двора, и теперь ему для отчетности необходимо было по ней начертить план сарая в трех проекциях.
– Да, это дело важное, – согласился Брэгг. – План готов?
– Нет, но думаю, за четверть часа управлюсь.
Он открыл выдвижной ящик, достал план и выложил его на стол.
– Брэгг, взгляни, а? Эти двадцать футов отсчитываются от угла склада, а не от задней стены?
– Да, от переднего угла. Точно. Ну ладно, ты дожидайся своего поезда, а я поеду. – Брэгг кивнул и вышел. Парри слышал, как тот завел машину, стоящую в примыкающем к домику сарае, который использовали как гараж.
В сарае находилась целая коллекция различных транспортных средств. У Брэгга был двухместный автомобиль. Большой «моррис» принадлежал подрядчикам. Теоретически на нем мог ездить любой из их команды, а практически его монополизировал Кэри для прогулок. Кэри мотивировал это тем, что, во-первых, шоссе между Уитнессом и Редчерчем проходило на значительном удалении от железной дороги, и автомобиль нельзя было использовать для служебных поездок, и, во-вторых, тем, что любой, умеющий водить машину, мог воспользоваться ею. Кроме автомобилей, здесь стояли четыре мопеда, принадлежавшие Лоуэллу, Полу и двум конторщикам.
Закончив работу, Парри поспешил на станцию. План вместе со всей необходимой документацией он передал начальнику станции, чтобы тот утром вручил его инспектору Холфорду.
У Парри был сильный озноб, его била дрожь, когда он забрался в товарный вагон поезда на шесть двадцать пять. Добравшись до дома, он обнаружил, что у него заложило горло. Он хотел вечером пойти на танцы, но почувствовал себя так плохо, что вместо этого выпил стакан горячего грога и улегся спать.
Глава 8
Вновь трагедия
На следующее утро Парри чувствовал себя неважно, хотя и не так скверно, как накануне вечером. Он решил, что причин оставаться в постели у него нет, позавтракал, чашка горячего кофе взбодрила его. Он как обычно добрался до станции в Редчерче и сел на свой поезд до Уитнесса. Здесь его с видом заговорщика отозвал в сторону Клей, начальник станции.
– Слышали
– Нет, – сказал Парри. – А что такое?
Клей склонился к нему.
– Мистер Кэри, – сказал он тихо. – Он мертв.
Парри изумленно уставился на него.
– Мертв? – повторил он недоверчиво. – Вы шутите, мистер Клей?
– Какие шутки… Об этом только что стало известно. Его нашли утром в его офисе. Он повесился.
– Господи боже! – тихо воскликнул Парри. – Самоубийство? – спросил он почти шепотом.
Клей пожал плечами. Подробностей он не знал. Без сомнения, мистер Парри узнает детали в Уитнессе.
Как во сне, Парри увидел, что пришел его поезд. Ни Брэгг, ни Аш не приехали этим утром, и Парри все еще, как во сне, зашел в пустое купе. Ужас буквально придавил его. Это чувство было ему хорошо знакомо, он практически непрерывно – по крайней мере на уровне подсознания – ощущал этот ужас во время войны. Это же чувство возникло у него во время смерти Акерли. Гибель Ронни потрясла Парри до глубины души. И сейчас этот ужас вновь вернулся к нему. Его стала бить дрожь.
Он невидяще смотрел в окно, на летящий мимо пейзаж, вспоминая, как встречался с Кэри вчера. Иногда они целыми днями не встречались, а вот вчера столкнулись несколько раз за день. В первый раз – у водоотводной трубы возле «пруда Лили», потом – у бетономешалки возле четвертой опоры виадука и, наконец, – перед самым отъездом Парри из Уитнесса. Кэри выглядел как обычно, покидая инженерный домик, где оставались они с Брэггом. Правда, он казался слегка раздраженным – видимо, из-за утренней неудачи с треснувшей секцией трубы и из-за подозрений, что в бетономешалке была пыль. Но Парри был уверен, что на самом деле все это не слишком трогало Кэри. Такова была его манера поведения – он всегда выглядел чем-то озабоченным. В действительности же он играл в озабоченность. Возможно, он слегка устал, но ведь это пустяки! Парри лишь один раз видел, чтобы Кэри по-настоящему разозлился, и это было совсем иное.
В Уитнессе Парри поговорил с начальником станции. Тот подтвердил печальную новость. Истопник обнаружил Кэри в офисе, придя утром разжечь печки. Он тотчас поднял тревогу и теперь делом занимается полиция. Предполагают, что это самоубийство, но начальнику станции как-то мало верилось в эту версию.
Парри торопливо добрался до двора подрядчиков. У двери офиса подрядчиков стоял констебль. Парри подошел к нему.
– Мистер Лоуэлл или мистер Пол здесь? – спросил он.
– Да, они здесь, сэр. С ними разговаривает сержант. Ваше имя, сэр?
– Парри, Клиффорд Парри. Я инженер Железнодорожной компании.
– Значит, вы знали мистера Кэри?
– Разумеется. Я видел его вчера вечером.
– В таком случае, сэр, сержанту будет важно поговорить с вами. Вы не подождете минутку?
– Конечно. Я буду в нашем офисе. Вы меня там и найдете.
Парри был слишком взбудоражен, чтобы взяться за работу. Он попытался было разобрать почту, но поймал себя на том, что вновь и вновь перечитывает одну и ту же строчку, не в силах уловить ее смысл. Он никак не мог отвлечься от офиса, который находился напротив них.